Новенькая/ Айзек Найт

Прошло полгода.

Т/и вышла из поликлиники медленно, будто всё вокруг стало чуть тише и тяжелее, чем было до этого. Двери за её спиной мягко закрылись с приглушённым щелчком, в коридоре остался запах антисептика и чужих разговоров, а здесь — на улице — воздух показался холоднее и чище. Лёгкий ветер тронул её волосы, сдвинул выбившуюся прядь на лицо.

Она стояла на ступеньках несколько секунд, не двигаясь, будто пытаясь осознать происходящее. В руках она крепко держала небольшой снимок УЗИ, пальцы чуть дрожали, сжимая края бумаги сильнее, чем нужно. На губах появилась едва заметная улыбка, но глаза блестели от слёз.

— Два месяца… два… — тихо прошептала она, почти не слышно, будто боялась спугнуть эти слова.

Она резко вдохнула, достала телефон, экран вспыхнул холодным светом, но палец завис над контактом. Она замерла, глядя в экран, затем медленно опустила руку.

— Нет… не так… — тихо сказала она себе, покачав головой, и убрала телефон обратно в карман, пальцы задержались там на секунду дольше.

“Надо по-другому…”

Мысль зацепилась, и в глазах появилась решимость. Она резко развернулась и быстрым шагом направилась к ближайшему ТЦ.

Автоматические двери с тихим шипением разъехались в стороны. Внутри сразу ударил тёплый воздух, запах кофе и сладостей, гул голосов, шагов, звон кассы где-то в стороне. Люди проходили мимо, кто-то смеялся, кто-то разговаривал по телефону, дети тянули родителей за руки.

Т/и почти не замечала никого. Она быстро пробежалась взглядом по вывескам, глаза зацепились за нужную.

«Детский магазин — 3 этаж».

Её губы дрогнули в мягкой улыбке.

Она ускорила шаг, подошла к лифту, нервно нажала кнопку. Двери открылись с тихим звоном. Внутри стояло несколько человек, кто-то листал телефон, кто-то просто смотрел в пол. Лифт плавно поехал вверх, лёгкая вибрация прошла по телу.

Т/и сжимала снимок УЗИ в руке, время от времени бросая на него быстрые взгляды, будто проверяя, что он всё ещё там.

Через пару минут двери открылись. Она вышла и сразу направилась в магазин.

Внутри было светло, мягкий тёплый свет падал на аккуратно разложенные полки. Маленькие вещи, аккуратные ряды одежды, игрушки, тихая музыка на фоне.

Т/и замедлила шаг. Взгляд немного растерялся между крошечными кофточками, бодиками, шапочками. Она подошла ближе, протянула руку и осторожно провела пальцами по ткани одного из них.

Мягко.

Тёпло.

Живо.

Она взяла бодик нежного молочного цвета с маленьким мишкой, подняла его чуть выше, разглядывая.

— Маленький такой… — прошептала она, и её голос дрогнул.

Губы растянулись в тёплой улыбке, но глаза снова увлажнились. Она осторожно прижала ткань к себе на секунду, будто примеряя этот момент.

Она выбрала бодик, затем подошла к носочкам, долго перебирала, пока не нашла крохотные, в тон. Пальцы медленно скользили по ним, задерживаясь.

На кассе она быстро оплатила, почти не слушая, что говорит кассир. Только кивнула, забрала пакет.

В другом магазине она купила небольшую аккуратную коробочку. Уже сидя на лавочке в центре ТЦ, она открыла пакет, достала бодик, аккуратно сложила, сверху положила УЗИ.

Руки двигались осторожно, почти трепетно. Телефон в кармане завибрировал.
Она достала его. Экран светится увидомнением,сообщение от Айзека.

> Котёнок, надо поговорить… серьёзно, в кафе у твоего дома.

Она замерла, глядя на экран.
Губы медленно дрогнули.

— О… да… — тихо сказала она, почти выдохом. — Ты не представляешь, как нужно…

Она убрала телефон, аккуратно закрыла коробку, положила её в пакет и резко встала.

Через двадцать минут она уже заходила в кафе. Тихий звон колокольчика над дверью, запах кофе, негромкие разговоры. Она быстро пробежалась взглядом по залу и сразу нашла его.

