Глава 20.
The Girl Who Cried The Wolf — 5 Seconds Of Summer.
Paradise — Jack & Jack
If I Could Fly — One Direction (сорри, но я не удержалась:с это слишком идеально).
«Сколько раз сотни тысяч пальцев должны прикоснуться друг к другу, чтобы получилась любовь?»
Pov Rony.
Гадкое чувство переполняет меня, словно я — бездонный сосуд. Я готова задохнуться в своих мыслях, которые съедают меня, не оставляя ни малейшей надежды на жизнь. Я ощущаю пронзительную боль в висках уже на протяжении часа. Еще чуть-чуть и я сойду с ума. Дабы усмирить головную боль я начинаю потирать виски пальцами, закрыв глаза. Я будто умираю, как это случается в моих снах.
-Рони?
Я вздрагиваю, открывая глаза и ища взглядом источник звука. Передо мной все расплывается, но когда картинка наконец четко выстраивается, то я вижу перед собой обеспокоенного Лиама со стаканом воды в руках.
-Держи, выпей, — он протягивает мне таблетку и стакан с водой, который я благополучно беру в руку.
Лиам всматривается в мое лицо, что начинает беспокоить меня.
-Что-то не так? — спрашиваю я, приподняв брови.
-Ты неважно выглядишь, — проговаривает он, прочистив горло и садясь напротив меня.
Я ставлю уже опустошенный стакан на стол, чувствуя как прохладная жидкость заполняет мое тело.
-Мне страшно, Лиам, — шепчу я, поднимая на него взгляд, в котором наверняка видно мое беспокойство.
Я действительно сказала это?
-Пока ты здесь — ты в безопасности, — говорит он, взяв меня за руку.
Я пытаюсь выдавить из себя что-то наподобие улыбки, но из этого ничего не выходит. Внутри меня, по венам, будто течет серый сгусток расстройства и боли, смешанный со страхом, а не алая жгучая кровь. Он сжирает меня, а я потихоньку растворяюсь в нем.
Неожиданно я слышу шаги позади себя, которые заставляют меня обернуться назад.
Мама.
-Что-то случилось? — оживленно спрашивает она, проходя ближе к нам.
-Нет, все в порядке, — уже с улыбкой отвечаю я, пытаясь скрыть свою внутреннюю подавленность.
На мое удивление мама сегодня в приподнятом настроении, и мне остается только догадываться, с чем вызвана эта радость. Я встаю со стула и медленно продвигаюсь ближе к ней в то время, как она нервно копошится в одном из выдвижных ящиков. Все попытки сказать что-либо вслух тщетны. Из меня исходит лишь протяжный вздох, когда я открываю рот, чтобы произнести определенные слова. Что со мной происходит?
Она резко оборачивается лицом ко мне, от чего я встречаюсь с ней взглядом. Я вижу ее тусклые глаза, каждую морщинку на лице, ее легкую улыбку, от которой по телу пробегают мурашки. Я никогда не замечала насколько быстро летит время. Я тратила годы держа обиду и злость на нее, а сейчас передо мной стоит женщина, которой уже перевалило за 50, и наверняка внутри нее уже давно завяли тюльпаны, которые, казалось бы, расцвели совсем недавно.
-Я рада, что ты вернулась, Рони, — проговаривает она, задвигая ящик, но продолжая смотреть мне в глаза.
Только не отпускай меня.
Сантиметры между нами уменьшаются, и вскоре я оказываюсь в ее объятиях. В материнских объятиях. Те самые, в которых нуждается каждый человек и те, благодаря которым, ледники на сердце начинают таять.
Она сама ответила на вопросы, возникшие у меня в голове.
Я не хочу, чтобы за ее поведением вновь скрывалась кучка лжи и ненависти. Лучше убейте меня, если это произойдет.
***
Нам с Найлом поручили одно из самых главных заданий — съездить в супермаркет и накупить еды на ближайшие три недели, а остальным парням моя мама приготовила какое-то особенное задание.
Дорога казалась мне вечностью, но всю эту тоску разбавляло яркое солнце, которое светило мне прямо в глаза, заставляя жмуриться.
-Как долго нам еще ехать? — спрашиваю я, поворачиваясь лицом к Найлу и закрывая рукой один глаз.
-Ты у меня спрашиваешь? — смеется он.
Я вспоминаю, что в этом городишке он разбирается так же, как и я, а это значит — никак.
Найл продолжает внимательно следить за дорогой, изредка поглядывая по сторонам в поисках нужного магазина. Его крепкие руки покоятся на руле, и я с точностью могу разглядеть его напряженные мышцы, в которые так и хочется тыкнуть пальцем, проверяя насколько они мускулистые. Он щурится, когда лучик солнца попадает ему на глаза, и от этого у него появляются маленькие морщинки. Его блондинистые волосы начинают «светится» еще больше, словно он плавно становится...ангелом?
Мы останавливаемся на светофоре, и он поворачивает голову, уставившись на меня.
