nightmares.| sterek

Прошло чуть больше часа с тех пор, как ночь опустилась на Бейкон Хиллс и вступила в свои владения, поглощая темнотой каждую травинку на многие мили вокруг. Дерек Хейл стоял около кофемашины в одних лишь спортивных штанах, облокотившись спиной на холодильник и нетерпеливо постукивая пальцами по кухонной тумбе.
Через пару дней полнолуние, к которому с особой тщательностью придется подготовить стаю, ведь в прошлом месяце все чересчур вышло из под контроля. Без преувеличений, Эрика проснулась голой в канаве, а Бойд чуть ли не на самой верхушке полуразвалившегося дерева. Казалось бы, не так уж и плохо, если бы они продрали глаза в старом добром заповеднике, так нет же, действие развернулось в городке за сотню миль от Бейкон Хиллс.
Какой он к черту альфа, если не может научить своих щенков контролировать себя в полнолуние? А главное, какого черта он не отсыпается сейчас перед завтрашней многочасовой тренировкой, а готовить уже пятую по счету чашку крепкого кофе без сахара? Он же не гребаный вампир, а всего лишь оборотень, который нуждается в здоровом сне возможно даже больше, чем обычный человек.
Дерек размашисто бьет кулаком по кофемолке, строго контролируя гнев и силу, благодаря чему вмятина на металлическом аппарате не мешает его работе, после чего тяжело вздыхает, запуская пальцы в жесткие черные волосы. И вот наконец, короткий пищащий звук оповещает о готовности напитка. Хейл спокойно обхватывает рукой горячую чашку, не обращая ни малейшего внимания на обжигающую боль в ладони, подносит к губам и отпивает сразу добрую половину ее содержимого, даже не поморщившись. Резко отставив кофе в сторону, альфа замирает. Он слышит.
Тихий скрежет ключа в двери лофта, два аккуратных оборота, некто заходит внутрь, проворачивая аналогичные манипуляции уже изнутри, медленно поворачивается и заходит в гостиную.
Дерек расслабился едва уловив запах через еще закрытую дверь, он снова здесь. Стайлз приходит к Хейлу уже на протяжении двух недель, просто садится на кожаный диван и думает, бывает целую ночь бодрствуя, порой шепча идиотские планы и догадки по избавлению от очередной сверхъестественной херни, происходящей в этом городе. Дерек же всегда допивает свой кофе и идет спать на второй этаж. Все. Они оба не говорят друг другу ни слова (без шуток, Стилински, оказывается, умеет молчать), иногда кажется специально не замечают друг друга, словно все как и должно быть, Стайлз у себя дома, в компании пачки чипсов и Звездных Воин, а он, Дерек, один, занят мыслями о тренировках стаи.
Хотя конечно, в первый раз, когда эта необъяснимая ночная хуйня только зародилась, Хейл, лишь почуяв чужой запах в своей обители, припечатал незваного гостя к стене, крепко сжимая горло, и обнажил белоснежные и чрезвычайно острые клыки. Спустя секунду осознав, что это всего лишь неуклюжий, бесполезный Стайлз, оборотень отпустил его, раздраженно отшвыривая в сторону.
«Я знаю, что это пиздец как странно прозвучит, но ближайшие несколько часов до начала уроков твоя волчья конура будет вонять мной, поскольку я располагаюсь здесь».
И Дерек сам не понял, как не свернул ему шею, не выбросил бесцеремонно из окна, а пустил внутрь, позволив даже уместить худощавую задницу на диване. Но нужно отдать альфе должное, перед этим радушным жестом он выдал пару таких ужасающих угроз, что любой здравомыслящий человек с инстинктом самосохранения бежал бы отсюда быстрее самого оборотня, но только не Стайлз.
А еще, Дерек конечно же не понял, как эти «несколько часов» превратились в две гребаные недели терпения этого идиота.

И вот сейчас, Дерек стоял спиной к тому самому дивану, на который несколько мгновений назад устало упал Стилински, и все так же медленно попивал свой кофе.

— Опять? - что заставило Хейла нарушить из традиционную тишину было неясно им обоим, хотя возможно, альфе просто надоело делить свое логово с надоедливым Стайлзом, который был способен надоесть даже когда молчал.

— Что опять? - голос Стилински совсем не был похож на голос Стилински, потому что звучал уж слишком тихо и изнеможенно, что заставило Дерека встать в полуоборот, мельком бросив взгляд на гостя.