Айзек сидел в конце. Напряжённый.Пальцы сжаты в кулаки. Взгляд в одну точку.

Т/и на секунду замерла. В груди что-то тревожно сжалось, но она выдохнула, натянула лёгкую улыбку и подошла.Села напротив.

Айзек поднял взгляд. Несколько секунд он просто смотрел на неё.

— Привет, — улыбнулась Т/и, голос чуть мягче обычного, в нём скользнула осторожная радость. — У меня кое-что есть…

Она потянулась к пакету, пальцы уже коснулись коробки…

— Нам надо расстаться, — резко сказал Айзек, голос глухой, напряжённый, будто каждое слово давалось тяжело.

Её рука остановилась.
Она медленно подняла взгляд.

— Что?.. — тихо спросила она — Почему?..

Айзек сжал ткань штанов, пальцы побелели. Он не смотрел на неё.

— Я… не хочу тебя обманывать… — он выдохнул, голос дрогнул, но он тут же сжал челюсть. — Изменять не хочу… я не нагулялся… прости.

Он резко встал.Стул тихо скрипнул. Он ушёл и  не  обернулся.

Т/и осталась сидеть.

Мир вокруг продолжал жить — звенели чашки, кто-то смеялся, кто-то разговаривал — но всё это стало глухим, будто под водой.

Слёзы тихо покатились по щекам. Она медленно перевела взгляд на пакет.
Достала коробку. Открыла.
Пальцами медленно провела по крошечному носочку, задержались

— Значит… одна… — прошептала она, голос сорвался.

Она закрыла коробочку и вновь убрала её в пакет, встав направилась на выход.

Уже дома.

Дверь тихо закрылась за её спиной. В квартире было пусто и тихо. Т/и дошла до комнаты и опустилась на край кровати.

Секунда и  её накрыло.
Слёзы пошли резко, тяжело, она закрыла лицо руками, плечи задрожали.

— Почему… — тихо, почти беззвучно.

Она наклонилась вперёд, сжимая пальцами ткань одежды.

Майрон стоял напротив Айзека.
В комнате пахло алкоголем. Айзек сидел, держа в руках стакан с коньяком, взгляд пустой, застывший. Несколько секунд тишины.

— Айзек… — спокойно начал Майрон, чуть нахмурившись, руки в карманах, но голос мягче обычного. — Ты уверен?.. Это просто страх.

Айзек не ответил.
Только сжал стакан сильнее.

— Ты рядом с ней изменился… кардинально, — продолжил Майрон, шагнув ближе. — Ты даже не пил… Ты боишься её предать. Надо было поговорить, а не…

Айзек резко выдохнул.

— Не уверен… — тихо сказал он, наконец подняв взгляд. — Но она заслуживает лучше.

Он резко выпил всё. Горло дернулось. Майрон тяжело выдохнул, провёл рукой по лицу, но ничего больше не сказал.

Т/и сидела на кровати, уже тише. Слёзы почти закончились. Она медленно вытерла щёки, глубоко вдохнула, пытаясь выровнять дыхание. Руки дрожали, когда она взяла телефон, набрала номер мамы и нажала на вызов.
Села ровнее, будто собираясь с силами.

— Да, доченька? — послышался тёплый голос матери.

Губы Т/и задрожали.

— Мам… мы расстались… — тихо сказала она.

— Как?.. Что случилось? — голос сразу стал тревожным.

Т/и закрыла глаза, сжимая телефон сильнее.

— Как и все… — выдохнула она. — Но без истерик…—пауза, она глубоко вдохнула.— Мам…

— Да, солнышко?

— Я беременна…

Тишина.

— Что?.. Правда?.. Ты уверена?.. — быстро, взволнованно.

— Да… два месяца… — губы дрожали. — Я не буду ему говорить…

— Почему?

— Он не нагулялся… — тихо. — Я не хочу держать его ребёнком…

На той стороне послышалось движение, приглушённые голоса.

— Так, — уже твёрже сказала мама. — Я звоню Вику. Завтра переводишься на дистанционное обучение, собираешь вещи и едешь к нам.

— Я не хочу вас стеснять… — тихо.

— Не будешь, — послышался голос отчима на фоне.

Т/и закрыла глаза.

— Ладно… хорошо… спасибо… — выдохнула она.

— Главное не нервничай, думай о малыше.

