Глава 0 - Мать ли я?
От лица ***
Я подхватила тёмное пальто с крючка, взяла сумку, перчатки и посмотрела на выход. Большую дубовую дверь. Это казалось неправильным. То, что я собираюсь сделать. За окном было слышно шипение дождя.
Вдруг я почувствовала, как моё пальто натянулось вниз. Опустив взгляд, я сразу заметила большие голубые глазки. Алан взял уголок моего пальто в свою маленькую ручку и дёргал его в надежде, что я обращу на него внимание.
- Куда мама? - пробормотал он.
Я вздохнула и наклонилась, чтобы взять его на руки.
- Увидишь, - прошептала я и подняла его, обхватив обеими руками.
Мы вышли на улицу и направились к парковке, где стояла моя машина. Я открыла заднюю дверь и усадила Алана на детское кресло, после чего захлопнула дверь. Водительское кресло было неприятно холодным в разгаре осени. Я потёрла ладони и потянулась ко второму сиденью, где лежала картонная коробка, посмотрела в десятый раз, всё ли взяла с собой. Все документы на месте, как и детские вещи. Мой взгляд невольно скользнул в сторону Алана, который в это время перебирал в своих руках ремень безопасности. Уже скоро он попадёт в новую семью... где ему во всяком случае будет лучше, чем со мной, матерью-одиночкой.
Я повернулась назад, к лобовому стеклу, и откинулась на спинку кресла, уставившись на движущиеся по стеклу дворники. Ну и какая я мать после этого? Никакая. Ясное дело, что он меня и не вспомнит, когда подрастёт. Но будет ли он меня ненавидеть? Я встряхнула головой. Нет же, я заберу его после того, как всё устаканится. Я сглотнула ком, стоящий в горле, и завела машину.
Всего за час мы прибыли и нашли парковочное место. Моё горло сжалось, как и руки на руле, которые я так и не решалась опустить. Но что поделаешь, пора выходить. Я вышла из машины, после чего открыла заднюю дверь. Когда я посмотрела на Алана, на его ничего не подозревающие глаза, моё горло сжалось ещё сильнее. В конце концов на моих глазах выступили слёзы. Я потянулась к нему.
- Прости меня. Прости... прости, - шептала я, отстёгивая его.
Почему-то мне казалось, что сделать это куда проще, когда столько раз говорила, что хочу отказаться от родительских прав. Но теперь я оказалась перед дверями здания, указанного как место встречи, держа в руках ребёнка. Ноги ослабли, точнее стали ватными. Меня встретили двое сотрудников и провели в здание.
Белые стены кабинета, лампы с холодным светом и папка с плотной серой обложкой, лежащей на столе.
- Мы ещё раз уточняем, - сказала сотрудница. - Вы понимаете, что это решение может иметь долгосрочные последствия?
Я ответила не сразу. Мои руки лежали на коленях, а пальцы крепко сжаты.
- Да, - выдавила я.
Сотрудница обменялась взглядом с другим сотрудником, стоящим сбоку и повернула ко мне первый лист.
- Здесь заявление о передаче ребёнка под государственную опеку. Нам нужна ваша подпись внизу.
Пауза.
- Это не финальное решение о... - она подбирала слово, - о родительских правах. Это начало процедуры.
Я посмотрела на строчки, буквы расплывались. Как только я взяла ручку, сразу услышала, как сотрудник добавил:
- Вы можете остановиться в любой момент до следующего этапа суда.
Ручка коснулась бумаги. Моя рука дрогнула, и подпись вышла неровной.
Сотрудница перевернула страницу.
- Здесь подтверждение, что вам разъяснены последствия. И что вы добровольно даёте согласие на размещение ребёнка вне семьи.
Она замолчала, ожидая моей реакции. Её работа не позволяла спешить в таких местах.
Я не ответила. Снова взяла ручку. Подписала. Без эмоций.
Каждый следующий лист был проще по формулировке, но тяжелее по смыслу.
- Здесь - согласие на передачу медицинских данных, - продолжила сотрудница и подтолкнула страницу ближе. - А здесь - информация о ребёнке: режим, питание, привычки. Вы можете также дописать что-то вручную, если считаете важным.
Она немного подождала, но, увидев, что я не собираюсь ничего дописывать, перевернула лист.
- Вот здесь акт передачи, он будет подписан в день размещения.
В комнате стало настолько тихо, что можно было услышать шаги за дверью кабинета.
- Мы почти закончили, остался последний лист.
Женщина снова перевернула лист.
Там было коротко. Подтверждение, что я ознакомлена. Что решение принято. Что процедура будет запущена.
Я подписала. И положила ручку на стол.
Сотрудница закрыла папку.
- Спасибо, - сказала она нейтрально, как завершение процесса.
Вся бумажная волокита, суд - всё прошло как в тумане. Оставалось подписать последнюю бумагу, которая запускала процесс отказа от родительских прав безвозвратно.
Алан был в какой-то другой комнате с временной воспитательницей, когда я подписывала оставшийся лист. После подписания мне разрешили в последний раз увидеть сына. Я с работником подошла к светлой двери и тихо открыла её. Алан сидел и играл с зелёной машинкой на ковре спиной ко мне. Воспитательница сидела напротив него и неохотно, будто для вида, двигала жёлтой машинкой но, увидев меня, отложила её.
- Алан, - сжато позвала его я.
Слова вышли тихими, он меня даже не услышал, продолжал двигать игрушкой.
- Алан, - повторила воспитательница, тронув мальчика за плечо. - Там мама пришла.
Он повернулся и замер на секунду.
- Ма-а‐ама... - протянул он.
Я подошла и села перед ним на колени.
- Что такое?
Он потянулся ко мне и я сразу подхватила его и усадила себе на колени. Алан взял локон моих волос и начал с ними играть, накручивая на палец. В груди стало невыносимо горячо. Я погладила его по рыжей головке, которая так долго напоминала мне о нём.
- Ты останешься с этими людьми на некоторое время, - выдохнула я, прижимая его к груди.
Если останусь здесь ещё на минуту, то не смогу уйти. Я разжала руки, позволяя ему отстраниться. Горло сдавлено. Вот-вот выступят слёзы на глазах.
- Маме пора, - выдавила я.
Встав, я отшатнулась, нащупала ручку двери позади меня, а затем открыла её и вылетела с молниеносной скоростью. Сердце стучало быстро, словно птица в клетке. Моя рука машинально прошла по карманам в поисках ключей от машины.
Всё кончено. Бумаги подписаны. Я лишена родительских прав.
Я завела машину и проехала множество улиц, прежде чем наконец-то добраться домой. дверь квартиры, я оказалась в прохладном тёмном коридоре. Дверь захлопнулась за моей спиной, и уже через секунду я сидела на полу, оперевшись спиной на неё и обхватив колени. Голова была опущена, а волосы рассыпаны по плечам. Было холодно. Из-под двери веяло холодом прямиком из подъезда, но я не поднималась. Сил не было от слова совсем, а внутри была лишь бездонная пустота.
Я лениво повернула голову. Рядом со мной, экраном вниз, лежал телефон. Помню, как все отговаривали меня от этого. Даже подруга. Она, наверно, сейчас в казино. Впрочем, как обычно, по вечерам. могла я поступить по-другому? Очевидно, что я не справлялась сама. Да и... нужна ли ребёнку эмоционально нестабильная мать?
- Я тебя обязательно когда-нибудь заберу, - прошептала я в пустоту.
Прошёл день.
Неделя.
Месяц.
Полгода.
Год.
Я его так и не забрала, ушла с головой в карьеру.