61
Г
Я поднимаюсь наверх по лестнице, которую довольно хорошо знаю с детства, прежде чем все остальное произошло с моей мамой. Слишком темно и пыльно, жуткая паутина весит в углах, цепляясь также за скрипучую деревянную лестницу.
-Мама? — кричу, продолжая идти по бесконечным ступеням.
Когда я добираюсь до верхней лестницы вижу свой старый игрушечный грузовик, я сгибаюсь и подбираю его, заметив, что в нем нет одного колеса. Слышу, как в комнате моей мамы кто-то всхлипывает, заставляя меня повернуть шею к двери, прежде чем подняться и направится к ней. Я медленно захожу внутрь, замечая девушку сидящую на краю пыльной кровати, она держит лицо в руках, её каштановые длинные волосы спадают волнами на ее плечи. Я вздыхаю подходя к ней и касаясь её холодной руки.
Девушка резко поднимает голову, впиваясь в меня своими карими глазами. Дыхание перехватило и ком застрял в горле, когда я увидел, что это Валентина уставилась на меня, её глаза налиты кровью от слез, а нос немного покраснел.
-Валентина? — тихо спрашиваю, когда она встает и отходит назад, ее глаза выглядят напугаными, а руки трясутся.
Я пытаюсь дотянуться до её плеча, но она отступает от меня, моя рука влажная,от чего я перевожу взгляд на неё, чтобы увидеть алую кровь.
-Что ты сделала?
-Иди вниз, Гарри, со мной все будет хорошо — она говорит, грустная улыбка появилась на ее губах, и когда я не ухожу, отрицательно качая головой, она начинает выталкивать меня за дверь, крича непонятные слова.
В итоге я оказываюсь в коридоре, когда деревянная дверь с грохотом захлопывается перед моим лицом. Кровь все ещё на моих руках, прежде чем я решаю снова открыть дверь, оглядываясь в комнате, но нигде не замечаю Валентину. Я обращаю внимание на пол, увидев её босые ноги, и когда я слышу тихий всхлип мое сердце пропускает удар.
-Валентина? — говорю чуть выше шепота, когда медленно подхожу к её трясущемуся телу
Она оборачивается, открывая мне вид на свои напуганные глаза и порезанную шею, из которой без остановки сочится кровь, стекая по всему её телу и падая на пол.
-Ты заставил меня сделать это!
По всей комнате начинают громко звучать разные голоса, я не понимаю, они будто у меня в голове. Я присаживаюсь на корточки и прикрываю уши руками, пытаясь убрать звуки, но они продолжают как старая пластинка повторятся. Я открываю глаза замечая как Валентина сидит смотря на меня со слезами на глазах, кровь все еще сочится из её шеи.
-Теперь ты любишь меня?
-Валентина! — я кричу, подрываясь на месте и открывая свои глаза, оглядываясь.
-Блядь! — стону, потирая глаза.
Мне снился тот же сон, который снится мне каждый день, но теперь это была не моя мама, на её месте была Валентина.
Теперь ты любишь меня?
Даже эти слова заставили меня чувствовать себя виноватым, черт возьми. Я ненавижу себя за то, что она любит меня, за то, что я трахал и целовал её, за то, что разрушил её. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я ушел, и все эти гребаные кошмары заставляют меня покончить со всем этим раз и навсегда. Но единственное, что я знаю, так это то, что мне нужно спать, чтобы мыслить трезво. Скорее всего из-за достаточного количества наркотиков во мне, бутылки абсента выпитой мной за две секунды, а также пиво, ну и дальше я уже не мог себя контролировать однозначно. Все, что я помню, это как сел в Убер и сказал какой-то адрес человеку.
______
Слышу, как что-то шаркает в комнате, заставляя меня застонать и пошевелиться в постели, чувствуя, что моя голова вот-вот взорвется от всего этого шума, я даже могу слышать звуки летающих мух.
-Моррис, я же говорил, что уже заплатил за гребанное жильё — стону, прикрываясь одеялом.