Т/и опустила руку на живот.
Очень осторожно.

— До встречи…

— До встречи. Билет скину.

Звонок закончился. Тишина.
Т/и медленно убрала телефон.
Рука осталась на животе, она смотрела в одну точку. Потом тихо выдохнула.

— Ладно… — почти шёпотом. — Давай… собираем вещи…

На следующий день утро в квартире было каким-то чужим — тихим, слишком аккуратным, будто сама тишина старалась не задеть лишний раз. Два чемодана стояли у двери, молчаливо напоминая, что всё уже решено. Ручки у них были выдвинуты, один чуть наклонён в сторону, будто его недавно поставили и он ещё не “устоялся”.

Вик стоял в дверях, прислонившись плечом к косяку, пальцы лениво постукивали по ручке чемодана. Он наблюдал за Т/и внимательно, чуть нахмурившись. Она натягивала куртку, двигаясь быстро, но в этих движениях была нервозность — пальцы пару раз промахнулись мимо молнии, она тихо выдохнула и поправила ворот.

— Систр… — он чуть склонил голову, голос стал мягче, чем обычно. — Ты уверена, что стоит не говорить ему?

Т/и на секунду замерла, взгляд на долю секунды застыл в пустоте, потом она резко дёрнула молнию вверх и кивнула, не глядя на него.

— Да… — коротко сказала она и сразу же отвернулась, будто не хотела продолжать эту тему. — Пошли… ещё в университет надо.

Вик задержал на ней взгляд ещё секунду, будто хотел что-то добавить, но только выдохнул через нос, качнул головой и подхватил чемоданы.

— Как скажешь.

Колёсики тихо зашуршали по полу. Т/и обвела квартиру быстрым взглядом — диван, на котором они сидели, кухня, где ещё недавно стояли бокалы с вином, дверь в комнату… Она задержалась на секунду, губы чуть сжались, потом резко отвернулась и вышла, захлопнув дверь. Щелчок замка прозвучал слишком громко.

В университете всё казалось странно обычным. Студенты ходили, смеялись, кто-то спорил, кто-то бежал на пары — жизнь продолжалась, будто ничего не произошло.

Т/и стояла во дворе с папкой документов в руках. Бумаги чуть дрожали, хотя она держала их крепко. Рядом стояли Джей, Дэн, Майрон и Лика.

Лика обняла её крепко, почти вцепившись пальцами в ткань куртки, будто боялась, что если отпустит — Т/и исчезнет.

— Ты вообще… — тихо начала она, уткнувшись ей в плечо, — обязана писать. Каждый день.

Т/и усмехнулась, но улыбка вышла мягкой, чуть усталой. Она обняла Лику в ответ, поглаживая её по спине.

— Посмотрим… — тихо сказала она.

— Никаких “посмотрим”, — буркнула Лика, не отпуская.

Майрон стоял рядом, засунув руки в карманы, но взгляд у него был непривычно серьёзный. Он почесал затылок и хмыкнул, пытаясь вернуть привычный тон.

— Хотя бы не отчислилась, — выдохнул он, уголок губ дёрнулся.

Т/и посмотрела на него и мягко улыбнулась, чуть наклонив голову.

— Размечтался…

Майрон фыркнул, но сразу шагнул вперёд и обнял её, хлопнув ладонью по спине чуть сильнее, чем нужно.

— Ты бледная последнее время… — пробормотал он уже тише, почти у её уха.

Т/и нахмурилась, но быстро сгладила выражение лица.

— Заметно?

— Да, — коротко ответил он, отстранившись и внимательно посмотрев на неё.

Она пожала плечами.

— Пройдёт…

— Главное не умри, — лениво вставил Джей, стоя чуть в стороне и скрестив руки на груди, но взгляд у него был внимательный, цепкий.

— А ты спишь и видишь, — Дэн тут же дал ему лёгкий подзатыльник, не отрываясь от жвачки, которую лениво жевал.

— Ай! — Джей закатил глаза. — Я вообще-то переживаю.

— По-своему, — усмехнулся Дэн.

Т/и тихо рассмеялась, этот смех вышел коротким, но живым.

— Мне пора… — сказала она, чуть сжав ремешок сумки.

На секунду повисла пауза.

