Глава 25.
Salvation — Gabrielle Aplin
Shelter — Birdy
Uncertainty — The Fray
" Единственное, чему учит нас смерть: спешите любить. "
Pov Niall.
—Н-найл, — она прижимает меня ближе к себе, утыкаясь носом в шею и тихо всхлипывая.—Нам не выбраться отсюда, — тихий шепот мимолетно срывается с её губ, заставляя меня окунуться в дрожь.
Я отдаляюсь от нее, чтобы увидеть её глаза, уже наполненные горькими слезами. Она закусывает губу, чтобы окончательно не разрыдаться, но все попытки становятся тщетны.
—Рони, посмотри на меня, — говорю я, нежно взяв её лицо в свои ладони.—Мы не умрем, слышишь? Этот ублюдок будет гореть в аду, как только мы выберемся отсюда.
Это были всего лишь слова.
И он знал, что это неправда. Перед ними стоит убийца, вооруженный пистолетом, который не собирается проявлять ни чуточку жалости по отношению к ним. Есть только одна пуля, а значит — только одна мишень.
—Мне предстоит сложный выбор, — железный голос Оливера раздается в помещении, заставляя измотанное тело Рони задрожать.—Или убить тебя, —он направляет дуло пистолета прямо на меня, от чего сердце замедляет ритм.—Или её, —Рони не сдерживает слез, когда пистолет оказывается четко в её направлении.
Ведь он не сможет спасти её, правда?
Секунды, тянущиеся словно вечность, уже на исходе, и вскоре одному из нас придет конец.
Я ненавижу ожидание.
—Что же ты медлишь, Стивенсон? Давай, убей же меня! — на его лице появляется зловещая улыбка, одновременно с которой дуло пистолета направляется на меня.
Я продолжаю укрывать собой Рони, в надежде, что ему не удастся пристрелить её.
Мгновенно оглушительный выстрел пронзает стены помещения.
Почему я не чувствую боли?
Я продолжаю сидеть зажмурившись, в ожидании почувствовать хоть что-то, но внутри нарастает пустота, когда я осознаю, что только что произошло. Как только я открываю глаза, мои взгляд падает на мертвое тело Рони, лежащее в метре от меня. Мои руки начинают судорожно дрожать, и я того не замечая, вжимаюсь в стену, уже захлебываясь в собственных слезах.
Это ложь, что мужчины не плачут.
Оливер, стоя в дверном проходе, ухмыляется, как только его взгляд встречается с моим.
Он уходит, оставляя меня одного в помещении, в воздухе которого витает запах смерти.
Я встаю, опираясь на стены и пытаясь сквозь пелену слез разглядеть хоть что-то. Но я не хочу видеть её мертвой. Я падаю на колени перед Рони, на груди которой красуется кровавое пятно. Её голова повернута в мою сторону, заставляя меня буквально посмотреть в её безжизненные глаза.
—Нет! Господи, Нет! — из моей груди вырываются жалкие рыдания, и я, сам того не понимая, поднимаю Рони, кладя её себе на колени.—Ты не может вот так просто уйти, Ро, —шепчу я, поглаживая её по волосам, будто она почувствует мои прикосновения.
Казалось бы, я выплакал целый океан слез.
—Вернись, прошу.
Этого не могло произойти, нет.
Меня бросает дрожь, а единственное чувство, которое я испытываю сейчас — это страх. Мои руки вцепляются в бортики кровати, которая от моих резких движений начинает противно скрипеть. Наверное, этот звук и заставил меня очнуться или же я бы продолжил наблюдать этот кошмарный сон. Встряхнув головой, я осматриваюсь вокруг, замечая, что в помещении, кроме меня, больше никого нет. В нос ударяет запах медикаментов, и только потом я замечаю, что моя нога перебинтована, а в руке стоит катетор.
В сознании постепенно восстанавливаются все события, произошедшие за последнее время. Самое последнее — Рони. Я словно перестаю соображать, и вылезаю из больничной койки, игнорируя нарастающую боль в ноге.
Мне нужно убедиться, что она в порядке.
Обнаружив костыли рядом с тумбочкой, я немедля хватаю их, вновь вспоминая то
чувство, когда ты не можешь передвигаться сам без помощи этих палок. Я выхожу из палаты, оглядываясь вокруг и пытаясь не привлекать особого внимания. Мои глаза бегают по стенам помещения, в надежде найти ту палату, в которой находится Рони.
Я подхожу к очередной палате, и отодвигая жалюзи, заглядываю внутрь. Рони? Убедившись, что вокруг меня почти никого нет, я как можно тише захожу внутрь комнаты, осознавая, что это действительно она. Я сажусь рядом с ней, поставив эти никчемные костыли возле стены.
