Я и Мистер Безупречность

Странноватое ощущение того, что мы с Эванс поменялись местами, настигло меня, когда я хозяйничала у плиты в доме близнецов, пытаясь соорудить хоть что-нибудь более-менее съедобное. Можно было, конечно, выбраться в ресторан, но выходить из дома сегодня не хотелось – сказывалось недосыпание и банальная лень. Последние пару дней я только и делала, что спала, и вообще, похоже, немного простудилась. Температура выводила меня из себя, и я пыхтела, скидывая по утрам теплое одеяло. Умный Том больше не ложился со мной спать: болеть ему совсем не хотелось. Он ненавязчиво предлагал свою помощь, подавал мне таблеточки, поил соками, предлагал и всячески показывал свое участие.
- Билл приедет послезавтра, - сказал мне Том, заходя на кухню. – Мм.... ты же не умеешь готовить.
- Умеешь – не умеешь, научусь, что тут сложного-то, - огрызнулась я, помешивая свое варево ложкой. На вид «еда» была не очень, но запах был вполне нормальный. Посмотрев в кастрюльку, я вспомнила небезызвестную Бриджит Джонс.
- Слушай, ты....Не мучалась бы, - осторожно так сказал Том, подходя ближе и рассматривая плиту. – Служба доставки всегда работает, в конце концов.
- Я не знаю номера этой службы.
- Мне бы сказала, я бы позвонил.
- У тебя склероз, что ли? Стоит тебе напомнить, что ты весь день отсутствовал дома? – говорила я, понимая, что говорю тоном сварливой жены загулявшего мужа. – Передай-ка мне соль.
Парень исполнил мою просьбу, после чего ответил:
- Я был у Георга. Он собирается в новый поход, вот, собрал своих друзей, они обсуждают детали.
- А ты-то каким боком туда затесался? – не поняла я. – Ты же на природе и двух часов не выдержишь, городское дитя.
- Но-но, я бы попросил, - нарочито недовольно протянул Том, улыбаясь. Я добавила соль, засмеявшись от его реакции. – Эй! Ты просто не видела, на что я способен в экстремальных условиях!
- На что? На крики о помощи? – я закатила глаза под смех развеселившегося Тома.
И тут-то я ее и увидела.
Я застыла в одной позе, приоткрыв рот. Смех застрял где-то в горле. Ложка выпала из моих рук и с плеском оказалась в кастрюле. Несколько горячих капель попали мне на руки, отчего я дернулась и вскрикнула.
- Даф, ты что, - с легким беспокойством парень дотронулся до моего локтя. – Что случилось?
- Это, - уже почти не чувствуя боли от обожжённой кожи, я вскинула руку и пальцем показала на маленькую, совсем незаметную, серую камеру, притаившуюся в углу, в тени от света так, что заметить ее было почти невозможно. – Это что такое?!
Возникло ощущение, будто бы все это было подстроено, а я оказалась невольной актрисой глупого спектакля, но я быстро отогнала эту мысль; в конце концов, это был дом близнецов, и они могли в нем делать все, что им заблагорассудится. Пусть хоть порностудию здесь устроят.
- Ах это, - Том как-то растерянно посмотрел на камеру, словно сам впервые ее увидел. – Давно установили. Для безопасности. Она реагирует на движение.
- Ничего себе, - нервно отозвалась я. – Это что получается, я все это время была под наблюдением, что ли?
- Нет же, - успокаивающе сказал парень и похлопал ладонями перед камерой. Та не шелохнулась. – Видишь? Она отключена.
- Знаешь, не проще ли просто сделать сигнализацию?
- Сигнализация у нас тоже есть.
- Тогда камера-то зачем? – недоумевала я. Том усмехнулся:
- У нас таких пять штук по всему дому. Когда мы надолго уезжаем, это бывает очень удобно. Билл придумал все это.
- Пять камер, - я присвистнула. – Слушай, а Билл тут случаем за Лили не следил таким способом?
От младшего Каулитца можно было ожидать чего угодно.
- Нет, конечно, - как-то неубедительно отмахнулся Том. – Вообще, забудь об этом, камеры отключены, в доме нет никого, кроме нас.
- Утешил, - фыркнула я, выключая плиту. – Все, теперь у меня сбился настрой что-то готовить. Ты остался без домашней еды.
- Не страшно, - Том улыбнулся так довольно, словно только рад этому. – Приготовишь что-нибудь к приезду Билла. Порадуешь его.
Я натурально расхохоталась, потому что Билл не то чтобы не порадуется моей стряпне, он будет задирать нос, смотреть на меня свысока и брезгливо морщиться. Хотя, может он приедет в лучшем настроении? Все-таки в его интересах мое общение с Лили, а значит, ему придется вести себя со мной, как с приятельницей. Я точно знала – стоит ему посмотреть на меня косо или сказануть что-то против меня, я соберу немногочисленные шмотки и свалю обратно на море – и плевать я хотела, как эти ненормальные Каулитцы расхлебывают свои проблемы.
- Честно говоря, мне лучше поселиться в другом месте, когда приедет твой брат, - призналась я. – Или вообще уехать. Чего я здесь делаю-то?
- О Билле даже не беспокойся, он и не пикнет в твою сторону. Он же в какой-то степени зависит от тебя, - Том ободряюще похлопал мне по плечу. – Да и я, знаешь...
- Что ты?
- Ну, я...С тобой весело, короче. Не скучно. Ты классная, - я обалдела от такого определения, но смущенно улыбнулась, как пятиклассница, которую мальчик назвал «прикольной». Сомнительный комплимент, но комплимент, как ни крути.
