похуй
руки шатенки обвили шею татуированной, на что Якутка крепко, но нежно разместила свои руки на талии подруги. сердце Долиашвили, кажется, пропустило удар. ноги окутала легкая дрожь. кажется, можно было услышать её сердцебиение без стетоскопа. внутри словно что-то зажглось. то, без чего, наверно, не смог бы прожить ни один человек. то, чего она была лишена какое-то время. отстранившись, Карина заглянула в тёмные глаза подруги в надежде на то, что именно там сможет найти ответы на все свои вопросы. на все те вопросы, которые так скребут на душе. лицо Оеланы окутал румянец. после встречи взглядами, она резко опускает глаза вниз. так, словно испугалась испепеляющего взглядам шатенки. татуированная опускает голову, скрывая легкую улыбку.
—теперь точно пока— прощается Долиашвили
—пока
подруги расходятся по разным сторонам. от нахлынувших эмоций, шатенка судорожно ищет ключи от дома в кармане, после чего резким движением открывает подъездную дверь и забегает внутрь. она прикрывает лицо руками, в ожидании того, как дверь вновь закроется. звук удара. не выдержав, Карина вскрикивает и визжит, совершая непонятные движения телом. движения счастливого человека, кажется. трясущимися руками девушка достаёт телефон для того, чтобы записать голосовое сообщение одной из подруг. взвизгивая, Долиашвили рассказывает о случившемся и делится своими эмоциями.
—и после этого ты всё ещё сомневаешься в своих чувствах к Оел?— пишет Романова
—я всё ещё не уверена
—ну-ну)
несмотря на слова Маши о том, что её чувства к Макаровой остыли, Карина могла сомневаться в этом. мысли о том, что интерес был и возможно, они могли быть вместе, прочно засели в голове. словно на чувства Карины к Оелане теперь стоит блок. ощущение, что они подавлены бетонной плитой покидать никак не хотело.
***
увлечённо пишущая стих, шатенка вновь сидит за столом.
сегодня на закате тебя я полюблю.
нежно поцелую, в объятия притяну.
казалось, что симпатия равняется нулю,
но взгляд твой словно вызывает эйфоретиков волну.
сегодня на закате тебя я полюблю.
но утоли мой пыл эмоций,
ведь чувствую вину.
она меня сжирает, поглощает в лоций.
все бы ничего, но нравишься моей подруге.
и эта дама снова вызывает боль.
мол «лучше нет тебя подруги».
увы, но мы не можем быть с тобой.
говорит о том, как будете вы счастливы вдвоём.
я тихо закурю и потечёт из глаз слеза.
ну, ничего, ведь снова мы запьём.
не буду я борза.
руки опускаются, не нравишься ты мне.
твой взгляд совсем обычный..
сама себя обманываю голове,
но голос этот мне настоль привычный..
сегодня на закате полюбишь ты меня.
закончим разговор на фразе: «я люблю тебя».
—твою мать, что за мысли?
Долиашвили закрывает блокнот, откидывая его в другую часть стола. звук уведомления. «Оелана? вовремя..».
—как ты?— пишет подруга
—прекрасно. ты как?
—все хорошо, но я знатно ахуела, когда мы поцеловались. я забыла,что нужно делать, тело было в шоке
—ого, почему так?
малейшая надежда на то, что именно в этот момент она признается в чувствах. для чего Карине это? без понятия. но сегодня она желает, чтобы именно Оелана любила её до беспамятства.
