Глава 95
В прошлой жизни... не братья, а «возлюбленным - вполне возможно»?
Ч-что это вообще значит?
Чи Я во все глаза смотрел на Гу Хуайчжана. Его зрачки едва заметно дрожали: он не смел даже помыслить о том глубинном смысле, который мог скрываться за этими словами.
- Не понимаешь? - Гу Хуайчжан перехватил его пальцы, сжимавшие полотенце. Его янтарные глаза пристально впились в юношу, голос был низким и напряженным: - Я говорю...
- Брат? Чи Я у тебя? Я вхожу, брат!
Дверь внезапно распахнулась. На пороге стоял Гу Хуайань, его зрачки сузились: - ЧТО ВЫ ТУТ ДЕЛАЕТЕ?!
Чи Я резко вырвал руку и вскочил, отбежав на несколько шагов. На его лице еще застыло ошеломленное выражение, и он инстинктивно выпалил: - Я... я просто вы-вытирал брату ру-руки!
На самом деле Гу Хуайань не успел разглядеть подробностей. В тот миг, когда дверь открылась, он лишь мельком увидел, что Чи Я сидит на краю кровати его брата. Но испуганная реакция Чи Я и его поспешные оправдания лишь подтвердили какие-то его самые жуткие подозрения. Гнев мгновенно ударил Гу Хуайаню в голову. Он яростно указал пальцем на юношу: - ТЫ...
Чи Я бросился к нему и намертво зажал ему рот ладонью. Глядя на Гу Хуайаня снизу вверх, он взмолился глазами и беззвучно проартикулировал одними губами: «Он не знает! Не говори!»
Гу Хуайчжан своими глазами видел, как юноша, ни секунды не колеблясь, бросился в объятия Гу Хуайаня. Взгляд его вмиг потемнел, и он глухо позвал: - Чи Я.
Чи Я в смятении оглянулся на него, но, ничего не сказав, вытолкал Гу Хуайаня за дверь.
Как только дверь захлопнулась, Гу Хуайчжан крепко стиснул зубы и, откинув одеяло, встал с кровати. Однако в тот же миг его захлестнула сильная волна головокружения. Мужчина резко оперся рукой об изголовье - на тыльной стороне ладони вздулись вены, он до скрежета зубовного сдерживал приступ тошноты.
Действие алкоголя всё еще терзало тело. Он не был настолько трезв, каким казался, иначе не поддался бы порыву и не попытался признаться в чувствах в самый неподходящий для этого момент.
Но... но!
Гу Хуайчжан низко опустил голову, короткие пряди волос упали на лоб, скрывая полыхнувшие яростью глаза.
- Да зачем ты мне рот зажимаешь!
За дверью Чи Я отталкивал Гу Хуайаня всё дальше. В спешке он наугад повернул ручку первой попавшейся комнаты, и они ввалились внутрь. Только Чи Я собрался отступить и облегченно выдохнуть, как Гу Хуайань мертвой хваткой вцепился в его запястье и рывком притянул к себе: - Что, смелости хватило наделать дел, а признаться - нет?!
Чи Я уже успел взять себя в руки. Он поднял голову и без тени страха посмотрел ему в глаза: - Веришь ты или нет, но между мной и твоим братом ни-ничего нет! Я же сказал, я просто вы-вытирал ему руки!
- Какая забота! - глаза Гу Хуайаня сверкнули злобой. - Когда я пьян, тебе плевать, а как мой брат наклюкался - ты, блядь, тут как тут, готова услужить!
- В-вот поэтому я и сказала, - Чи Я тоже стиснул зубы. - Мне нра-нравится твой брат!
- Ты не хочешь меня от-отпускать, значит, так будет всегда, слышишь? Всегда! - Чи Я перехватил его руку и сам притянул Гу Хуайаня за воротник почти вплотную к себе. Он приподнялся на цыпочки и прошептал ему на ухо: - Не волнуйся, я ему ни-ничего не скажу и рога тебе не на-наставлю. Я просто буду... всегда такой заботливой. Буду готовить ему еду, а когда он выпьет - по-подавать чай. На людях я буду звать его «братом», а в душе - мужем!
У Гу Хуайаня глаза налились кровью: - Только попробуй!!
- А по-почему бы и нет! - Вся горечь и обида, долго копившиеся внутри, превратились в яростный огонь. Чи Я уже не выбирал выражений: - Можешь смотреть - смотри во все глаза!
- ЧИ Я!!!!!!!!!
Гу Хуайань взревел, и его руки внезапно сомкнулись на шее юноши: - Ты сам меня заставляешь придушить тебя!!!