— Удачи, — Майрон кивнул, но потом добавил, прищурившись, — и напиши, как долетишь. Если не напишешь — я приеду.

— Обязательно, — кивнула Т/и.

Лика снова быстро обняла её, на этот раз коротко, но крепко.

— Береги себя… — прошептала она.

Т/и кивнула, отвернулась, чтобы никто не видел её лица, и пошла к воротам, кусая губу.

Позади ещё слышались их голоса, но они быстро растворились в общем шуме двора.

За воротами стояла машина Вика. Он уже опустил стекло и наблюдал за ней, слегка нахмурившись.

Т/и подошла, открыла дверь и села назад. Сумка тихо упала рядом. Она сразу отвернулась к окну.

Вик повернул голову, внимательно посмотрел на неё через зеркало.

— Им рассказала?

Она покачала головой, не отрывая взгляда от стекла.

— Нет… чтобы не проболтались.

Вик кивнул, сжав губы.

— Понял… — он завёл машину. — Поехали.

Двигатель тихо загудел, машина плавно тронулась. Университет остался позади.

Тем временем в коридоре университета было почти пусто. Только редкие студенты проходили мимо, переговариваясь вполголоса.

Айзек стоял, прислонившись лбом к холодной стене. Его плечи были напряжены, пальцы сжаты в кулаки так сильно, что костяшки побелели. Руки чуть дрожали.

Майрон подошёл к нему медленно, остановился рядом, склонив голову.

— Тебе не хватает её, — тихо сказал он, глядя на него сбоку. — А прошли сутки.

Айзек шумно выдохнул, не поднимая головы.

— Да… — голос сорвался на выдохе.

Майрон провёл рукой по лицу, будто собираясь с мыслями.

— Она перевелась на домашнее обучение… и уезжает в другой город.

Айзек резко оторвался от стены и повернул голову.

— Куда?

— Не знаю, — пожал плечами Майрон. — К матери и отчиму.

На секунду между ними повисла тишина.

Айзек сжал челюсть так, что на скуле выступила мышца. Он резко развернулся и ударил кулаком в стену.

Глухой удар.

Штукатурка посыпалась вниз мелкими кусками.

Майрон дёрнулся, но ничего не сказал. Только тихо выдохнул.

— Чёрт, Найт… — пробормотал он, глядя на его руку.

Айзек стоял, тяжело дыша, не двигаясь.

Машина плавно остановилась у входа в аэропорт. Люди с чемоданами проходили мимо, двери автоматически открывались и закрывались, раздавался гул голосов и объявлений.

Вик вышел первым, открыл багажник, достал чемоданы. Т/и осталась внутри ещё на секунду, закрыв глаза и глубоко вдохнув.

Потом быстро вытерла слёзы и вышла.

Прохладный воздух ударил в лицо.

Вик поставил чемоданы рядом и повернулся к ней.

— Сейчас сдашь багаж и можешь идти, — сказал он спокойно, но взгляд был мягче. — Точно никому не будешь рассказывать?

Т/и опустила взгляд на свои руки, потом медленно покачала головой.

— Пока нет…

Вик кивнул.

— Ладно.

Он шагнул ближе, обнял её крепко, одной рукой прижав к себе, другой потрепав по голове.

— Как долетишь — напиши, поняла?

— Да… — тихо сказала Т/и, уткнувшись ему в плечо. — Меня мама и дядя Витя встретят.

— Хорошо… — он отстранился и посмотрел на неё. — И это… как родишь — фотку племянника жду первым делом.

Т/и улыбнулась сквозь остатки слёз.

— Хорошо…

— Тогда давай, — он кивнул в сторону входа. — А то опоздаешь.

Т/и кивнула, взяла чемодан, развернулась и пошла к дверям. Шаги сначала были быстрые, потом замедлились.

Она прошла внутрь, стеклянные двери закрылись за её спиной.

Уже за стеклом она обернулась, подняла руку и помахала.

Вик ответил тем же.

Т/и глубоко вдохнула, развернулась и пошла дальше — к посадке, к новой жизни, с рукой, которая почти машинально легла на живот.

Самолёт мягко загудел, когда Т/и опустилась в кресло у окна, аккуратно положив сумку под сиденье и сжав пальцами ремень безопасности чуть сильнее, чем нужно. За иллюминатором мерцали огни взлётной полосы, отражаясь в стекле, а в салоне стоял тихий гул голосов, шелест одежды, щелчки застёгивающихся ремней и спокойный голос бортпроводницы, повторяющей инструкции.