—не знаю даже, может, потому, что неожиданно, но похуй, хахахх
подобное сообщение полностью выбивает девушку из колеи. похуй? ей похуй? этого не может быть. нет. губы шатенки непроизвольно сжимаются. из глаз выделяется одинокая слеза, что стекает по щеке, обжигая кожу. больно. внутри будто что-то оборвалось. слышите, что-то разбилось? это её надежда на что-то большее с Оел наебнулась с семнадцатого этажа. она разбилась на маленькие куски, которые режут сердце, заставляя его кровоточить. Долиашвили совсем не понимает своей реакции на простое сообщение от просто подруги. у неё ведь совсем нет чувств к ней? но почему тогда так больно? почему она думает о подруге всё своё время и хочет отдать ей всё? всю себя. менталка даёт сбой, моля о помощи. Карина знает выход из подобных ситуаций. пусть он кажется не самым правильным и вовсе таковым не является, но от безысходности он действительно кажется единственным. шатенка выдвигает ящик письменного стола, в поиске нужного. совсем небольшой, но столь необходимый пакетик с белым рассыпчатым содержимым. девушка высыпает порошок на край стола, формируя дорожку банковской картой. она сворачивает купюру в трубочку и подносит к веществу, после чего вдыхает его. остаётся лишь ждать, в надежде на то, что порошок снова заглушит моральную боль. но увы, наркотик лишь создаёт иллюзию, после чего становится совсем паршиво. ещё хуже, чем было до этого. но сейчас Карину это совсем не волнует. непринятие себя и своей реальности приводит к употреблению. чувство эйфории затуманивает разум, жадно обволакивая тело, заточая в плен греховного искушения. мир перед глазами плывёт точно так же, как и сознание. коротко-стриженной постепенно становится легче и всё внимание концентрируется на физических ощущениях. в голове девушки всплывает имя близкого человека: «Маша..». именно с Романовой они могли обсудить всё, что взбредёт в голову в любом состоянии. Карина судорожно ищет нужный контакт в телефоне. гудки. спустя несколько секунд слышится знакомый голос.
—привет, Карин
—привет.. Маш, я не могу. я совсем ничего не понимаю
—что случилось?— беспокоится подруга, услышав дрожь в голосе
—Оел написала о том, что ей было похуй на наш поцелуй
—твою.. ты пьяная?
—я приняла
—милая, ты же говорила, что бросила..
—говорила. но мне тяжело
—можешь подробнее рассказать?
—я перекину её сообщения
***
—сука, Карина. я тебя убью когда-нибудь. первое сообщение даёт понять о том, что у неё есть чувства к тебе
—не правда. ей похуй. но я не понимаю, почему это так волнует меня. я ведь ничего не чувствую. но почему тогда такая реакция?
девушка вновь открывает ящик, доставая оттуда острый предмет. она вертит лезвие в руке, залипая в одну точку и вовсе не думает о том, что делает сейчас. она вовсе не в том состоянии, когда получается думать.
—ей не похуй. я тебе отвечаю. возможно, ты ещё не поняла своих чувств к Оел, но она тебе явно нравится и это видно
—Маш.. я хочу резаться
—только не это. воздержись, пожалуйста, хотя бы от порезов, хорошо? хотя бы ради меня
прокручивая в голове сообщения подруги, Долиашвили делает глубокий вдох. на выдохе- резкое движение и остриё скользит по ноге шатенки, пробираясь под кожу. через секунду светлая полоса обретает ярко-красный оттенок. через две- насыщенная, алая жидкость вытекает наружу. на третьей секунде капли крови разбиваются о пол, оставляя ярко-бордовые пятна. боль.
—да, хорошо, я не буду— наглая ложь
с каждым разом нажатие сильнее, раны глубже, а кровь стремительнее покидает тело. порез, порез, порез. рана за раной. кайф.
—спасибо тебе, я пойду, наверно— выдаёт шатенка
—не за что, я на связи, если что. и давай без лишних глупостей
—хорошо
девушка завершает звонок. порез. лицо Карины в этот момент не отображает, наверно, ничего. пустота. со временем, её настигает полное облегчение. откинувшись на спинку стула, Долиашвили наблюдет завораживающую картину: бедро истекает кровью, рисуя абстракцию. пора обрабатывать раны. ватный диск с перекисью водорода касается свежей раны. сильная боль. сложно сдерживаться, чтобы не закричать.
