iv
глава, в которой красный вельветовый клуб сжигает "новое видение", чтобы создать новое "новое видение"
даллон хорошо знал, что такое влюбленность. он пытался объяснить это брендону, но тот не был настроен слушать грустные монологи о горьковатом запахе; морщинках возле глаз и той самой сонате бетховена, которая теперь всю жизнь будет оставлять на сердце тонкие царапинки. поэтому даллон был счастлив, когда ури одним дождливым осенним утром выгнал всех участников красного вельветового клуба под серое испуганное небо, потому что вместе с этим утром ушёл горьковатый запах, морщинки возле глаз и та самая соната.
но уикс не думал, что это чувство вернётся так скоро.
слабая болезненная улыбка человека, у которого точно проблемы с памятью и нервами, не слезала с губ аны, пока он сидел на диване рядом с расстроенным и морально истощённым брендоном, делающим вид, что не замечает подростка рядом с собой.
мия сидела в углу тихо и сковано, держа кружку с ромашковым чаем на коленях, изучая длинные книжные полки.
было слышно, как бариста в starbucks выкрикивает имя покупателя, чей заказ уже готов.
- слова перестали иметь значение, - катриона стояла, прислонившись к краю стеллажей, с приподнятыми бровями так, будто бы наблюдала что-то очень глупое и забавное. - вы не находите?
- мои слова давно перестали иметь значение для далла...
- брен! - мия вздрогнула, и даллон извиняющееся ей улыбнулся. - прекращай, королева, ты не можешь обижаться вечно.
ури артистично закатил глаза и пафосным движением руки взял с журнального столика печенье. брови катрионы поползли ещё выше.
- слова перестали иметь значения, но мы всё ещё говорим кому-то, что любим их или ненавидим, - даллон уловил слегка насмешливый быстрый взгляд брендона, и отвёл глаза цвета зимних васильков.
катриона по-детски накрутила на палец розовый локон:
- любовь, как и слова, перестала иметь значение.
- но влюбленность ещё существует.
все повернулись к ане, лицо которого окрасилось в клюквенный, и даллон прикусил губу.
- смотря для кого, солнце, - девушка с малиновыми волосами отпустила слегка завившийся локон.
ана отвёл взгляд, и слабо улыбнулся.
телефон мии тихо завибрировал. даллон сделал глоток чая.
- окей, давайте без прелюдий, - брендон резко встал с дивана, а ана вздрогнул от неожиданности. - к чёрту слова, время написать новые! давайте спасём этот сгнивший мир, а ещё закроем окна, а то тут кофе воняет.
ури воскрес из собственного пепла.
- я слышала, вы говорили что-то про анархию и поцелуи в кустах, - катриона сверкала искрами энтузиазма. - предлагаю заняться первым.
- "новое видение", - пробормотал ана, и глаза брендона сверкнули безумными огоньками.
- мы нашли гинзберга, да? - ури провёл языком по губе и приподнял бровь, смотря на даллона.
парень почувствовал запах светлого августовского ясного вечернего неба, увидел яблочные короткие кудри, и где-то на улице заиграл ранний чайковский.
- у меня есть зажигалка, - брендон встретил недоверчивый малиновый взгляд катрионы. - не смотри на меня так, будто бы я тебе что-то должен, золотце, - парень отвёл глаза, чуть не потушив огонь возбуждения об холодность девушки с розовыми волосами. - даллон, "видение" на верхней полке, кто тут у нас высотой с лестницу?
даллон держал "видение", как псалтырь, пока катриона листала книгу до страницы с иллюстрацией круга жизни. брендон играл с колёсиком зажигалки.
- в чем заключается наше новое "новое видение"? - девушка резко перестала переворачивать листы йейтса, а в тишине щёлкнуло газовое пламя. - ничто не реально, пока брендон не поставит под новой идей подпись одобрения?
- на этом строилась религия бывших участников красного вельветового клуба, - ухмыльнулся даллон. - старо, как ури.
брендон окинул библиотеку вымученным взглядом, ища поддержки у сливочных стен, но нашел лишь глаза мии.
- как насчёт подмены истин бит-поколения? - катриона медленно перевернула страницу, а вокруг ее головы порхали чернильные бабочки мыслей. - "перестань быть осторожным, ты в стране чудес".
- звучит, как слоган клуба любителей мэри-джейн, - с губ брендона сорвался тихий раздражающий девушку с малиновыми волосами смешок. - может мия что-нибудь уже скажет? "старое видение", основанное на моем одобрении ещё работает, так что, если кто-то сейчас же не откроет свой замечательный рот, я выгоню его под дождь.
в глазах девушки читалась тихая мольба, обращённая к катрионе, но ли только пожала плечами, продолжая изучать йейтса.
- слова... - мия опустила взгляд в мокрую чашку ромашкового чая. - слова не имеют смысла, и мы ими не распоряжаемся...
- пока не испытываем влюбленность, - затуманенные дождем глаза аны прояснились, и в зрачках распустились подсолнухи.
катриона вырвала лист с кругом жизни из книги и с гордостью посмотрела на друга:
- сжигайте.