chapter 3 "принц из царства гнили"
Прошло три дня. Три дня тошного молчания и одиночества. Я пытался перевести в порядок свой внутренний "участок" после урагана, пренесеного Вохой. Но чем больше я уделял внимания внутреннему состоянию, тем больше страдало внешнее. Например: ходишь по комнате в раздумьях, как ударяишься ногой об стол, табуретку, старый комод, готовишь завтрак, в итоге забываешь про него, и на тарелочке лежит черный сухарик с примесью дыма, смотришь телевизор - забываешь о чем речь.
Разрядом обстановки стало хорошее известие, о котором я вскоре и пожалел: мама возвращается с командировки, но потом выясняется, что по пути прихватила гниющий из нутри мусор - моего двоюродного братца.
Снаружи эта падаль была очень красива и хороша: помогает всем, не вставляет брань в слова, бабушек через дорогу переводит. Но стоит маме уйти на работу, которую к сведению очень даже любит, как начинается мое волшебное превращение в раба, слугу, мусорку, куда можно выкинуть негатив, чаще всего физически выкинуть на мое хрупкое тельце. Заразка эта, очень хорошо потом маскирует синяки пластырями и косметикой, а мне рот готов изалентой обмотать, лишь бы ни стона, ни звука.
Медленно, но верно я убрал весь дом, а ну и отмыл подъезд по просьбе заботливой Юли ( имя матери), а то как же этот принц проедет через топкое болото пыли, грязи, настенных, непристойных граффити, бутылок из под бухла.
Сидя за компьютером в соседней, рядом со мной, комнате, я изредка и с опаской поглядывал на настенные часы. Скоро полдень, а значит, скоро мои мысли о поведении друга будут сладким сном. Пока я лазал в контактах, дверь заскрепела и ударилась об бежевые обои, оставив неглубокий порез, которых было навалом из-за забывчивости гостей. Вот иногда задумываюсь: « Неужели так сложно запомнить, что двери открываются внутрь, что очень странно, и бьют по стенам ».
– Можно было бы поаккуратнее. – Устало в сотый раз проговорил я, расправляя спину, на которой красовалась черная футболка с белым контурным рисунком пальмы и моря, иду встречать приезжих.
В ответ Мама бросила чемодан, протянула ко мне руки и давай душить в объятьях, больше похожих на то, как питон в очередной раз принимает пищу.
Юля была очень красивой девушкой, но очень уж молодой матерью. На момент моего рождения ей было всего навсего 17 и привлекательная внешность: стройная фигура, ставшая всего лишь на десяток килограммов больше, очень светлые пшеничные колоски до плеч, серые глаза с забавным, маленьким коричневым пятнышком в правом. Носила она в основном платья и почти всегда короткие, веря, что так выглядит моложе.
Наконец меня отпустили и ушли раскладывать вещи с улыбкой на лице, попутными вопросами, скорее для самой себя, чем для меня, ведь их я даже услышать их не успевал.
– Рад снова видеть тебя. – Я обернулся и на руки мне упала тяжёлая сумка. – Хорошая реакция, быстрее будешь выполнять мои желания. – Наглое заявление меня бесило не меньше действий, но я промолчал дабы просто проигнорировать. Вдруг ему надоест и он отстанет? – Ну чё встал то? Ах да! Отнеси в комнату и разбери, куда класть - сам знаешь. – И он ушел. Ушел из квартиры, громко захлопнув бедную дверь.
Я же с милой улыбкой, ярым желанием подметить момент, когда тот будет под окном, бросить эту тяжесть на Илариона. Ещё лучше набрать ведро воды, от которого его каштановая голова стала темной, а потом кончики превратились в завитушки разного размера, что ему очень не шло. Но я трусишка и не стал испытывать судьбу.
* * *
– Нам стоит навестить Леху. А то вы так и не рассказали мне... Я же волнуюсь! – Повышая тон, поучал Воху Антон, попутно разбирая старые коробки в сарае недалеко от края города – секретном месте, которое всегда меняло свое положение. Могло быть, как сараем, так и наутро подъездом, крышей или квартирой Валеры (когда тот в отъезде). Поэтому вещи приходилось часто таскать, чаще всего Антохе, ведь все остальные очень занятые люди.
– Да лан тебе. Го помогу? – Попивая полупустую банку пива, стоя в углу, ответил Воха.
Вернулся он мрачный и в негодование, как и Леха. Только тот сразу их покинул, и Антону оставалось вытаскивать ответы из курильщика. Но ни он, ни его светлый друг, которому звонили по телефону – ничего. Одним словом заставили Антона отложить фотографирование на потом и рвать себе нервы. Да и оставили его совсем одного! Один дома, другой не знаю где шляется. А вещи лежат на крыше и лежат. Благо хоть сегодня одного выловил.
– Нет. Я уже закончил. – Громко бросив последнюю коробку бросил он. – Теперь пойдем гулять.
– Мха... – Простонал от досады Воха, кинул банку на землю и раздавил.