Amelia[16+] Редактируется.

Моя жизнь – это кукольный театр одного героя и теней, что оттачивают свои коготки, злорадствуя за спиной. Я никогда ранее не стремилась завладеть какой-нибудь ролью, но всегда придерживалась определённого сценария, исполняя необходимые правила и чтя общепринятые нормы приличия. Всегда. Но в устаревшую версию сложно закачать приложения из нововведения. Походу, режиссёр все-таки решился на обновление, потому что сегодня мне почему-то захотелось оказаться совершенно другим человеком, хоть на мгновение. 

Внимательно рассматривая красивую девушку в Зазеркалье, сердце пронзила страшная боль. В голову стали закрадываться несуразные мысли, отчего волком взвыть хочется. 

- Почему она красивее меня? Ведь это же я! Я смотрю на себя своими глазами. Такой меня должны видеть и другие! Что происходит с моей жизнью? Почему ты улыбаешься? - набрав в ладони холодной воды, я брызнула ею в своё отражение, и по стеклу покатились водные капли. Те самые слёзы, что я утаила в своём сердце, слёзы, что окропили зеркало, вместо лица.

Закрыв глаза, и упёршись руками в белоснежную раковину, я глубоко вдохнула незримое напряжение, позволила лёгким пропитаться протухшим лимонным воздухом, а когда выдохнула, мой рот перекосился в довольной ухмылке. По телу прошла дрожь, и меня колыхнуло. В глазах загорелись блестящие огоньки. Каждая клеточка, каждый мой пазлик, вкусил невероятный приток жгучей энергии, которая прожигает насквозь изнутри. 

Наверное, правду глаголят, что временами каждому из нас необходимо спускать пар и превращаться в невинного чёртика. Если самому себе не признаться в своих желаниях, то как о них узнает жестокий мир?

Нанеся на губы алую помаду, я распустила волосы, слегка взъерошив их. Не люблю слишком мудрёные прически. Весь день с ней промучилась. Не хочу и остаток вечера провести пряча свою личность за каким-то полупустым бокалом. 

Взглянув уже по-новому на своё отражение, я позволила себе причмокнуть воздух словами: "идеально", и неспешно потопала в зал. 

Экскурсии наконец-то подошли к концу, и я могу с облегчением вздохнуть. Всё тело горит синим пламенем. Своим скудным умом я и не воображала, что обыкновенная улыбка - это сверхмощное оружие, которое обескураживает и вгоняет в краску, но настолько тяжелое, что не по силам возвысить слабых неумёх, которые, заполучив револьвер, застрелят им именно себя, а не противника. По чистой случайности.

Войдя во внутрь шумного помещения, я окаменела. Те наставления, которые внушала себе пять минут назад, бесследно улетучились, не оставив ни дымного облачка, ни грозовых тучек после себя. Оказывается, самое интересное ещё и не начиналось. 

Глядя на просыпающуюся толпу незнакомых людей, желающих снять стресс с помощью танцев, ужас мгновенно овладел моим разумом. 

- Как пережить полночь? 

Мимо проходил официант, неся на подносе разноцветные желе-шоты, что мгновенно завлекли мой взгляд ярчайшей палитрой, напоминая чудесную радугу после скоропостижного ливня. 

Остановив его, я выбрала красный стаканчик. Не затейливо коснулась пересохшими губами холодного горлышка, и их вмиг обожгла терпкая жидкость. Рецепторы всполошились, заиграли.

- Вкусно! - воскликнула я, потянувшись за новой порцией. - И запах приятный... 

Решив забыться, отпустить все проблемы разом, закрыть глаза на предрассудки, я опустошила третий стаканчик, и четвёртый. В горле запершило, а тело наконец-то расслабилось, обмякло, мысли с действиями слились воедино. Досада улетучилась, как и гнев, разочарование, ненависть ко всему. Стало очень легко, спокойно. Маска притворства спала, как и бремя послушной девочки, которая заботится о репутации непутёвой матери. Впервые, я позволила себе улыбнуться по-настоящему, от всей души, искренно и нежно.

Отпустив удивлённого официанта, я направилась к бару за добавкой.

Усевшись поудобнее на барном стуле, и заказав самый популярный коктейль, я принялась рассматривать заполненный зал. Некоторые гости рассаживались по столикам, другие просто кучками стояли и разговаривали. Но шумели и суетились одинаково. На сцене расставлялись декорации для спец.эффектов и слоняются какие-то ребята, настраивая музыкальные инструменты.

- Значит, будет живая музыка? Не плохо! 

Яркие огни непрерывно мигают по всему залу, украшенному, словно к церемонии бракосочетания, ослепляя световыми полосами. 

- Полная безвкусица! 

Чтобы отвлечься от вспыхнувших мыслей неподобающего характера, я повернулась к бармену, подсовывая к нему пустой бокал, и мило улыбаясь одними глазами.