— Прекрати приходить ко мне, - как и всегда, Хейл не произносит лишних слов, будто бы за каждый звук, слетевший с его губ, он платит по баксу.

— Не могу, Дерек. Только здесь эта хрень меня не беспокоит.

Оборотень изогнул губы в усмешке, одновременно поднимая брови, до образовавшихся морщинок на лбу. Неужели Стайлз решил поделиться увлекательной историей, ставшей причиной нахождения у него дома?

— Мне снятся ебаные кошмары каждую ночь, Дерек, и это пиздецки страшно, потому что я просыпаюсь в крови и с царапинами в тех местах, куда меня ткнули ножом, выстрелили из пистолета или засунули свой длинный коготь в долбанном сне, и я реально думаю, что могу умереть, блять, умереть в ебучем сне, после того, как не сдох даже в окружении разъяренных оборотней, - Стайлз шумно выдохнул, закрывая лицо руками и нервно постукивая ногой по паркету, - А тут я сплю, и мне ничего не снится.

Хейл одним махом допил остатки кофе, поставил чашку в раковину и, пройдя в гостиную, развалился в кресле рядом с гиперактивным подростком.

— Если кошмары снятся, они будут сниться везде, Стайлз.

Стилински со стоном убрал руки от лица и безвольно откинулся на спинку дивана, глядя в темные глаза оборотня.

— Хочешь сказать, что не веришь мне?

— Хочу сказать, что мне плевать, - Дерек резко поднялся и покинул комнату, поднимаясь на второй этаж, что означало только одно: Хейл не вернется.

Следующей ночью Стайлз не обнаружил оборотня по приходу в лофт, хотя точно знал, что он здесь — дверь была закрыта на два оборота, как и всегда. Тренировка стаи длилась ровно двенадцать часов, в связи с этим, лишь переступив порог дома, Дерек завалился спать, приподняв голову только в час ночи, когда услышал знакомые шаги подростка.
Стилински не звал Хейла и уж тем более не поднимался к нему. Он знал, что оборотень жив, остальное было не так важно.

На следующую ночь произошло точно так же, и Стайлз даже умудрился сварить себе чашечку кофе, каждую секунду оборачиваясь и смертельно боясь быть разорванным на части, если бы альфа вдруг спустился закинуться стаканом воды. Однако, Хейл слышал сквозь сон, запустившуюся кофемашину, включившийся на пару секунд кран, стук чистой кружки, осторожно поставленной на место в кухонный шкаф.

Следующая ночь была полнолунием, в связи с чем Стайлз, естественно, не пришел. Во-первых, его не привлекала мысль быть растерзанным озверевшими оборотнями, так и не научившимися держать себя в руках (или в лапах). Во-вторых, вся стая будет в лофте и... ну это выглядит странно, не так ли, Стайлзу там делать попросту нечего.
Да и Хейлу было не до подростка, уже через два часа после восхода луны на нем не осталось живого места, хотя бетам повезло ни чуть не больше.

Далее ежедневные, а точнее еженочные походы Стайлза в «волчью конуру» продолжались еще неделю. Снова неделя холодной обнаженной спины Дерека, заваривающего крепкий кофе, неделя хрустящих костяшек его пальцев, когда он собирается развернуться и покинуть кухню, неделя звенящей тишины, нарушаемой лишь громким дыханием Стилински.

А затем был какой-то переломный день,  когда вся эта непонятная запутанная херня, происходящая во сне Стайлза, стала еще непонятнее и запутаннее. Он заснул всего на полчаса из-за слишком сильной усталости у себя дома, а не у Дерека, и гребаный сон был таким зверским и ужасным, что проснулся он от собственного крика, смешанного с глухими рыданиями, простыня была в крови, и подросток был безумно благодарен судьбе, что его отца сегодня забрали на ночное дежурство. Выскочив из дома, он залез в любимый джип, с которым отношения у него были лучше, чем с собственными друзьями, и поехал домой к молчаливому хмурому альфе.
Дверь лофта не открылась после двух оборотов, и Стайлз повернул еще два раза, распахнув двери и войдя внутрь. Дерека не было дома.

— А разве мне не все равно? Вот отлично, займу его кровать, пока он развлекается с какой-нибудь девчонкой в баре, - Стилински любил поговорить сам с собой, но даже сейчас его голос предательски надломился в конце, ведь он пытался убедить исключительно себя самого насчет того, что ему все равно.

