16.
Этот вечер длился для меня кошмарно долго, но я справился и отсидел свое, пытаясь не особо держать зрительный контакт с кем-либо из этого дома, иначе всякие вопросы и тому подобное выльется на меня, а я очень этому буду не рад.
Я поднял глаза и встал, наконец-таки, поблагодарив за вкусный ужин. Правда вкусный.
— Тимоти, ты запомнил где твоя комната или мне еще раз показать тебе? — мило улыбнувшись, мадам Жизель хотела встать.
— Все в порядке, мадам, я все прекрасно помню, — вежливо улыбнувшись, я пошел наверх под взгляды четверых мне чужих людей.
Я поднялся наверх и тихо усмехнулся. Я разве мог не найти комнату? Да, тут их очень много, но я ведь не настолько полоумный, верно?
Я вошел в комнату и лениво стягивал с себя одежду, пока не остался в одном нижнем белье. Огромное зеркало напротив кровати привлекло моё внимание, я смотрел на свою худощавую фигуру и молчал. Я всегда слышал упрёки от гостей в моём же доме, или лучше сказать, доме родителей, когда я спал напротив зеркала. За свои деньги я купил огромное псише (специальное прямоугольное или овальное зеркало для гардеробных комнат), и поставил его между двумя тумбочками, украсив все прикольными наклейками и тому подобное, но люди видели лишь то, что я спал напротив зеркала и это плохо. Никак не люди, а гости моих родителей. Никогда не понимал, зачем показывать гостям мою комнату? Это разве было так обязательно? Мои родители на это лишь кивали, отвечая, что я взрослый и сам всё решу, а вечером задавали мне вопросы, мол, чем же я думал. Они глубоко верующие, походу, и верят во всю эту хрень со злыми духами и всё такое, никогда не понимал их панику. Моя последняя капля была тогда, когда моего зеркала не оказалось, когда я пришел с гулянки ночью. Мол, хватит, Тимоти, прекрати так делать.
— А ведь моя комната была довольно крутой и даже самой нормальной, — засмеялся я, поглаживая себя за плечо.
Я услышал звук открывающейся двери и понял, что лучше всегда закрывать ее, поворачиваясь на "взломщика" в мою временную комнату.