Новенькая/ Айзек Найт

Прошло два месяца.

Т/и жила в спокойном, почти выверенном ритме вместе с Карлом. Дни текли мягко и размеренно: утренний свет, кормление, тихие прогулки, редкие разговоры, вечерняя усталость. Малыш был удивительно тихим и внимательным, словно чувствовал её состояние и подстраивался под него. Его тёмные глазки иногда подолгу задерживались на случайных предметах — на шевелящихся занавесках, на бликах света на стене, на её лице, будто он пытался всё это запомнить. Маленькие ручки сжимали край одеяла или её палец, будто проверяя, что всё настоящее.

Т/и часто ловила себя на том, что просто сидит и смотрит на него, забывая о времени. В такие моменты в комнате было тихо — только его дыхание, редкое посапывание и мягкий скрип пола, когда она вставала.

— Ты у меня слишком серьёзный… — тихо говорила она, проводя пальцем по его щеке. — В кого такой, а?

Карл морщил носик, будто что-то отвечал, и чуть сильнее сжимал её палец.

— Понятно… не скажешь, — усмехалась она, наклоняясь и касаясь губами его лба.

---

Айзек постепенно сходил с ума, ощущая, как что-то самое важное и дорогое ускользает сквозь пальцы. Это чувство не отпускало ни днём, ни ночью.

Он сидел на парах, уставившись в одну точку на парте, не слыша ни преподавателя, ни шороха страниц вокруг. Голос в аудитории будто становился фоном, далёким и глухим. Его пальцы сжимали ручку так сильно, что костяшки белели, иногда он начинал нервно постукивать ею по поверхности, сбивая ритм чужих записей.

— Найт, ты вообще здесь? — раздражённо спросил преподаватель.

Айзек даже не сразу понял, что обращаются к нему. Он медленно поднял взгляд, моргнул.

— Да… — коротко бросил он, голос был глухим.

— Тогда, может, ответишь?

Айзек чуть прищурился, будто пытаясь вернуться в реальность, но через секунду просто отвёл взгляд.

— Не сейчас.

В аудитории прошёлся тихий шёпот.

Лика стояла рядом, сжимая тетрадь так, что пальцы побелели. Она смотрела на него и буквально чувствовала, как внутри всё сжимается. Слова уже почти сорвались с губ.

— Айзек, она—

Но договорить она не успела.

Майрон резко шагнул ближе и накрыл её губы поцелуем, неожиданно и почти грубо, прерывая её на полуслове. Его рука легла ей на затылок, удерживая.

Лика на секунду замерла от неожиданности, потом резко оттолкнула его.

— Ты… — она тяжело выдохнула, глядя на него. — Ты идиот.

— Спасаю ситуацию, — тихо бросил он, склонившись ближе. — Ты бы сейчас всё испортила.

Она сжала губы, отводя взгляд, руки всё ещё были напряжены.

Айзек почти не обратил на это внимания. Его глаза уже были прикованы к экрану телефона. Он открыл галерею — фотографии Т/и.

Пальцы медленно пролистывали кадры.

Вот она смеётся. Вот смотрит в сторону. Вот прищуривается на солнце.

Он задержал палец на одном фото, чуть дольше, чем на остальных.

Грудь сжалась.

— Чёрт… — тихо выдохнул он, почти беззвучно.

Майрон краем глаза посмотрел на него и тяжело вздохнул, но ничего не сказал.

Лика отвернулась, сжимая руки в кулаки.

---

Т/и стояла в аэропорту, держа Карла на руках. Просторный зал гудел: объявления по громкой связи, звук чемоданов по плитке, чужие голоса, шаги. Всё это сливалось в один непрерывный шум.

Карл морщился от яркого света, щурился, пытаясь отвернуть голову, и тихо недовольно сопел.

— Тсс… тихо… — мягко сказала Т/и, чуть поворачивая его к себе и прикрывая от света ладонью. — Сейчас привыкнешь…

Она аккуратно поправила край его шапочки, затем прижала его ближе к груди, слегка покачивая.

Карл уткнулся носиком в её плечо и почти сразу успокоился.

— Вот так… — прошептала она, улыбнувшись.

Рядом стояли мама и отчим. Мама внимательно следила за каждым её движением, время от времени поправляя ремешок сумки на плече. Отчим держал документы и время от времени поглядывал на табло вылетов.

— Через двадцать минут наш рейс, — сказал он, возвращаясь от стойки и протягивая документы. — Багаж сдал.

— Быстро… — тихо ответила Т/и, на секунду переводя взгляд на него.

— Очереди нет, повезло, — пожал плечами он.

Мама подошла ближе и аккуратно коснулась щеки Карла пальцами.

— Не капризничает? — тихо спросила она.

— Нет… — мягко ответила Т/и. — Он вообще спокойный.

