Amelia[16+] Редактируется.

Прохожу в дом, который ранее считался моим убежищем, тем самым гнёздышком, где я пыталась свить радость, любовь и заботу в нашей семье. Теперь тут всё переменилось. Даже воздух похолодел. Перекрашенные стены в алые тона, отпугивают с самого порога, наталкивая на мысль, что в доме живут кровожадные убийцы, жаждущие растерзать всех, кто придёт просить о милостыне. Дизайн более глянцевого формата, отдаёт лоском и кричит о распущенности. Хмыкаю и прохожу в столовую, где сажусь на любимый барный стул. Странно, почему молодожёны не закрывают парадную дверь, или меня поджидали? Но где же все? Смотрю на часы, стрелки которых уже отсчитали пятнадцать минут, и разум одолевает странное чувство. Неужели, наши отношения настолько переменились, как и сам этот дом? Но всё-таки, это не считается учтивостью, пригласить гостей, и не появиться перед ними. Куда делось восхвалённое благородство?

Слышу тихие шаги на лестничной площадке, и быстро поправляю волосы. Ну, наконец-то. Облизываю губы, и поворачиваюсь, когда ожидаемый мною человек оказывается за спиной.

- Мама..? – но это не она. Передо мной стоит красивый, обаятельный мужчина, волосы которого слегка взлохмачены. На нём чёрный шелковый халат, и такого же цвета тапочки. Муж, наверное? – Вы – Филипп, верно? – просто спрашиваю, констатируя факт, и отворачиваюсь. Сказать, что я оскорблена, это ничего не сказать. Он улыбается, и проходит, садясь напротив.

- Какая встреча, Амелия! Не волнуйся, Корнелия будет намного позже. Намного!.. – протягивает он, сладким баритоном, словно намекая на что-то, не понятное для меня. Мне отчего-то знаком этот голос, но не припоминаю откуда. В дневнике нет ни единой записи об отчиме. Даже о том, какой он красавчик. Различные упоминания о разных любовниках, о каком-то безымянном парне, в которого была влюблена, и который посмел меня отвергнуть, но абсолютно ничего не сказано о Филиппе. Смотрю на своего собеседника, слегка прищурив глаза. Его серые кристаллики полыхают яркими огнями, неизведанных желаний, прямой нос, выразительные скулы, сексуальная щетина и пухловатые губки, изогнутые в ехидной улыбке, начинают раздражать, отчего завожусь ещё сильнее. 

- И что же её задержало? Мы условились встретиться ровно в семь!

- Она на совещании. Прости, детка, но любым твоим планам не суждено исполнится. Это карма, верно? – подмигивает мне, откинувшись на стуле.

- Что вы имеете в виду? – не понимая его фамильярного тона, делаю то же самое. Очередной альфонс! Скрещиваю руки на груди, не желая церемонится с очередным выскочкой. – Это всё-таки мой дом, но как видите, я его вам подарила. Наслаждаетесь? Вот и хорошо! Но не будете столь любезны, соизволить предложить мне чай, в моём ожидании? Или вам угодно, чтобы я сама хозяйничала?

Смотрит на меня удивлённым взглядом, а потом начинает смеяться.

- Да, брось! Мы же одни! Не стоит притворяться! Я знаю, что я сильно обидел тебя... Прости!? Но кто знал, что Корнелия потеряет ребёнка, которого, как оказалось, и не существовало в помине? Мне, и правда, хорошо с ней. Хотя бы, если учесть возраст, и...

- Не понимаю, зачем вы мне говорите всё это! – перебиваю его, припоминая, что читала о том, что мать была беременной. Но подробности о мнимом выкидыше меня совершенно не интересуют, если она променяла единственную дочь на смазливого альфонса. И при том, это слишком личное, чтобы обсуждать с незнакомцем. Всё, что меня, возможно, заинтересует, и я сочту приемлемым узнать, я спрошу напрямую у неё.

- Не упрямься, детка! – приподнимается, и обходит меня, становясь позади. – Кажется, ты была не против...свободных отношений? – мурлычит он, проводя рукой по моим волосам. В жилах закипает кровь. Что здесь происходит!? Отстраняюсь, отходя к окну.