- Ну так ду-души! - от его хватки Чи Я пришлось высоко задрать голову. Лицо его покраснело, но черные глаза сияли странным блеском, словно в них горело бесконечное безумие. - Давай, души меня прямо здесь! Но я до самой с-смерти буду любить твоего брата!
В комнате воцарилась гробовая тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием Гу Хуайаня.
Чи Я уже начал задыхаться, он отчаянно вцепился в руки мужчины. Гу Хуайань с безумным взором лишь спустя мгновение пришел в себя и резко разжал пальцы.
- Кхэ-кхэ-кхэ-кхэ!
Чи Я зашелся в мучительном кашле. Ноги не держали его, и он сполз по двери на пол, тяжело и жадно хватая ртом воздух.
Гу Хуайань стоял перед ним, сжимая кулаки. Его грудь тяжело вздымалась, он сверлил юношу свирепым взглядом.
Внезапно снаружи послышался звук поворачиваемой ручки. Глухой голос Гу Хуайчжана донесся через дверь: - Чи Я, открой.
Плечи Чи Я вздрогнули, он резко обернулся к двери.
Но его подбородок грубо перехватили. Гу Хуайань присел перед ним, до боли сжимая челюсть, и прошипел сквозь зубы: - Тебе не страшно, что я прямо сейчас расскажу брату о твоих чувствах? Пусть узнает, какие грязные мысли лелеет его «невестка». Пусть узнает, какая ты мерзкая!
- Да по-пожалуйста, - рассмеялся Чи Я сквозь одышку. Виски бешено пульсировали, в душе царило безрассудство, которое было в новинку ему самому. - Иди и рас-расскажи.
Он поднял глаза на перекошенное лицо мужчины и тихо улыбнулся: - Выйди сейчас и ска-скажи ему, что ты мне ни капли не нравишься. Что я по-настоящему люблю его. Скажи ему, что ты во всем ху-хуже него: не такой богатый, не такой кр-красивый. Даже тот, кто тебе нравится - и тот полюбил его!
С каждым словом лицо Гу Хуайаня становилось всё мрачнее, зубы скрипели так, будто он готов был раскрошить их.
- Умоляю, иди... рас-расскажи ему, - улыбался Чи Я. - И спасибо тебе: скажешь за меня то, что я са-сама сказать не смею.
Он вел себя так дерзко, потому что знал: гордость этого мужчины превыше всего. Самолюбие и тщеславие Гу Хуайаня никогда не позволят ему лично признать собственную никчемность.
Но в глубине души Чи Я уже захлестывала волна вины.
Он знал, что Гу Хуайань завидует старшему брату. Гу Хуайчжан был так добр к нему, а он использует его и так жестоко провоцирует Гу Хуайаня.
Он и подумать не мог, что такие слова вырвутся из его уст... такие безумные и ядовитые.
Неужели все люди эгоистичны? Он готов приютить любого котенка или щенка, он бросал последние копейки в футляр уличного калеки-музыканта, даже когда сам был голоден и перебивался бесплатной пиццей... А теперь он идет по головам ради своей цели.
Мужчина за дверью, кажется, уже пришел в ярость. Он с силой ударил по дереву и властно крикнул: - Гу Хуайань, открой дверь!
Если бы замки в Наньху не были такими надежными, Гу Хуайчжан наверняка уже выбил бы дверь.
Чи Я низко опустил голову, молча и изо всех сил сдерживая подступившие к глазам слезы. «Твою мать, Чи Я, какого хрена ты плачешь!»
- ...Ты выиграл. Я действительно ничего не скажу брату, - внезапно заговорил Гу Хуайань. Голос его звучал так, будто он сплевывал кровь. - Поздравляю.
С этими словами он, в порыве бешенства, с размаху пнул стоящую у двери вазу из сине-белого фарфора и взревел: - Твою мать, ПОЗДРАВЛЯЮ!!!
Ваза рухнула на толстый ковер с глухим стуком, чудом не разбившись.
Выкрикнув это, Гу Хуайань распахнул дверь, яростно зыркнул на стоявшего там брата и стремительно бросился прочь.
Гу Хуайчжан проводил его гневную фигуру взглядом, крепко нахмурился и окликнул: - Второй!
Гу Хуайань не ответил. Тяжело топая, он добежал до третьего этажа.
Чи Я поспешно поднялся, стряхивая пыль с колен. Весь его боевой запал испарился, он робко позвал: - Б-брат...
Гу Хуайчжан, не проронив ни слова, вошел в комнату, взял его за плечи и осмотрел с ног до головы.
Чи Я неловко улыбнулся: - Я... я в по-порядке...
Взгляд Гу Хуайчжана упал на покрасневшие веки юноши. Глаза его мгновенно похолодели, он развернулся, собираясь уйти.
