Нежность?
-проблемы?
Жутко спросил кадзу, ехидно посмотрев на Аяно.
- н-нет..
Чуть запинаясь, ответила та, и быстро забилась в угол своего сидения, поближе к окну.
....
Когда хейдзо отдышался, он дёрнул кадзуху за плече и сказал -
- не пугай девушку, она ведь тебе нечего не сделала..
- не сделала?.. Она же нам помешала..
Кадзу усмехнулся.
- ты слишком долго меня.. Це.. Аргх! Ты слишком долго делал это со мной, и мне нужно было отдышаться.
Произнёс хейдзо, и под конец фразы пожалел что наговорил это ему. Кадзу помрачнел, и отвернулся от хейдзо. Парню вдруг стало страшно.
(он ведь меня не убьет?)
Сиканонин уже хотел пожалеть его, и попросить извинений, но тот развернулся и тихо сказал-
- извини. Я почти не общаюсь с людьми, и совсем не умею любить должным образом..
Пока парень это говорил, его руки задрожжали, а дыхание участилось.
Хейдзо удивился такому повороту событий, и обратил внимание на кадзу, боясь, что эти извинения - ложь. Худшее что он мог сейчас увидеть, это наглую усмешку на лице парня.
Но тот кажется, не лгал - он нервно кусал губы, переберал пальцы, подрагивал, и даже не смел поднимать взгляд.
Детектив окончательно расслабился, и обнял кадзуху, так крепко - как позволяло его состояние.
-это ты меня прости, на кричал практически не за что.
( почему я его жалею? Почему обнимаю? Почему он черт возьми сейчас такой милый?!)
Эти мысли всё чаще вертелись в голове парня - он осознавал что не должен так поступать, и нужно сдать его полиции, но стокгольмский синдром всё сильнее прогрессировал, даже не давая задуматься что бы вставить ему нож в спину - вызвать полицию.
Но кадзуха и вправду сейчас казался таким беззащитным, таким нежным и родным. Буд-то если он и сдаст его, то буквально застрелит себя, либо будет винить до конца жизни.
Его тонкие руки, аккуратные пальцы, что в нужный момент становились такими сильными.. Пышные, мягкие, белоснежные волосы с одной красной прядкой. Ласковый голос, нежные прикосновения, поцелуи.
Казалось, что теперь детектив не сможет жить без убийцы.
Абсурдно, не так ли?
Сейчас хейдзо хотелось продлить это расследование до бесконечности, лишь бы не расставаться с кадзухой.
Он бы терпел все пытки и унижения, лишь бы видеть его алые, утягивающие в транс глаза, и слушать, слушать -
его голос, даже если он будет полон отвращения и ненависти, сейчас, казалось, он мог отдать всё ради этого человека.
Абсурдно. Он это понимал. Но продолжал слепо следовать чувствам, - больше ему ничего и не оставалось делать.
Парень продолжал обнимать кадзу, на что тот отвечал взаимностью, и, страшно осознавать, искренностью.
Хейдзо не осознанно гладил убийцу по волосам, стараясь лишь прижать сильнее. Этот момент хотелось продлить до бесконечности, оставаясь в этой близости до потери пульса, быть рядом даже в самых сложных и бредовых ситуациях. После первой встречи парень бы просто не поверил в то, что в будущем он будет так думать.