- По-моему, вы больны! Вам необходима консультация... – на даёт договорить, в мгновение ока, огибая расстояние между нами, и накрывает мои губы своими. Зрачки расширяются, ведь на личном опыте, на этой памяти, это всё-таки первый поцелуй, что бы я там не творила ранее, и с силой отталкиваю от себя злодея, посягнувшего и укравшего то, что было мне дорого. – Как вы смеете!? – лицо Филиппа рассекает звонкая пощёчина, и он довольно улыбается.   

- Мне кажется, или ты стала ещё красивее, и желанней, чем обычно? – протягивает он, а моё лицо наливается пунцовой краской. Атмосфера между нами накаляется, но отступить не имею возможности, опираясь в промежность окна, тогда как он наступает, прижимаясь вплотную. Прожигаю его грозным взглядом, а потом пытаюсь обойти, чтобы сбежать подальше от такого светского приёма, но он ловко обхватывает меня за плечи. – Мы ведь ещё не договорили, куда ты торопишься? – тянется ко мне, снова впиваясь в губы поцелуем. Брыкаюсь и мычу, пытаясь освободиться, но он сильнее, а потому меняю тактику, и просто замираю, пуская всё на самотёк. И это сработало. Он отстраняется, прожигая гневным взглядом.

- Что, не по вкусу...обычные брёвна?   

- Амелия! Ну, хватит! Моё сердце разрывается от того, что ты не признаёшь меня! Я совершил ошибку, и раскаиваюсь... У меня не было возможности к тебе подступиться, и поговорить, объясниться, но ты бы и не стала меня слушать, верно?

- Это ничего не меняет! Живо отпустите меня!

- Амелия, нет... Лия... Лия, прошу! – крутит мной, как тряпичной куклой, пытаясь снова завладеть губами. – Давай продолжим с того места, на котором мы остановились? Отель... Помнишь? Нам больше не нужно прятаться, мы можем встречаться...

- Пупсик, где же ты? Мне так жарко... Я желаю, чтобы ты остудил меня-я... – звучит писклявый голос, и в проёме на пороге вырисовывается фигуристая блондинка в одной рубашке. Округляю глаза от неожиданности. Она делает то же самое. – Пупсик?

Нервно моргаю ресницами, понимая, как глупо выгляжу со стороны. Этот ненормальный решил и со мной порезвиться? А моя мать в курсе, что происходит в нашем доме? Мало того, что он склоняет к интиму, и говорит несуразные вещи, так ещё и до меня развлекался с проституткой? Разум сковывает безудержное желание заехать очередной пощёчиной по смазливому лицу, что невинно улыбается, оказавшись в подобной ситуации, как будто только и ожидал, чтобы я застукала их вместе, чтобы и меня превратить в что-то, подобное ей. Но я не такая, и если сейчас как-то отреагирую, это будет значить, что меня задели его слова и поступки, а мне же просто обидно, что попала в проигрышную игру, без единого козыря.

- Думаю, вам есть, чем заняться... – киваю в сторону полуобнажённой девушки, смахивая его руки из себя. – И да, Филипп... Это... Моя мать в курсе? Я сделаю вид, что не приходила сюда, в этот притон, можешь не волноваться. И это не для тебя, для Корнелии, которая по-прежнему связана со мной кровными узами. – окидываю раздосадованным взглядом родные стены, незнакомую мебель, и двух похотливых "зайчиков", а потом огибаю стоящую девушку, которая, наверное, не прочь, чтобы я присоединилась к ним, и выхожу на улицу. Лицо обдаёт прохладный ветер, и отказавшись от мысли взять такси, плетусь не освещённым тротуаром. Пытаясь распутать клубок, и найти ту самую нить, запуталась ещё больше. Ладно, начнём с другой стороны. Достаю телефон, и набираю нашкодившего мальчишку. Гудок, второй, и на третьем слышится сиплое: "Алло."

- Привет. Я уверенна, что ты не решался заговорить со мной, но нам нужно встретиться. Сейчас.