Как по щелку все мои заботы и проблемы ушли на второй план, заставляя меня впервые за последнее время почувствовать спокойствие.
—Рони, — шепчу я, аккуратно беря её маленькую ладонь в свою.—Мне так не хватало тебя, — я сглатываю комок слез, скопившийся у меня в горле и заставляющий меня чувствовать себя слабым.
В палате раздается пиликание аппаратов, подключенных к Рони и контролирующих её жизнь, которая может оборваться в любой момент. Я провожу большим пальцем по тыльной стороне её ладони, в надежде, что она почувствует мои прикосновения.
Я никогда не видел её настолько испуганной и измотанной, кроме того дня, когда она буквально спасла мне жизнь, избавившись от Оливера. Ей понадобится достаточно времени, чтобы прийти в норму и начать жить новой жизнью, что будет очень тяжело после всего через что ей пришлось пройти.
Я продолжаю тихо сидеть рядом с ней, наблюдая как её грудь редко поднимается и опускается, но даже это заставляет меня поверить в то, что она сейчас со мной, что она слышит меня.
—Я только сейчас понял на сколько ты дорога мне, — я сжимаю её руку чуть крепче, даря ей свое тепло.—Прости, что дал этому случиться, Рони.
Ты не должен извиняться, Найл.
Но в ответ только медленно пожирающая меня тишина.
Я опускаю голову вниз, закрывая глаза и мечтая о жизни, которая ждет нас в будущем. Неожиданно я чувствую неуверенное прикосновение на моей руке, которое заставляет меня вернуться в реальность.
—Н-найл, — я слышу тихий хрип, от которого мое тело покрывается мурашками.
Внутри меня разрастается неприятное чувство, из-за которого мое сердце начинает выбивать бешенные ритмы.
—Это я, Ро.
Мне хочется встать, но я понимаю, что мне не удастся нормально держать равновесие и в конце концов, я продолжаю сидеть на месте, беспокоенно смотря на Рони. Она стонет, пытаясь поменять свое положение, и в какой-то момент, её глаза открываются.
Она возвращается в нормальный мир, где её теперь ждет счастливая жизнь.
—Ни, ты тут? — я улыбаюсь, услышав её родной голос вновь.
—Да-да, я здесь, милая, — она пытается вновь пошевелиться, но её лицо искажается от боли.—Тебе больно? Может позвать врача? — я, не дождавшись её ответа, начинаю вставать, чтобы позвать кого-нибудь из персонала.
Рони мотает головой, продолжая держать мою руку.
—Останься, пожалуйста, — шепчет она, и я замираю, не понимая, что ей сейчас нужно.—Не уходи больше, ладно?
—Я не уйду, обещаю, — на её лице появляется удовлетворенная улыбка, от которой внутри меня разливается щекочущее тепло.
Мы отчеркнули прошлое и начали новую жизнь.
***
—Как она, Док? — спрашиваю я у лечащего врача Рони, после того, как он провел у нее некий осмотр.
—С ней все будет в порядке, Мистер Хоран. Состояние не критичное, поэтому будем надеяться только на лучшее, — проговаривает он, всматриваясь в свои бумаги.—А вам я советую вернуться к себе в палату, постельный режим никто не отменял.
Я нехотя стону, вовсе не поддерживая его идею.
—Я чувствую себя намного лучше сейчас, — проговариваю я, как можно уверенне, чтобы полностью убедить его.—Мне больше важно её состояние, нежели моё, — я киваю в сторону палаты, подразумевая в своих словах Рони.
—Так и быть, Мистер Хоран. Я вернусь через несколько минут, — я улыбаюсь ему и благодарю, прежде чем он уходит.
Я возвращаюсь в палату, в которой уже собрались все ребята, вернувшиеся в больницу, как только узнали, что я и Рони наконец очнулись.
—Где Лиам? — спрашиваю я, когда замечаю, что его единственного нет в палате.
—Он сказал, что забыл что-то в машине, — отвечает Гарри, а я лишь коротко киваю.
Перевожу взгляд на Рони, которая сидит, уплетая свое любимое печенье и смотря на всех нас с широкой улыбкой. Я в недоумении поднимаю бровь, пытаясь понять, что вызвало у нее столь радостное настроение.
—Я скучала по вам, — тут же объясняет она, откусывая печенье.
—Мы тоже, — в один голос отвечаем мы, что вызывает у всех нас смех.
Я ставлю костыли, садясь на стул рядом с Рони, которая все это время наблюдает за мной. Не успеваю я приземлиться на пятую точку, как дверь в палату резко распахивается, заставляя каждого из нас повернуться в сторону входу. Лиам закрывает дверь, пытаясь привести свое дыхание в норму, и проходит ближе к нам.
—Оливер мертв.