-Что-то не так? — спрашивает он, нахмурившись.
Я молчу до того момента, пока не слышу бесконечные гудки машин.
-Хватит спать на дороге, Хоран! — недовольно вскрикиваю я, вызывая у него улыбку на лице.
-Умеешь же ты находить выход из ситуации, Фрайт, — смеется он, и вскоре к нему присоединяюсь и я.
***
Мы только зашли в супермаркет, и наша тележка уже оказалась забитой едой по самые края. Из всего, что там лежит, я взяла только мои любимые конфеты с шоколадной начинкой, остальное — дело рук Хорана.
Найл подбегает к очередной стойке с печеньем и прочими сладостями в то время, как я всеми силами пытаюсь сдвинуть тяжеленную тележку с места, но все мои попытки тщетны. Я останавливаю на пол пути, нервно пнув эту железяку ногой.
-Ты издеваешься надо мной?
Он продолжает набирает в руки сладости, не замечая мое недовольствие.
-Найл, — я вновь зову его, пытаясь добиться его внимания.
Его рука машинально тянется к очередной упаковке печенья, от чего я закатываю глаза. Казалось бы Бог услышал мои молитвы, и белобрысая бошка наконец-таки поворачивается лицом ко мне.
-Куда тебе столько еды, Найл? — ною я, хватая его за руку и ведя его обратно к тележке, словно маленького ребенка.
-Я уж точно знаю какой запас еды нам понадобится, если учесть, что дома сидят еще 4 проглотита, — проговаривает он, двигая тележку и тихо кряхтя от такой тяжести.
Мы продолжаем наши покупки еще на протяжении получаса и наконец встаем на кассу. Все люди как-то непонятно смотрят на нас, хотя тут нечему удивляться, ведь наша тележка забита всем, чем можно, начиная от небольших баночек соленых огурцов и заканчивая десятками упаковок пластыря. Зачем нам все это?
Доходит наша очередь, и Найл благополучно расплачивается за все продукты, пока я делаю вид, что абсолютно не знаю его. В голове, как по щелчку возникает один единственный вопрос: как мы потащим все это? Видимо, это уже не мои заботы.
Я беру пачку своих конфет в руки и направляюсь к выходу, избегая взглядов прохожих. Да простит меня, Хоран.
***
Звездное небо над головой, пылающий костер, который продолжает разгораться с каждой секундой, отличная компания из пятерых парней и горячая кружка кофе в руках — это то, что делает конец этого дня идеальным.
Каждый из нас расположился поудобнее на небольших складывающихся стульчиках и укутался в теплый плед, но кому-то пришлось занять место на длинном бревне прямо напротив костра, и этим человеком оказался Хоран.
-Как прошел ваш день, парни? — спрашивает Найл, беря в руки свою гитару, даже не возмущаясь о своем «vip» месте, которое ему досталось.
-Лучше, чем мы думали, — смеется Зейн, кидая очередную веточку в костер, которая мгновенно сгорает.
Я поджимаю ноги под себя, окутываясь в теплый махровый плед. Мой взгляд направлен на огонь, который то разгорается, то утихает из-за порывов ветра. Огонь всегда привлекал меня, будто это всеми любимый вагончик с мороженным. Огонь — моя стихия. Мне всегда нравилось часами смотреть на то, как пылает пламя до тех пор, пока оно само не потухнет. Это завораживает, правда?
-Мы ходили на рыбалку с Беном, — хрипло смеется Гарри.- Твоя мама оказалась очень милой, Рони, — я чувствую то, как он смотрит на меня.
Я улыбаюсь от его слов, продолжая смотреть на красно-оранжевые языки пламени. Мне даже приятно слышать это. И я, кажется, уже сама убедилась в том, что она поменяла свое отношение ко мне.
Найл начинает перебирать струны на гитаре, будто на ходу сочиняя какую-то мелодию. Я ощущаю приятное тянущее чувство, которое полностью заполняет мое тело. Я слышу треск пален в костре, которые потихоньку сгорают и в конце концов от них останется только пепел.
Они сгорают так же медленно, как и сгорает моя жизнь.
Спустя время я даже не замечаю, как все парни, кроме Найла уходят в дом. Запах костра ударяет мне в нос, и я поворачиваю голову, встречаясь взглядом с Найлом. В его глазах отражаются красные языки пламени, его волосы так небрежно, но в то же время так идеально торчат из-под капюшона, а на лице видна еле заметная улыбка. Длинные пальцы продолжают перебирать тугие струны, и эта нежная мелодия разбавляет вечернюю тишину.
Я встаю на ноги, подхватывая свой плед и садясь ближе к Найлу. Наши плечи мгновенно соприкасаются и между нами не остается ни одного свободного миллиметра. Его нежный голос разносится над моим ухом, напевая знакомую мне песню. Я словно растворяюсь.
Склоняю голову ему на плечо, закрывая глаза, и еле слышно шепчу:
-Пой мне еще.