Моррис арендодатель, и он чертовски давно живет в квартире, которую я снимаю. Старик все время забывает, что я уже заплатил за месяц каждый раз. Либо у него болезнь Альцгеймера, либо он действительно любит ебать мой мозг.
Когда шум не прекращается я оборачиваюсь и открываю глаза.
-Я, черт.... — останавливаюсь, когда вижу перед собой Валентину, стоящую у кровати, скрестив руки на груди. Её карие глаза выглядят печальными, пока она смотрит на меня.
Когда я осматриваюсь, понимаю, что я не в своей квартире, увидев перед собой её комнату я резко встаю, но так же быстро сожалею об этом, когда начинает болеть голова.
-Дерьмо — говорю, держась за свою голову - Что я здесь делаю? — Валентина пожимает плечами, вздыхая.
-Ты пришёл в середине ночи. Пьяный — она говорит, закатывая глаза.
Валентина берет чёрную кружку с прикроватной тумбочки и протягивает мне, я перевожу свой взгляд на её лицо не понимая, что она хочет от меня.
-Это кофе.
-Который сейчас час? — спрашиваю, делая глоток крепкого кофе, вздыхая и откидывая голову назад.
-Сейчас пять часов дня.
Я смотрю, как она быстро заходит в ванную комнату, беря расческу, прежде чем выйти обратно ко мне.
-Кто-нибудь еще знает, что я здесь?
-Все знают. Я сказала им, что ты спишь в комнате, в которую тебя отвёл мой отец, чтобы никто вдруг не проверил и не начал подозревать, что ты здесь — Тина плавно расчёсывает волосы, не смотря на меня. Когда я молчу смотря в одну точку, хмурясь, она резко оборачивается, складывая руки на груди.
-Что ты вообще здесь делаешь?
-Поверь мне, я так же удивлён, как и ты. Все, что я помню - абсент и пара бутылок пива, и после этого абсолютно ничего — говорю, из-за чего хмурая складка на её лбу расслабляется, а глаза Валентины приобретают удивление.
-Так ты не помнишь прошлую ночь? — она спрашивает, отводя глаза, когда я качаю головой.
-Я что-то сделал? С тобой? — неуверенно говорю, боясь ответа. Похоже, Тина что-то хочет сказать, но смотрит в сторону, прикусывая губу.
-Нет — она бормочет - Ты сказал моему отцу, что вернулся, потому что хочешь вернуть свою работу — я поднимаю бровь вверх.
-Я сказал что?
-Да — она кивает, кусая себя за щеку.
-Ты знаешь, мне потребовались усилия, чтобы не выгнать тебя из комнаты — Валентина бормочет, когда я поднимаю взгляд на неё, видя, что её глаза выглядят расстроенными.
-Ты бормотал во сне - если бы я не знала тебя лучше, я бы предположила, что ты плакал во сне.
-Пьяное бормотание — говорю, сжимая челюсти -Не беспокойся об этом - ставлю кружку на тумбочку, прежде чем встать.
-Ты настоящий кусок дерьма! — слышу, как она говорит, заставляя меня обернуться, видя, как ее крошечные руки сжались в кулаки.
-Сначала ушёл, а потом появился здесь, как будто ничего и не случилось.
-Ты имеешь полное право быть расстроенной, но я был пьян...
-Я далеко не расстроена — её голос вот вот сломается, но она держится, глубоко вдыхая - Я далеко даже не злюсь уже. Ты не представляешь, как проходили эти последние месяцы без тебя. Ты не представляешь, через что я проходила каждый день, не зная, где ты, не зная в безопасности ли или жив!
-Ты такая не одна, поверь мне — опускаю глаза вниз, прикрывая их на мгновенье.
-Так почему же ты ушел тогда? — Валентина наполовину кричит, взмахивая руками.
-Я не знаю, я просто... я хотел сделать все правильно, я хотел защитить тебя...
-Ты не защитил меня так! Видишь, я жила с невыносимой болью каждый день своей жизни с тех пор как ты взял и ушел! — она кричит, слезы начинают стекать по ее лицу.