Т/и на секунду закрыла глаза, глубоко вдохнула, стараясь выровнять дыхание, и медленно положила ладонь на живот, едва заметно поглаживая ткань свитера.

— Всё будет хорошо… — прошептала она почти беззвучно, будто не себе, а тому маленькому, о ком пока знала только она.

Самолёт начал движение, медленно, тяжело, и сердце внутри сжалось сильнее, когда он разогнался и оторвался от земли. Внизу остались огни города… всё, что было.

Т/и не отрываясь смотрела в окно, пока они не растворились в темноте облаков.

В это время в университете коридор казался непривычно пустым.

Айзек стоял у окна, упираясь ладонями в подоконник, пальцы сжимались до побелевших костяшек. Его взгляд был направлен куда-то вниз, но он явно ничего не видел. Челюсть напряжена, дыхание сбивалось.

Майрон стоял рядом, опершись плечом о стену, наблюдая за ним внимательно, но уже без привычной насмешки.

— Ты хоть ел сегодня? — тихо спросил он, склонив голову.

Айзек усмехнулся коротко, сухо, не отрывая взгляда.

— Не помню.

Майрон тяжело выдохнул и провёл рукой по лицу.

— Отлично… просто отлично. Сначала бросаешь девушку, потом сам разваливаешься.

Айзек резко закрыл глаза, сжав пальцы ещё сильнее.

— Майрон…

— Что? — он развёл руками. — Я не шучу сейчас.

Пауза повисла тяжёлая.

Где-то в конце коридора прошла группа студентов, кто-то тихо засмеялся, кто-то бросил быстрый взгляд на них и тут же отвернулся, чувствуя напряжение.

Айзек медленно выпрямился, провёл рукой по волосам, тяжело выдыхая.

— Я думал, так будет правильно… — глухо сказал он.

Майрон прищурился, внимательно глядя на него.

— Для кого?

Айзек не ответил сразу. Только сжал губы.

— Для неё.

Майрон усмехнулся, но в этот раз без привычной лёгкости.

— Да ты гений… — тихо протянул он. — Она уехала, а ты стоишь тут как призрак и даже не знаешь куда.

Айзек резко повернул голову к нему.

— Думаешь, я не понимаю?

— Тогда почему стоишь? — Майрон шагнул ближе. — Почему не едешь за ней?

Айзек замер.

Секунда.

Вторая.

Он отвёл взгляд, будто этот вопрос был самым тяжёлым.

— Потому что… — он запнулся, провёл рукой по затылку. — Потому что если я снова всё испорчу…

Майрон резко выдохнул и покачал головой.

— Ты уже испортил.

Тишина.

Айзек сжал кулаки.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — буркнул Майрон, потом смягчился, опуская голос. — Слушай… ты впервые за всё время не ведёшь себя как идиот. Ты хотя бы переживаешь. Это уже прогресс.

Айзек слабо усмехнулся.

— Отличное достижение.

— Да, — кивнул Майрон. — Осталось сделать следующий шаг и перестать быть идиотом полностью.

Айзек перевёл на него взгляд.

— И?

Майрон пожал плечами.

— Найди её.

Пауза.

Айзек снова посмотрел в окно.

Где-то далеко, уже в небе, летел самолёт.

Он закрыл глаза, глубоко вдохнул, и на секунду его лицо стало абсолютно спокойным… но пальцы снова сжались в кулак.

Самолёт уже набрал высоту.

В салоне стало тише, свет приглушили, кто-то закрыл глаза, кто-то надел наушники.

Т/и сидела, прислонившись виском к холодному стеклу иллюминатора. Её дыхание выровнялось, но глаза оставались открытыми.

Она достала телефон, посмотрела на экран… на имя.

Айзек.

Палец завис над контактом.

Секунда.

Две.

Она медленно выдохнула… и заблокировала экран, убрав телефон обратно.

Рука снова легла на живот.

— Мы справимся… — тихо сказала она, почти неслышно, и на этот раз голос прозвучал чуть увереннее.

Самолёт продолжал свой путь сквозь облака, унося её всё дальше.