Глава 22: Последний рубеж
Отец Мусима, понемногу оправляясь, стал замечать ледяную войну в доме. Однажды вечером он вызвал сына в кабинет. Он выглядел уставшим и постаревшим.
?-(Отец) Садись. Говори. Что происходит? Она (кивок на дверь, за которой была мать Киры) не разговаривает с тобой и с Кирой. В доме — как на кладбище.
Мусим,стоя у окна, честно, без прикрас, изложил всё: от своих чувств и их взаимности до подозрений матери и последних угроз.
?-(Отец, тяжело вздыхая) Я догадывался. Не до конца, но… чувствовал. Ты понимаешь, во что ты ввязался? Это не просто «не одобряем». Это… это война на уничтожение с её стороны.
М-Я понимаю. Поэтому мы уйдём. Как только я накоплю достаточно, чтобы снять жильё и обеспечить нас на первое время.
Отец долго молчал,глядя на сына, в чьих глазах уже не было юношеского бунта, а лишь усталая решимость взрослого мужчины.
?-(Отец) Твой упрямство… оно от меня. И твоя ответственность — тоже. Я не могу одобрить… всё это. Но я вижу, что вы не играете. — Он открыл ящик стола и достал конверт. — Это не одобрение. Это инвестиция. В твоё будущее. И в её безопасность. Чтобы ты не надорвался, пытаясь быть героем в двадцать лет.
В конверте была значительная сумма.Мусим попытался отказаться, но отец был твёрд.
?-Бери. Вернёшь, когда станешь на ноги. И… будь осторожнее с этим Марком. У таких, как он, обида быстро перерастает в нечто худшее.
Эта поддержка, неожиданная и молчаливая, стала для Мусима глотком воздуха. Он не был один. Но вместе с облегчением пришло и осознание большей ответственности. Теперь он отвечал не только за себя и Киру, но и за доверие отца.
Тем временем Кира погрузилась в работу над проектом для конкурса. Она чертила планы их будущего дома — не того, что на картинке, а своего, выношенного в мечтах. Дом с большой кухней, где они будут завтракать, с комнатой для Мии, с кабинетом для Мусима. Рисование стало для неё терапией, побегом из мрачной реальности в светлое будущее.
Однажды поздно вечером, когда она сидела за эскизами, в окно её комнаты что-то щёлкнуло. Она вздрогнула. Подойдя, она увидела на подоконнике маленький камешек, обёрнутый бумагой. Сердце заколотилось. Развернув, она прочитала корявым, неровным почерком: «Знаю вашу тайну. Встреча завтра в 21:00 на пустыре за гаражным кооперативом. Придёшь одна, или всем станет известно. М.»
Это был не Марк. Почерк был другим. Но угроза была конкретной. Кира, дрожа, сожгла записку в пепельнице. Она не знала, что делать. Сказать Мусиму — значит подставить его под удар, спровоцировать драку, которую они так старались избежать. Пойти одной — безумие.
Она выбрала третье. Ничего не сказав Мусиму, она написала Соне, Кристина, Никите и Артёму в общий чат, коротко и ясно: «Завтра в 20:30 нужна ваша помощь. Без вопросов. Жизненно важно». Ответы пришли мгновенно: «Где?», «Будем», «Всё понятно».
Кира поняла, что больше не жертва. Она — стратег. И завтра она даст бой тем, кто решил, что может её запугать. Она ляжет спать, но не заснёт до утра, строя планы и чувствуя холодный, ясный гнев, который был гораздо страшнее страха.
Конец главы 22.