-Ты сделал мне больно! Я никогда не чувствовала боли хуже, чем тогда!
-Я просто сделал то, что было бы лучше для тебя, Валентина.
-Лучше для меня? Ты имеешь в виду лучше для себя, да?! Ты сказал мне однажды, что не взялся бы за эту работу, если бы тебе не нужны были деньги. Ты бросил меня, просто чтобы получить эти грязные бумажки.
-У меня не было выбора.
-Нет, ты сделал его. Я бы выбрала тебя, Гарри. Мне больно, что то же самое не относится к тебе.
-Я знаю, что я сделал, черт подери. Я знаю, что причинял тебе боль не раз, и я не могу передать как мне жаль.
-Нет, ты никогда не сможешь. Ты заботишься только о себе. Ты эгоист. Ты оставил меня забрав свои чертовы деньги!
-Я не забрал гребаные деньги, хорошо? —вскрикиваю, сдерживая себя от полнейшего гнева, готового вырваться в любую секунду.
-Я отказался от них, даже несмотря на то, что я должен людям. Когда я уходил, мне уже было все равно - жить или умирать. Но потом я подумал о тебе. Как всегда, ты, блядь, заползаешь в мою чертову голову и просто разрушаешь все мои мысли! Я думал о тебе и о том, как ты будешь убита горем, если я вдруг умру. Я думал о том, как сильно ты меня любишь и что я твоя первая любовь. И я просто не мог больше!
-Каким образом отъезд делает все это лучше? Не зная где ты и что с тобой? Это причинило мне боль. Особенно то, что ты ушёл даже не попрощавшись.
-Я не смог бы жить с мыслями о том, что видел выражение разочарования на твоём лице. Это привело бы меня к безумию.
-Хорошо, посмотри на меня сейчас — она машет мне руками, заставляя поднять глаза на её заплаканное лицо - Вот, пожалуйста. Разочарование? Есть много других вещей, которые ты сделал до этого, что разочаровали меня, и, кажется, тебе было абсолютно все равно.
-Я знаю, черт... но я сейчас же здесь.
-Случайно! Ты был пьян! Прошлой ночью ты сказал мне, что любишь меня и это чертовски больно, потому что я знаю, что ты просто пьян и не понимал, что говоришь — Валентина говорит грустно улыбаясь, из-за чего я ещё больше хмурюсь не веря её словам.
-Я что?
-Видишь? — она кивает, смеясь через слезы, отходя от меня назад.
Я сказал, что люблю ее? Должно быть, я был так обессилен. Пока меня не было, я думал об этом не раз, но никогда не предполагал, что люблю ее. Я не знал, что способен на такие эмоции.
-Валентина... — шепчу, медленно идя к ней, но она останавливает меня, прикладывая руку к моей груди, чтобы держать меня на расстоянии.
-Тебя не было здесь, когда мне нужно было, чтобы ты обнимал меня, пока я плакала и была в отчаянии. Пока я спала одна, надеясь, что это все плохой сон и на утро я проснусь, а ты будешь лежать рядом со мной, как всегда хмурый и раздражительный, будешь смущать меня и целовать без причины, и никогда не захочешь уйти — она всхлипывает, моё сердце сжимается от её слов, я вдыхаю воздух в лёгкие, пытаясь держаться.
-Но теперь я вижу насколько глупой я была.
Не зная, что говорить дальше, я присаживаюсь у подножия кровати и прикрываю лицо руками на минуту, думая обо всем. Тина отворачивается от меня к стене, пряча лицо в своих руках, и тихо плачет. Я хочу обнять её маленькое тело, несмотря на то, что она не захочет этого больше.
-Я не хотел причинить тебе боль снова — говорю, пока она вытирает слезы с лица своей футболкой.
-Это не имеет значения — Тина всхлипывает - Ты все же сделал это.
-Я говорил тебе раньше, что сделаю это — повышаю голос, нахмурив брови - Я говорил тебе, что так и будет. Но я не хочу больше причинять тебе боль, я думаю.
-Ты думаешь? После всего?