– Тем более, я думаю, если бы ты хотела уехать, ты бы уже это сделала.
- Ты прав, конечно. Я здесь, потому что здесь мне не скучно, - почти повторила я его слова, хотя хотела сказать немного другое. Хотя, если вспомнить недавние слова Тома, он и сам все это знал.
* * *
Веселье началось этим же вечером.
Я нашла в шкафчике не начатый виски и предложила Тому расслабиться. Расслабляться было от чего. Парень звонил Лили, как я поняла, ему хотелось «проведать обстановку». Лили трубку взяла, к моему удивлению, но разговор у друзей получился короткий. Недоуменно посмотрев на замолкнувший телефон, Том пробормотал:
- Она там с каким-то парнем. И еще, я, кажется, слышал выстрел.
- Выстрел? Тебе просто послышалось. Ах да, у нее же новый бойфренд, - хихикнула я, только что вспомнив об этом. Том удивленно и как-то возмущенно посмотрел на меня:
- Ты мне не говорила.
Я пожала плечами, мол: «Ничего страшного». Том скривился и проговорил:
- Вот брат здесь устроит.
Откровенно говоря, Билл не имел никакого права трогать Лили и лезть в ее жизнь.
- А я говорила! Говорила, что нужно оставить ее в покое, - горячо сказала я. Парень загрузился мыслями о чувствах брата, но мне так не хотелось, чтобы он грустил и тушевался.
Вот мы и расслабились. Это было здорово – одного виски хватило, чтобы мы развеселились, включили музыкальный центр и танцевали. Ну, танцевала-то я одна, дергалась под музыку, виляя бедрами, тряся большой грудью. Лямка топика спустилась с плеча так, что бюстгальтер оказался напоказ. Том сидел на полу, прислонившись спиной к дивану, смотрел на меня блестящими глазами и посмеивался. Я выглядела даже не сексуально – это было развратно и почему-то смешно. Где-то посреди пьянки позвонил Густав по какому-то вопросу, и развеселившийся Том пригласил его к нам. Умный Густав отказался, отвертевшись от Каулитца под предлогом срочного звонка.
Думаете, я была хитрой особой? Вовсе нет, что вы. Я правда споткнулась, запутавшись в собственных ногах. Неуклюже и быстро. Под громкую музыку повалилась на ковер прямо к ногам, облаченным в светло-синие джинсы. Том, даже не побеспокоившись о моей целости, со смешком обхватил мою талию длинными сильными руками и подтянул мое тело к себе.
Мы смотрели друг другу в глаза. Одинаково-карие, блестящие, опьяневшие. «Давай же», - с отчаянием подумала я. Его непонятное поведение выводило меня из внутреннего равновесия. Он то отталкивал меня, то прижимал к себе, как сейчас.
Устав ждать от него каких-либо действий, я собралась встать, но его рука остановила меня и снова прижала к его телу.
- И ты так просто сейчас сможешь встать и уйти? – серьезно спросил он.
- А почему нет? Пусти, - я слабо дернулась в его объятиях.
- Неужели тебе непонятно? Я отпущу тебя только тогда, когда сам этого захочу, - он наклоняется к моему лицу и вдыхает запах моих волос. Я замираю и, кажется, забываю, как надо дышать. Отстраняется и говорит:
- Ты ведь сама не хочешь уходить.
Прикусывает мою нижнюю губу, давая мне время выбрать. Выбор, конечно же, очевиден. Поцелуй становился настойчивее, но одновременно нежнее. Том обнаглел и дал волю своим рукам, и они поползли по моему телу, ощупывая самые интересные места. Я не пыталась уйти от его прикосновений. Я чувствовала его запах, и это сводило меня с ума. Неожиданно он отрывается от моих губ под мой протестующий стон и говорит:
- А ты быстро возбудилась.
- Тебе это льстит? – улыбаюсь, облизывая припухшие губы.
- Очень.
Улыбаюсь шире, подтягиваюсь, вцепившись пальцами в его футболку, пытаюсь приникнуть к его губам. Том дергает головой, уходя от поцелуя, и сам касается языком моего уха, затем переходит к шее, чтобы оставить там свою красочную метку. Его дыхание опаляло мою кожу, и легкая дрожь прошила мое тело. Я тянусь к нему, словно стремясь слиться с ним в одно целое, обрести свою половинку. Так приятно. Волнующе. Одно движение – и я на его коленях. Мало что понимая, терзаю его губы, чувствуя, как его ладони проникли под мою юбку, а шаловливые пальцы проходят по внутренней поверхности бедра. Прислоняюсь своим лбом к его, оставив в покое истерзанные губы, когда он отодвигает мое белье вбок и легко проникает в меня пальцами.
- Издеваешься? – шепчу я, чувствуя его движения внутри. Судорожно расстегиваю его ремень. – Какого черта ты все еще в джинсах?!
Усмехается, помогая мне, стягивает с меня мешающую одежду, и уже через пару минут нам ничего не мешает.
Опрокинув меня спиной на ковер, он врывался в меня, толчок за толчком доказывая мне, что он – хозяин положения. Я не сопротивлялась, только поглаживала свою грудь, сжимала соски, получая нереальное удовольствия от его действий. Меня нещадно вело от него, от его крепкого члена, от теплых губ, от горячих ладоней, от его запаха, от него всего. Все было, как в моих снах: быстро и ярко. Кончив, он тут же скатывается в сторону и выдыхает:
- Всего лишь химия.
- Это точно, - со смешком соглашаюсь я с закрытыми глазами.