Глава 36. Искры, что могут сжечь.
Глава 36.
VS#Miroslava
Я не думала, что он так отреагирует.
Он ведь просто... ушёл.
Я ведь ничего такого не сказала... ну, кроме того, что он эгоист.
— Фрц... блин, — пробормотала я и шлёпнула себя по лбу. — Ну и дура...
Он признался. Он поцеловал. Он был настоящим. А я... как обычно — всё испортила.
Я встала, тело болело после аварии, после энергетического всплеска, после этой странной, почти мистической связи между нами. Внутри всё ещё пульсировало — то ли от боли, то ли от силы, что не хотела утихнуть. Я ощутила её — магию, Мерилию, как нечто живое, вибрирующее, упрямо пульсирующее под кожей.
На ближайшем дереве остались следы его ярости — кровь, капающая с потрескавшейся коры. Он ударил с такой силой, будто пытался вырвать из себя нечто глубоко спрятанное.
Я увидела его. Он сидел на краю мостика у озера, спиной ко мне. Солнце уже почти скрылось, небо багровело, и его силуэт казался странно одиноким. Я медленно подошла и села рядом.
— Прости, — тихо сказала я, опустив голову. Молчание. Даже птицы, кажется, затаили дыхание.
— Николас... пожалуйста. Я не хотела тебя обидеть. Просто... всё так странно...
— Нет, — заговорил он наконец, его голос был хриплым, почти глухим. — Это я должен извиниться. За всё. За то, что сорвался. За то, что... поцеловал тебя. Я не должен был позволить эмоциям взять верх.
Я подняла взгляд. Его глаза были поглощены озером, но в них плескалось что-то куда глубже — вина, замешательство и... нежность.
— У тебя рука разбита... Зачем ты так?
— Привык. — Он едва заметно пожал плечами. — Пустяки.
— Можно?.. — Я протянула руку к его ладони.
Он не ответил, но и не отстранился. Я аккуратно взяла его руку, промыла водой с озера. Его кожа была горячей. Я мысленно сосредоточилась, желая, чтобы боль ушла. И вдруг... мои ладони начали излучать мягкое, мерцающее белое сияние. Тепло пробежало по пальцам, и он ощутимо вздрогнул.
Я испугалась. Но он не сказал ни слова. Только смотрел. Будто видел меня впервые.
— Спасибо, — прошептал он. — Ты молодец. Но знаешь... — Он сжал мою ладонь. — Я не отпущу твою руку. Если ты вдруг подумала, что это закончится.
Сердце подпрыгнуло. Я почувствовала, как щёки заливает жар. Мои пальцы дрожали, но я не убрала руку. Я... не хотела.
— Почему? — прошептала я.
— Потому что хочу чувствовать тебя. — Он отвернулся, но продолжал держать. — Пусть даже это всё не взаимно... просто посиди со мной. Хотя бы пару минут.
Я не знала, что сказать. Он не был таким, каким я его знала до этого. В нём была мягкость. Тепло. Опасная искренность, от которой защита падала сама собой.
— Мне домой надо... Уже, наверное, поздно... — выдавила я, отводя взгляд.
Он не ответил. И вдруг я, не зная зачем, спросила:
— А как там Ден?
— С чего ты вспомнила про моего брата? — в голосе Николаса проскользнула резкость.
— Просто... он хороший. Интересный мальчик. — Я попыталась сгладить.
— Он с няней, всё нормально, — отрезал он и отпустил мою руку.
Но я не дала — сжала её сильнее. Он удивлённо посмотрел на меня.
— Что это всё значит, Мира? — Он был на грани. — Я не понимаю. Ты как качели. Сначала — слова, потом — поцелуи, потом — упрёки. Хочешь — скажи, не хочешь — тоже скажи, но определись...
Я больше не могла слушать. Я не дала ему договорить.
Я поцеловала его.
Это не был дерзкий порыв. Это был крик души. Ответ на каждый его вопрос. Его губы встретили мои с жадным облегчением. Он обнял меня, бережно, как будто я была последней хрупкой вещью в этом мире. Тепло обволакивало. Его рука скользнула по моей щеке, вырисовывая линии, которые я ещё не знала о себе.
Плеск воды. Ветер. И... небо изменилось. Потемнело. Поднялась буря. Энергия вокруг закручивалась в спирали. Я знала — это мы. Это наши силы резонировали, как два магнита. Он не отпускал. Я тоже.
— Подожди... — я прервала поцелуй, мягко отстранившись, но осталась рядом, ладонью касаясь его лица. — Николас. Я знаю, у тебя есть силы. И у меня... что-то есть. Что-то, что выходит из-под контроля, когда ты рядом. Я не знаю, так как недавно только узнала о силе. Что это? Объясни.
Он молчал. Его лицо стало каменным.
— Я знаю, что ты что-то скрываешь. И знаю, что ты знаешь, больше чем я. Мне сказали. Я чувствую.
— Стоп, Кто сказал? Как ты только узнала?— В голосе Николаса проскользнула тревога. — Кто тебе сказал?
— Это не важно. Я не была уверена. И... бабушка всегда говорила: «Не всё, что видишь — правда».
-нет, это важно. Говори, раз начала, иначе я не смогу тебе дать ответы на твои вопросы.
- ты её не знаешь, я её сама практически не знаю.
- Ладно проехали, тогда когда будешь готова скажешь .
— Тогда расскажи. Кто ты?
VS#Nicholas
К чёрту всё. Я не знал, как ответить. Потому что правда могла её сломать. Или... спасти.
И если она действительно из Лумирелерии, если её кровь та, что мне запрещено любить... то всё это — уже не просто чувство.
Это нарушение одного из четырёх запретов.
Или, может быть... призыв к началу конца.