- Повтори! 

Он ничего не ответил, лишь снова наполнил его. 

Практически опьянев, мне впервые в жизни стало безразлично мнение людей, которых я не знаю, которые не имеют права осуждать моё поведение, оскорблять за существование... Это чувство окрылило, земля стала отдаляться, и на ней вырисовались разноцветные круги разных размеров. Пол начал вращаться. В приглушенном свете заиграла красивая медленная мелодия. 

Развернувшись в пол оборота, мои зрачки мгновенно расширились, увидев напротив себя силуэт мистера Розенберга. Сердце застучало быстрее, а по телу пробежал табунок взволнованных мурашек. На лице стала вырисовываться довольная улыбка.

Учитель явно скучал, размышляя о чём-то в ауре своего одиночества, и кому, как не героине малоизвестной, малобюджетной мелодрамы спасти его от подобной участи?

Аккуратно поднявшись, потому что в глазах земля кружилась куда быстрее, чем это делает вокруг своей оси, я поспешно зашагала к нему.

- Не стоило меня весь день соблазнять! Какой плохой мальчик! Чего ходил взад/вперёд перед моими глазами!?

Уверенным шагом, по крайней мере, мне так казалось, я подошла и положила свою ладонь ему на плечо. Учитель вздрогнул и обернулся.

- Привет!

- Привет?- удивлённо произнёс он, оглядывая меня оценивающим взглядом.

Изучай, сколько хочешь! - промелькнуло в голове, и на лице просияла ухмылка. – Госпожа Стыд ушла домой пораньше. У неё в планах шарлотка с апельсиновым соком. Метеорологи обещали звездопад.  

- Не разбавишь такой красивой девушке столь скудный выбор на танцполе? - промурлыкала я, слегка пошатываясь в такт музыке. - Ты сегодня такой соблазнительный, глаз оторвать не могу! - улыбнувшись его победной улыбкой, я чмокнула учителя в щёчку. Все бабочки мира разом вспорхнули и затрепетали в моём животе, отчего меня аж передёрнуло. Но под воздействием алкоголя вдруг захотелось большего. Воображение разыгралось, и я потянулась костяшками к его щеке, медленно очёркивая выразительную скулу, спускаясь к губам, играя с ними, переходя на волевой подбородок, нежно касаясь подушечками пальцев обнажённой шеи, возле расстёгнутого воротника. 

Сегодня неловкость покинула моё тело и разум. В сочетании красивого платья с удобными туфлями, женщине под силу склонить к своим ногам весь мир, так почему я не могу покорить этого мужчину?

Глубокий вырез декольте, как и разрез до бёдер, что оголял левую ногу, поначалу меня смущали, но вдохновлённая алкоголем, я уверилась, что бесстыжими есть люди, которые врут, лицемерят и притворяются, но никак не те, кто предпочитает ходить нагишом. 

Заметив мою мнимую раскрепощённость, которой я обязана нескольким коктейлям, Филипп загадочно улыбнулся, и, нежно взяв меня за руку, повёл на танцпол.

Приглушенный свет разбудил дремлющие инстинкты, в мыслях вспыхнули странные картинки эротического характера, а это только упростило ситуацию. 

Я не думала о том, как буду вести себя завтра в школе. О том, что он мой учитель, или что кто-то увидит и осудит. Меня накрыла волна безразличия и я расслабленно откинулась на её тёплые волны. Тело требовало развлечений, и разум подчинился, сдался и решил вкушать то, что предлагают.

Многие парочки уже танцевали, но световые полосы не доходили до паркета, и вокруг него царила непроглядная тьма, а потому разглядывать лица окружающих не стало ни чьей первоначальной целью.

Полностью расслабившись, я закинула свои руки на шею Филиппа, целиком растворяясь в танце.

Мы танцевали молча. Медленно, плавно и молча. Лишь слегка испуская небольшие стоны. 

Закусив губу, я любовалась его светящимися глазами, как у кошки, зарываясь пальцами в непослушные волосы, сжимая и оттягивая их назад. А он, время от времени, щурился, словно не мог разгадать какую-то загадку, при этом тяжело дыша. 

Мы были очень близко друг к другу, но мне и этого было мало. Я жаждала стать ещё ближе, и потому, не упуская возможностей, яро тянулась к нему своим телом, выгибаясь под крепкими руками. Мне ужасно хотелось поцеловать его. Эта мысль затуманила рассудок, вытесняя с него всё остальное, будь-то важная информация, или банальные сплетни, услышанные за весь день. Но решится и сотворить оплошность своим неумением не доставало сил, а учитель держал дистанцию, сопротивляясь настигшему напору.

Но вдруг что-то изменилось. Он притянул меня к себе, крепче сжимая за талию. Руки по-хозяйски стали поглаживать обнажённые плечи, спускаясь всё ниже и ниже, обжигая кожу столь ожидаемыми прикосновениями. Тело издало разряд электрического тока, и я простонала, запрокинув голову назад.