Чи Я поспешно схватил его за руку: - Брат, не сердись! Я пр-правда в норме!
Гу Хуайчжан, удерживаемый им, холодно спросил: - Что произошло?
- Это... это я винова-виноват, - от стыда Чи Я не смел поднять глаз. Он опустил голову, подавляя желание расплакаться, и прошептал: - Всё... по моей ви-вине...
Если бы только он не приезжал в Наньху. Если бы не связывался с Гу Хуайанем.
На голову внезапно легла тяжелая ладонь. Гу Хуайчжан взъерошил его волосы и немного грубовато утешил: - Не плачь.
Помолчав, он добавил: - Я пойду всыплю Второму, чтобы тебе стало легче.
Чи Я: «............»
Нет уж, в этот раз Гу-второй точно не виноват.
Его одновременно накрыло волной благодарности и смеха. Видя, что Гу Хуайчжан действительно собрался уходить, он бросился наперерез: - Правда, не на-надо, брат!
Гу Хуайчжан, внезапно обхваченный за талию, на мгновение замер. Ощущение было такое, будто к ноге прижался котенок.
Почувствовав, как тело мужчины одеревенело, Чи Я спохватился и резко отпрянул. Лицо его стало пунцовым, он не смел даже мельком взглянуть на него. Промямлив что-то нечленораздельное, он вспомнил, что пора бежать: - Э-это... уже поздно, я... я пойду спа-спать!
Гу Хуайчжан так и остался стоять в оцепенении, глядя, как тот припустил прочь.
Сначала послышался топот вниз по лестнице, а затем - обратно наверх. Чи Я, вцепившись в перила, высунул свою пушистую макушку и прозаикался: - Брат тоже... ложись по-пораньше!
Гу Хуайчжан приоткрыл рот: - ...Хорошо.
Тетушка Чжан всё еще тревожно оглядывалась внизу. Грохот наверху напугал её, но она была достаточно мудра, чтобы не лезть в разборки хозяев, и предпочла остаться внизу. Увидев пробегающего Чи Я, она замялась, не зная, стоит ли спрашивать, но юноша её даже не заметил - он пулей влетел в гостевую спальню и захлопнул дверь.
Тетушка Чжан: «...» «Что ж, меньше знаешь - крепче спишь». И она тоже отправилась на боковую.
Чи Я сказал, что пойдет спать, но когда в доме воцарилась тишина и снаружи слышался лишь стрекот цикад, он всё еще сидел на кровати, скрестив ноги. Нервное возбуждение не проходило, сердце бешено колотилось.
Гу Хуайчжан оказался для Гу Хуайаня действительно «ударной дозой». Он не прогадал.
Сегодняшняя ссора вышла случайной, но её эффект превзошел все ожидания - Гу-второго задело за живое.
Очевидно, у этого парня всё же есть границы: его явно коробило, что «его человек» предпочел ему старшего брата.
И если теперь он увидит Чи Я в постели Гу Хуайчжана своими глазами, то наверняка окончательно поставит точку.
Не верится, что в мире есть мужчина, способный спокойно смотреть, как его пассия забирается в кровать к другому. Тем более, если этот «другой» - родной брат!
Чи Я сжал кулаки, стараясь отогнать лишние мысли и сосредоточиться на плане.
Подготовка завершена, но когда именно нанести удар? Он всё еще колебался.
Вообще-то, эта ночь - идеальный момент. Гу Хуайчжан выпил, значит, сон будет крепким. Кровать в хозяйской спальне огромная, если действовать тихо, можно проделать всё незаметно для него.
...Лишь бы Гу Хуайань не оказался настолько глуп, чтобы устроить скандал на месте, похоронив собственную репутацию вместе с Чи Я.
Но всё готово, не хватает лишь искры - как сделать так, чтобы Гу Хуайань увидел это своими глазами?
Чи Я обхватил колени, и у него разболелась голова, но путного решения так и не пришло.
Внезапно экран телефона, лежавшего рядом, вспыхнул. Звук уведомления WhatsApp заставил Чи Я чуть ли не выпрыгнуть из кожи.
Он подполз к телефону. В полумраке комнаты экран сиял ослепительно ярко. Чи Я прищурился и увидел имя отправителя: «Гу Хуайань».
Ого. Похоже, сегодня не спит не только Яя!
Чи Я кубарем перевернулся и сел, собираясь открыть сообщение. Но его палец замер в паре миллиметров от экрана.
Подождите... кажется, он придумал!
От автора: (Экстра-глава за хорошее настроение!) Забраться в чужую постель - дело техническое. Как Чи Я всё рассчитал и сам угодил в ловушку - узнаете в следующей серии!