Карл чуть шевельнулся, губы дрогнули, он тихо пискнул.

— Я тут, — сразу прошептала Т/и, покачивая его.

Она на секунду замолчала, взгляд её стал чуть более серьёзным. Она обвела глазами зал, людей, свет, движение — всё это казалось таким шумным по сравнению с их маленьким миром.

— Всё будет нормально… — тихо сказала она, больше себе, чем кому-то.

Отчим посмотрел на неё внимательнее.

— Конечно будет, — спокойно ответил он. — Мы рядом.

Мама кивнула, мягко сжав её плечо.

— Всегда.

Т/и едва заметно улыбнулась и снова посмотрела на Карла, осторожно проводя пальцем по его маленькой ладошке.

— Пошли, маленький… — тихо прошептала она. — У нас ещё один перелёт впереди…

Они медленно двинулись к зоне посадки. Колёса чемодана тихо постукивали по плитке, объявления сменяли друг друга, где-то плакал ребёнок, кто-то смеялся — обычная суета, в которой Т/и держалась чуть в стороне, будто вокруг неё был невидимый кокон тишины.

Карл снова заворочался у неё на руках, недовольно морща носик.

— Тсс… — она мягко покачала его, чуть прижав к себе. — Ещё немного, и будем в самолёте…

Он тихо пискнул, но не заплакал, только сильнее уткнулся в её плечо.

Мама шла рядом, время от времени поглядывая на них.

— Может, я подержу? Ты устала, — тихо предложила она.

Т/и покачала головой, не отрывая взгляда от сына.

— Нет… мне так спокойнее.

Отчим шёл чуть впереди, проверяя билеты и документы. Он обернулся, убедился, что они рядом, и кивнул.

— Быстрее идём, уже начали посадку.

Они подошли к выходу. Очередь двигалась медленно. Люди передавали билеты, кто-то спорил с сотрудниками, кто-то торопился.

Т/и стояла, слегка покачиваясь на месте, убаюкивая Карла. Её пальцы автоматически гладили его по спине, задавая ровный, спокойный ритм.

— Всё хорошо… — шептала она почти беззвучно. — Я рядом…

Карл постепенно затих, его дыхание выровнялось.

— Видишь… слушается, — тихо сказала мама, с мягкой улыбкой.

— Он просто умный, — чуть улыбнулась Т/и.

— В маму, — добавил отчим, не оборачиваясь.

Она тихо усмехнулась, но ничего не ответила.

---

Через несколько минут они уже проходили по узкому трапу в самолёт. Внутри было чуть душно, пахло чем-то тёплым, смешанным с ароматом кофе и пластика. Люди медленно продвигались по проходу, убирая вещи на полки.

Т/и осторожно прошла к своему месту у окна. Она аккуратно села, устраивая Карла на руках, поправляя конверт.

— Всё… — выдохнула она, откидываясь на спинку кресла. — Сели…

Мама устроилась рядом, отчим — через проход.

— Если что — зови, — тихо сказала мама, наклоняясь к ней.

Т/и кивнула.

Самолёт начал медленно заполняться шумом: щёлкали ремни, закрывались багажные полки, раздавались голоса бортпроводников.

Карл чуть шевельнулся, его лицо скривилось, будто он вот-вот заплачет.

Т/и сразу наклонилась ближе.

— Эй… эй… — тихо прошептала она, проводя пальцем по его щеке. — Не надо…

Он тихо пискнул, но потом снова затих, словно узнал её голос.

Т/и облегчённо выдохнула и на секунду закрыла глаза.

Самолёт начал движение.

Лёгкая вибрация прошла по корпусу, звук двигателей стал громче.

Т/и машинально прижала Карла чуть крепче к себе.

— Всё нормально… — прошептала она. — Мы просто едем…

Самолёт разогнался, и через несколько секунд оторвался от земли.

Т/и на мгновение замерла, затем осторожно повернула голову к окну. Город под ними начал уменьшаться, превращаясь в маленькие пятна света и линий.

Она снова посмотрела на Карла.

Он спал.

Так спокойно, будто ничего вокруг не происходило.

Т/и улыбнулась, едва заметно.

— Тебе всё равно, да?… — тихо сказала она.

Её пальцы медленно провели по его маленькой ручке.

На секунду взгляд её стал задумчивым… чуть потемнел.

Перед глазами снова мелькнуло лицо Айзека.

Она резко отвела взгляд к окну и глубоко вдохнула.

— Нет… — тихо сказала она, почти беззвучно. — Всё уже по-другому…

Карл во сне чуть сжал её палец.

Т/и замерла, потом улыбнулась — уже мягче, теплее.

— Ладно… — прошептала она. — Тогда будем вдвоём…

Она осторожно наклонилась и коснулась губами его лба.