-Я не чувствую постоянной необходимости причинять людям боль, поверь— вздыхаю, поправляя волосы, откидывая их назад - Особенно тебе. Я не хочу больше причинять тебе боль. Я больше никогда не сделаю этого, Тина — тихо говорю, смотря на неё.
Когда она молчит, всхлипывая на месте, я встаю идя к ней, мои руки касаются её заплаканного лица, карие глаза смотрят в сторону, отказываясь пересекаться со мной взглядами.
-Давай сделаем это вместе. Я знаю, что я ужасный человек, который всё, блядь, испортил. Но я могу показать тебе, что я могу быть другим. Я могу быть гораздо большим всего этого, если ты позволишь мне.
После того, как я это сказал, она переводит свой уставший взгляд на меня, прежде чем резко оттолкнуть от себя, давая пощечину. Я спотыкнулся об тумбу, Валентина снова толкает меня и начинает бить руками в грудь, но я не пытаюсь остановить ее.
-Я тебя ненавижу! — она рыдает, пока ее крошечные кулаки наносят удары в моё тело. Я хватаю её за локти и прижимаю к себе, крепко обнимая против её постоянных толчков и сопротивления.
-Я тебя ненавижу — Тина шепчет зарываясь в мою грудь, заставляя меня прикрыть глаза, прижитая её тело к своему и поцеловать в макушку, вдыхая этот пьянящий запах волос, пока она в итоге не сдаётся, опустив руки.
Я проигнорировал ее ненависть ко мне, потому что я это заслужил. Я заслужил это и многое другое.
Беру Тину за руку ведя до кровати и усаживаю ее на себя, ноги Валентины по обе стороны от моих бедер, пока я оперся спиной об спинку кровати, лаская ее длинные шелковые волосы и слушая как она размеренно дышит.
-Помнишь то время, когда ты сказала, что мне страшно, что кто-то может обо мне заботится и любить? — говорю тихо, проводя тонкие линии вдоль по её спине - Когда я смеялся над тобой из-за того, что ты сказала мне, что знаешь, что любишь меня потому, что именно так твоя любимая книга описывает любовь? Ты сказала мне, что чувствуешь бабочек в животе и тебе неловко, когда я смотрю на тебя своим взглядом прямо в твои большие глаза без причины, и что тебе всегда хочется быть рядом со мной? Позволь мне сказать тебе, Тина, я могу часами смотреть в твои карие глаза и не устать за все это время. Ты сказала, что мой голос заставляет твое сердце пропускать удар, а в животе скручиваться узлу? Что ж, я бы предпочел сдохнуть прямо сейчас, если бы кто-то сказал мне, что я никогда не смогу увидеть тебя или услышать твой голос снова — говорю, слегка подводя ее лицо к себе кончиками пальцев, мое сердце сжимается, когда слеза скатилась по щеке Тины. Я аккуратно убрал её подушкой большого пальца, прислоняя свой лоб к её и заглядывая в глаза.
-Ты изменила все. Ты изменила мою точку зрения насчёт того, что кто-то действительно способен любить меня. Я не знаю многого об отношениях, и я уверен, что, черт возьми, я также мало знаю о любви — горько улыбаюсь, слыша её тихий смешок - Но я действительно понял, как любить тебя сейчас, если ты позволишь мне, Тина.
-Я не хочу снова пострадать — она смотрит вниз на пальцы рук, убирая скопившиеся слезы в глазах — Обещай мне, что не сделаешь мне больно снова — Валентина шепчет, смотря мне в глаза, убирая весь страх и груз с моих плеч, когда я понимаю, что она не отталкивает меня.
Я нежно глажу её щеку, затем обвожу контур её идеального подбородка, прежде чем приблизить лицо Тины к своему, позволяя мне поцеловать ее распухшие от слез покусанные губы, выпуская тихий стон удовольствия. Я так долго ждал этого, черт возьми.
-Я обещаю, малышка.
____________________________
извините мои малышки что не было прод, ибо я уезжала отдыхать(
я вас люблю