Глава 15: Игра в правду
Давление со стороны матери Киры заставило их прибегнуть к хитроумной, но рискованной тактике. По предложению Мусима, они начали играть в «сверхправду» — нарочито демонстрировать на людях то, что скрывать было сложнее всего: лёгкое раздражение друг на друга, мелкие споры.
М- (громко, за обедом, с нарочитой брюзгливостью) Кира, сколько можно висеть в телефоне? Уже суп остыл.
К-(закатывая глаза, с раздражением, которого она почти не чувствовала) Отстань, Мусь. Я новости смотрю. Не тебе, взрослому дяде, указывать.
?-(Мама Киры, наблюдая за этой сценой) Ну наконец-то! А то мне начало казаться, что вы друг на друга молитесь. Обычные брат с сестрой — поспорили и разошлись.
Их сердца бешено колотились от такой игры, но эффект был налицо. Подозрительный блеск в глазах матери немного угас. Они научились выпускать пар в безопасном, контролируемом русле этой мелодрамы, а настоящие эмоции — нежность, страх, страсть — копили для своих укромных мгновений.
Одним из таких мгновений стал внезапный ливень, заставший их в парке далеко от дома. Они спрятались под кроной огромного старого дуба, мокрые, дрожащие от холода и смеха.
К-Глупо! Мы же могли дойти!
М-И промокнуть ещё сильнее? — Он стряхнул капли с волос, брызги попали на неё. Она вскрикнула и толкнула его.
Внезапно смех стих.Они стояли близко, в полумраке под густой листвой, и дышали навстречу друг другу. Шум дождя заглушал всё вокруг, создавая иллюзию полной изоляции.
М-(тихо) Иногда я думаю, что всё это… наш секрет, эти игры… это ненормально. Что мы сходим с ума.
К-(прошептала, не отрывая от него взгляда) А я думаю, что сумасшествие — это притворяться, что нас нет. Что того, что между нами, не существует. Вот это — ненормально.
Он не удержался.Он поцеловал её здесь, под дождём и старым дубом, поцелуй был влажным от дождевых капель и солёным от какой-то необъяснимой горечи. Это был не поцелуй страсти, а поцелуй отчаяния и глубочайшей, животной потребности подтвердить реальность друг друга. Когда они выбежали из-под дерева, уже не боясь промокнуть, они держались за руки. И не отпустили их до самого дома, до самого порога, где снова пришлось надеть маски.
Конец главы 15.