Самолёт поднимался выше, унося их всё дальше — от прошлого, от боли… к чему-то новому, ещё неизвестному.

Спустя несколько часов самолёт мягко коснулся земли. Лёгкая вибрация прошла по корпусу, раздался характерный гул торможения, и кто-то в салоне облегчённо выдохнул, щёлкнули ремни, послышались приглушённые разговоры.

Т/и на секунду прикрыла глаза, глубоко вдохнула, затем осторожно посмотрела на Карла. Он всё ещё спал, уткнувшись носиком в мягкую ткань конверта, его маленькие губы чуть приоткрылись, дыхание было ровным и спокойным.

— Прилетели… — тихо прошептала она, едва заметно улыбнувшись.

Мама наклонилась ближе, заглядывая в конверт.

— Даже не проснулся… — удивлённо сказала она, мягко проводя пальцем по щеке малыша.

Карл чуть повёл бровями, но не открыл глаз.

— Везунчик, — хмыкнул отчим, поднимаясь с кресла и потягиваясь. — Я вот уже спину не чувствую.

Т/и тихо усмехнулась, аккуратно поправляя край конверта.

— Он просто спокойный… — ответила она, осторожно поднимаясь с места.

Люди вокруг начали вставать, доставать сумки, переговариваться. В проходе образовалась лёгкая суета, кто-то торопился, кто-то наоборот не спешил.

Т/и не двигалась резко. Она дождалась, пока поток немного спадёт, и только потом медленно пошла к выходу, прижимая Карла к себе.

— Аккуратно, — тихо сказал отчим, придерживая её за локоть, когда они выходили в проход.

— Я держу, — кивнула она, чуть крепче обняв сына.

---

На улице их встретил свежий воздух. Он был прохладным, чуть влажным, пах асфальтом и чем-то знакомым, почти родным. Где-то в стороне проезжали машины, слышались голоса, хлопали двери.

Карл проснулся.

Он нахмурился, морща лоб от яркого света, и чуть дёрнул головой, издав тихий недовольный звук.

— Тсс… — сразу прошептала Т/и, прикрывая его ладонью от солнца и чуть покачивая. — Тихо, маленький…

Он открыл глаза — тёмные, внимательные, и сразу начал разглядывать всё вокруг, цепляясь взглядом за движение, за лица.

В этот момент к ним быстрым шагом подошёл Вик.

Он сначала пожал руку отчиму, крепко, с лёгким хлопком по плечу.

— Привет, — коротко сказал он.

— Привет, — кивнул отчим, чуть улыбнувшись.

Затем Вик повернулся к маме и обнял её, чуть сильнее, чем обычно.

— Наконец-то, — выдохнул он.

— Вик… — мама улыбнулась, погладив его по спине. — Соскучился?

— Конечно, — фыркнул он, отстраняясь.

И уже через секунду его взгляд переключился на Т/и.

Он подошёл ближе, остановился на мгновение, рассматривая её и свёрток на руках.

Карл в этот момент смотрел прямо на него. Лоб нахмурился ещё сильнее, губы сжались, будто он пытался понять, кто перед ним.

— Ну… — протянул Вик, приподняв бровь. — Весь в мать… такой же серьёзный.

Он усмехнулся и наклонился чуть ближе.

Карл тихо фыркнул и дёрнул рукой.

Т/и не сдержала улыбки и осторожно обняла брата одной рукой.

— Конечно, мой же, — мягко сказала она, прижимаясь к нему на секунду.

Вик коротко обнял её в ответ, но аккуратно, чтобы не задеть малыша.

— Ты как? — тихо спросил он, заглядывая ей в глаза.

— Нормально… — выдохнула она. — Чуть устала.

— Это видно, — усмехнулся он, но взгляд стал мягче.

Карл снова пошевелился, его взгляд метнулся от одного лица к другому.

— Ого, — Вик тихо присвистнул. — Уже всех оценивает.

— Он просто наблюдает, — ответила Т/и, поглаживая его по спине.

— Умный значит, — кивнул Вик.

Он выпрямился и махнул рукой в сторону парковки.

— Ладно, поехали. Я вас отвезу всех на твою старую квартиру, — сказал он, уже разворачиваясь. — Машина рядом.

— Спасибо, — тихо сказала мама, поправляя сумку.

Отчим взял чемодан, покатил его за собой.

Т/и чуть крепче прижала Карла к себе и пошла следом.

Карл уткнулся носиком в её плечо, но всё ещё не спал — его пальчики медленно сжимались на ткани её куртки.

— Всё… — прошептала она ему на ухо, едва касаясь губами его головы. — Сейчас поедем домой…

Он тихо выдохнул, словно понял, и расслабился в её руках.

Они шли к машине, и в этом движении — среди шума города, шагов, голосов — было что-то спокойное, почти тихое. Будто, несмотря ни на что, она снова оказалась там, где должна быть.