В этот момент произошло какое-то движение, и меня толкнули. С неожиданности, я наступила на подол длинного платья, и споткнулась, а поддавшись вперёд, оказалась полностью в его объятиях, тогда, как мой принц тоже наклонился, потянув меня на себя. Момент и...наши губы встретились, создав неделимый тандем страстного очарования.

Я увидела, как расширились его зрачки, и как он застыл от удивления. 

Наверное, и сам не ожидал подобного поворота. Изначально, наверное, желал проучить меня, просто дразня.

Ощутив на губах что-то мягкое и влажное, я улыбнулась, слегка прикусывая его губки, а потом озорно провела по ним своим язычком. 

Вместо того, чтобы отстранится, как я ожидала, он немного приоткрыл свои губки и поцеловал меня в ответ, при этом полностью овладев моей пятой точкой.

В ушах зазвенели колокольчики. Я закрыла глаза и простонала. Коленки стали подкашиваться, а в животе затянулся крепкий узел. Как будто он удержит вспорхнувших бабочек, что сидели тихо, мирно, пока в их умиротворённое царство не вбежал, ребячась, мальчик, и не начал гоняться за ними по ромашковому полю.

Вмиг в голове всё прояснилось. Я протрезвела, а открыв глаза, пришла в ужас. 

Быстро заморгав на нервной почве, я попыталась отстранится, но Филипп стал ещё жаднее впиваться поцелуем в мои губы, как путник в фляжку, в единственный источник воды в пустыне. 

Я больше не смеялась. Прежнюю игривость сменила паника. Упёршись руками в мускулистую грудь, стала выкручиваться в разные стороны, но мужчину это только раззадорило. Видно решил, что это игра такая. Отстранившись на пару сантиметров, он лишь фыркнул, а потом снова потянулся за следующей порцией поцелуев. Взгляд отуманен похотью и сильным желанием навёл на меня морозный холодок. Всё понятно: он опьянел! Тогда, как я протрезвела, он опьянел. 

По всей видимости он сейчас не замечает мою растерянность, или накатившийся страх в глазах. Дотянувшись к моей ноге, принялся ласкать её, напрочь забыв о приличиях. Резко приподняв шелковый подол платья, он закинул мою правую ногу себе на бедро, слегка покусывая, и расцеловывая мою шею. Его ногти впивались в кожу, вырисовывая алые полосы на бёдрах, когда едва дыша он шептал охрипшим голосом: "Я хочу тебя!.." 

Никто не обращал на нас внимания, никто не видел, что моя глупая шутка сейчас может обернутся настоящим изнасилованием.

Мы находились в самом центре зала, и музыка по-прежнему играла очень громко, но теперь это уже был слабый рок. Когда и как успели уйти со сцены музыканты я и не заметила, но мысленно мечтала сделать тоже самое. Пусть он будет хоть самым красивым мужчиной на всей планете, не так я представляла себе свой первый раз. А тем временем, его губы и поцелуи опускались ниже и ниже. Я шептала: "Не надо... Я не хочу... Отпусти...", но он отказывался слышать меня.

Тело и сердце трепетало, желая продолжения, но разум протестовал. Он кричал, возмущался и брыкался, будто рыба в горячем котелке. Злость возрастала. И когда я почувствовала, как мои кружевные трусики треснули, со всей силы толкнула его в плечи.

Учитель не ожидал получить столь ярое сопротивление, и воспользовавшись моментом, когда он ослабил хватку, у меня все-таки получилось увернуться в сторону, подальше от зловещих объятий. Не ожидая от себя подобной злости, я принялась испепелять его зловещим взглядом, когда он захотел преодолеть расстояние и приблизиться вновь. Будь я огонь, а он – листок бумаги, то на этом самом месте давным-давно остался бы лишь пепел. 

С минуту мы стояли и смотрели друг на друга. Он – непонимающе, а я злобно. В его глазах читалась лишь жажда и страсть, в моих –прозябающая пропасть. 

Если логично подумать, ведь это не он виноват, что я его соблазнила. А строение мужского тела очень сильно отличается от женского, даже восприятием. Но от этого заключения не становится легче. К горлу подступил ком. Развернувшись, я быстро побежала к выходу. А он, окаменев от неожиданности, продолжал смотреть мне в след, всё ещё ничего не понимая.

- Ну, и что я натворила!? –облокотившись на стену за ближайшим углом, я закрыла лицо ладонями, больше не сдерживая слёз. Хочется провалиться сквозь землю. Чтобы она расступилась и проглотила меня. А я, в свою очередь, в этом месте потом взращу прекрасные цветы. – Как мне теперь встретится с ним взглядом, не вспоминая всю эту грязь?!