***
блядское утро. утопая в бесконечном потоке мыслей о Якутке, Долиашвили совсем забыла о приближающемся экзамене. первый егэ девушка сдаёт завтра. как же паршиво. о какой сдаче может идти речь, если сейчас её голова забита совсем не тем? ментальное здоровье даёт сбой, тем самым подводя шатенку по всем фронтам. у неё есть один единственный день на то, чтобы повторить материал и подготовить себя к экзамену.
***
день сдачи. новое утро начинается с одного из самых раздражающих, наверно, звуков на всём свете- звона будильника. он разбил сон девушки, словно ударом топора, и тотчас она отдалась тоскливой суете. недовольно простонав, не открывая глаз, Карина стала нащупывать источник звука. нажав, на как ей казалось нужную кнопку, телефон всё так же громко проигрывал на нервах. глубокий вдох. на выдохе, Долиашвили резко встала с кровати и швырнула устройство в стену. но мелодия всё ещё продолжала резать слух. она поднимает упавший телефон и нажимает на кнопку выключения.
—бесит, сука
позже, девушка взяла всё необходимое, спрятала шпаргалки и отправилась на место сдачи. начало экзамена в восемь. уже без пятнадцати минут. странно, что у входа нет ни единого человека. она решает позвонить классному руководителю, чтобы разобраться в происходящем. «может, я опоздала?» найдя необходимый контакт, Долиашвили нажимает кнопку вызова. послышались гудки.
—Карина, что-то случилось?— послышался голос женщины
—здравствуйте. я приехала на егэ, но у школы никого нет, хотя время уже подходит к началу
—какой у тебя экзамен?
—английский
—боже мой, Карина.. он завтра
—чего.. серьезно?
—да, езжай домой
—спасибо, до свидания
что за время то такое.. всё по пизде.
***
после того дня прошло несколько недель. егэ был сдан. отчасти можно выдохнуть и лишь надеяться на хороший результат. голова девушки всё ещё была забита лишь ей. но экзамены помогали ненадолго отвлечься. Оелана с Кариной всё так же общались, как ни в чём не бывало. словно того поцелуя и не было.
компания решила, что нужно отпраздновать сдачу и получения аттестатов, как следует. Долиашвили попросила родственников одолжить дачу на сутки, для того, чтобы провести это время с друзьями. естественно, без алкоголя никак. но на этот раз пивом не обойтись. хотелось чего-нибудь покрепче. шатенка договорилась встретиться с Верой. Федоренко являлась совершеннолетней и всегда помогала с покупкой того, чего сама Карина не смогла бы достать. коротко-стриженная стояла возле нужного магазина, в ожидании девушки. вдали показался знакомый силуэт, что стремительно приближался в её сторону.
—привет, малая— обнимая, здоровается старшая
—привет
—на этот раз что берём?
—водку
—блять, Карин, уверена?
—да, мы уже всё решили
—как знаешь
Федоренко отправилась в магазин. и спустя несколько минут уже стояла на улице с крепким алкогольным напитком в руках.
—хаски. нормальная фирма. по себе знаю— выдаёт длинноволосая
—спасибо огромное
Долиашвили разместила бутылку в рюкзаке и направилась домой. на пороге девушку встретила бабушка, что недовольно смотрела на неё.
—привет, ба
—ты не хочешь ничего мне сказать?
сердцебиение заметно участилось. но сейчас нельзя показывать своё волнение никами образом.
—нет, а о чем я должна сказать тебе?
—ты где сейчас была? у магазина что делала?
Карина не роняет ни слова больше, ведь понимает, что бабушка обо всём знает. но как?
—ты понимаешь, что нельзя покупать дешёвую непонятную водку? откуда мы можем знать, что она хорошая? какую фирму взяла?— ругается старшая
—хаски..
женщина подняла брови и ненадолго задумалась.
—ну, слушай, неплохо. ладно, пейте. да так, чтобы в жизни больше пить не захотелось
—спасибо..
девушка не знает, чему она была удивлена больше. тому, что бабушка обо всём знает, или тому, что дала разрешение на выпивку. но сейчас это уже не важно.
***