Они подошли к машине. Вик щёлкнул сигнализацией, фары коротко мигнули, и он открыл багажник, сразу перехватывая чемоданы у отчима.

— Давай сюда, — коротко сказал он, забирая один и закидывая внутрь. Металл глухо звякнул, колёса чемодана заскользили по краю багажника. — Тяжёлые… вы что, весь дом перевезли?

— Почти, — усмехнулся отчим, выпрямляясь и потирая ладонь. — Там половина — детские вещи.

— А, ну тогда понятно, — фыркнул Вик, захлопывая багажник.

Мама уже открыла заднюю дверь машины, оборачиваясь к Т/и.

— Давай аккуратно…

Т/и кивнула и осторожно села на заднее сиденье, придерживая Карла. Она медленно устроилась, поправила конверт, чтобы ему было удобнее, и только потом выдохнула.

— Сейчас кресло поставлю, — сказал Вик, обходя машину.

Он открыл дверь рядом с ней, быстро, но аккуратно закрепил детское кресло, проверяя ремни. Его движения были уверенными, но иногда он на секунду останавливался, словно перепроверяя себя.

— Так… это сюда… — пробормотал он, подтягивая ремень. — Нормально?

Т/и наклонилась ближе, внимательно посмотрела, поправила край конверта.

— Да, хорошо.

— Давай его сюда, — тихо сказал Вик.

Т/и осторожно передала Карла. Малыш тихо пискнул, нахмурился, но не заплакал.

— Тсс… — сразу прошептала она, проводя пальцем по его щеке.

Вик аккуратно уложил его в кресло, застёгивая ремни чуть медленнее, чем обычно.

— Маленький какой… — тихо сказал он, почти себе под нос.

Карл открыл глаза и снова уставился на него, серьёзно, не моргая.

— Да я уже понял, что ты строгий, — усмехнулся Вик. — Ладно, не смотри так.

Т/и тихо рассмеялась, прикрывая рот рукой.

— Он просто знакомится.

— Ну пусть знакомится, — хмыкнул Вик, закрывая дверь.

Он сел за руль, отчим — рядом, мама устроилась спереди. Машина мягко завелась, двигатель загудел ровно и спокойно.

Т/и осталась сзади рядом с Карлом. Она чуть наклонилась к нему, поправила ремешок у его плеча, затем провела пальцем по его маленькой ладошке.

Карл тут же сжал её палец.

Она замерла на секунду, улыбка медленно появилась на её лице.

— Держит… — тихо прошептала она.

— Конечно держит, — обернулась мама с переднего сиденья. — Это ты у него весь мир сейчас.

Т/и опустила взгляд на сына, и в её глазах мелькнуло что-то тёплое и глубокое.

— А он у меня, — едва слышно ответила она.

Машина тронулась с места. За окном поплыли знакомые улицы — дома, витрины, остановки. Люди шли по своим делам, кто-то смеялся, кто-то разговаривал по телефону.

Вик время от времени бросал взгляд в зеркало заднего вида.

— Как он вообще? Спокойный? — спросил он.

— Очень, — ответила Т/и, не отрывая взгляда от Карла. — Почти не плачет.

— Повезло, — хмыкнул отчим. — С тобой, между прочим, было веселее.

— Витя… — предупреждающе протянула мама.

— Что, правда же, — пожал плечами он, но улыбнулся.

Т/и тихо усмехнулась, качнув головой.

Карл тем временем начал медленно моргать, его взгляд становился всё более сонным. Он чуть повернул голову, уткнулся щекой в мягкий край конверта и тихо выдохнул.

— Засыпает… — прошептала Т/и, наклоняясь ближе.

Она осторожно погладила его по голове, едва касаясь.

— Спи… маленький…

Машина ехала ровно, почти убаюкивающе. Внутри стало тихо — только звук двигателя и редкие шорохи одежды.

Через некоторое время Вик притормозил у знакомого двора.

— Приехали, — сказал он, заглушив двигатель.

Т/и подняла взгляд в окно.

Тот самый дом.

На секунду внутри что-то сжалось.

Она замерла, глядя на подъезд, на окна… на место, где когда-то всё было по-другому.

Карл тихо шевельнулся в кресле.

Т/и сразу перевела взгляд на него и мягко улыбнулась.

— Всё хорошо… — тихо сказала она, уже спокойнее.

Она открыла дверь и осторожно вышла, наклоняясь к креслу.

Вик уже доставал чемоданы, отчим помогал.

Мама подошла ближе, положила ладонь Т/и на плечо.

— Готова? — тихо спросила она.

Т/и на секунду задержала взгляд на доме… потом кивнула.

— Да.

Она аккуратно взяла Карла на руки, прижала к себе и направилась к подъезду.

Теперь уже не одна.