Стайлз был настолько уставшим, что и не заметил, как оказался на втором этаже в большой уютной кровати Хейла.

— Жаль, что Дерека здесь нет, - и прежде чем подумать о том, что он только что произнес, подросток забылся спокойным сном без сновидений.

Удивительно.

Дерек Хейл не был в баре и не трахался ни с девчонками, ни с парнишками, как думал Стайлз, а всего лишь разговаривал по душам со своим дядей в его громадной квартире в центре города. Хотя разговаривал сильно сказано, они снова чуть не вырвали друг другу глотки.
Мысль о том, что этот идиот Стилински снова находится в его доме раздражала все сильнее с каждой минутой. Открыл дверь, тишина. Такая знакомая и порядком надоевшая хмурому волку. Альфа огляделся, не обнаружив нигде подростка, но четко ощущая его запах: он пах молоком и мятной жвачкой, которая, Дерек мог поклясться, лежала в кармане его худи. Хейл резко повернулся к лестнице, ведущей на второй этаж, в его спальню и медленно двинулся к ней.

— Ебаный Стилински.

Ебаный Стилински спал, укутавшись в одеяло как гусеница, изредка ворочаясь и посапывая. Если бы это зрелище предстало перед кем-либо другим, возможно, этот человек посчитал был данную картину даже милой, но только не Дерек Хейл.

— Стайлз, поднимай зад с моей кровати, или я выпотрошу твои кишки и затолкаю тебе в рот, - прорычал Хейл, хорошенько встряхивая подростка и отбрасывая обратно на кровать.

Сонный и сильно напуганный Стилински послушно соскочил с мягкой подушки, на ходу пытаясь выпутаться из махрового одеяла, что привело только к стремительному падению и встречей с холодным и твердым полом.

— Я все понял, Дерек, но помни, прежде чем избить меня, что я не могу исцеляться так быстро, как и вы, и что я вообще гребаный человек, а не волчара, - протараторил Стайлз, все же освободившись из объятий одеяла, вскакивая на ноги и прижимаясь к стене.

— Какого черта, Стайлз?

Дерек до того сильно скрипнул зубами, что Стилински прикинул на секунду, могут ли они из-за этого треснуть или хотя бы посыпаться порошком.

— В этот раз мне действительно снился страшный кошмар.

— Разве кошмары могут быть не страшными, а охуительно веселыми?

Стайлз молча приподнял край старой футболки с бэтменом, обнажая ребро, на котором красовался глубокий порез в виде зигзага.

— Это появилось во сне.

— Ты просто психованый лунатик, Стайлз, убирай подальше всякие острые штуковины и прекрати сюда приходить, - Хейл презрительно рыкнул и опустился на кровать, отряхивая одеяло от Стайлза.

Отряхивая. одеяло. от. Стайлза.

— Дерек, это действительно происходит во сне, я не хочу снова засыпать и видеть это, - Стилински был на грани панической атаки, медленно приближаясь к сидящему оборотня, жадно хватая ртом воздух и вытирая лоб от капелек пота, - Ну же, подвинь свою волчью задницу всего на пару сантиметров в бок, и я обещаю, что не задену твою тушку даже под дулом пистолета.

— Пошел вон, - прорычал Хейл, оказываясь уже в горизонтальном положении и плотно укрываясь одеялом.

— А я все же попробую, - вздохнул Стайлз и очень очень осторожно юркнул в кровать с другой стороны, как можно дальше отодвинувшись от альфы, затем зажмурился, мучительно ожидая почувствовать острые когти, впившиеся ему в шею со стороны волка.

Ничего не произошло, и подросток, не веря своей удаче, уже напомнил себе прикупить завтра пару лотерейных билетов.

— Идиот, - очередной рык Хейла, и теплое махровое одеяло накрыло сверху и Стайлза, который от неожиданности чуть не подорвался.

— Дерек, ты это что, волчьей валерьянки нанюхался, - чересчур высоким голосом произнес Стилински, не смея даже на пол градуса повернуть голову в сторону альфы.

— Спи, Стайлз, и если приблизишься хоть на сантиметр, я оторву тебе руки.

Стоит ли говорить о том, что утром Дерек проснулся в объятиях Стайлза, но не сказал ему ни слова?