Боль в Носу
—Ир, сильно губа болит?— Спрашивает робко Мира.
—Немного.—Кивнула я медленно, злорадно улыбаясь, но тут же шипя от адской боли. Рано мне еще зларадствовать с улыбкой.—А как твой нос? Он так распух, что ты похожа на ленивца из "Ледникового периуда"
—Может вам еще подгузники поменять?—Встревает недовольный Папс, хватая меня грубо за подбородок и начиная обрабатывать разбитую губу. На язык попала горькая дрянь, а саму рану стало неприятно щипать. Дверь громко хлопнула, разрушая напряженную тишину, и с гаража вывалился испачканый в мазуте Гастер с Боссом. Оба были злы и готовые метать, но мне слишком больно, что бы думать об настроение скелетов. И вообще трезво думать.
—Машину поченили?—Спрашиваю я, отстраня голову от ватки, что держал Папс, он недовольно фыркнул, а затем преземлился рядом, закуривая очередную сигарету. Подруга, что сидела по другую сторону скелета, отняла сигарету, пихая его в бок локтем.
—Эджи уже заканчивает, скоро придет.—Прорычал Босс, усаживаясь в мягкое кресло-подушку напротив дивана с нами. Гастер же сел на подлокотник с моей стороны, обнимая по хозяйски за плечи.
—Хорошо.—Довольно кивнула я, облизывая по привычки губы о чем сразу же пожалела, скривившись, но продолжала.—Миру к ней не подпускайте.
—Я просто наткнулась на кочку!
—Ты просто купила права в переходе.—Отвечаю я, облакачиваясь расслабленно на спинку.—Даже Папайрус лучше тебя водил, а он в первый раз за руль сел! Вот же...чучело цыганское.
—Мира я.—Буркнула в ответ девушка, складывая руки на груди и бубня еще что то под нос. Поправочка, сломаный нос с гиматоммой на пол лица. Случилось так, что Мира сидела за рулем не пристегнутая, вот и встретилась носом с рулем. Мне же, несмотря на ремень, отлетевшим зеркалом прелетело в губу. Гастер, засранец, лечить нас не стал, мол, сами виноваты, а Папайрус переживал первый нервный срыв. Бедный скелет так расстроился и растерялся, увидев кровь Миры, что расплакался, а как только мы вернулись домой, закрылся в комнате с Сансом. В общем, лечить нас никто не стал. Больно то и хотелось. Вообще-то да, хотелось.
—Нет.—Снова качнула я отрицательно головой.—Ты ебанутая ебанашка, раз не заметила горку с размером взрослого оленя! Мира, это был чертов олень!Олень!!!Как ты его не смогла заметить на дороге!?
Девушка еще больше насупилась, промолчав.
—Мира...—Успокоившись, произнесла я.—Клумба то что тебе плохого сделала?
—Я ее не заметила.
—Ты расхуячила ебанную бетонную клумбу!—Снова закричала я, но зашипела от боли в губе, поэтому пришлось говорить медленнее и спокойнее. —Бетонную, мать ее, клумбу!
—Ты же тоже с Костей ее сбивала...—Попыталась оправдаться Мира, но ее слова утонули в моей гневной тераде.
—Ее Абель специально поставила, когда мы с Костей в стельку приехали, не спорю.—Согласилась я, качнув головой. Гастер захихикал надомной, чуть заметно сжимая плече.—Ладно, буду откровенной, мы сбивали ее каждый раз, но суть не в этом. Ты разбила клумбу, что простояла ебаных два года! Два года! Мы ее в пьяном виде то разбить не смогли, даже на танке пробывали...
Гастер уже в голосину засмеялся, не сдерживаясь, остальные захихикали, пряча смех за кашлем. Я знаю, что на танке приезжать домой-бред, но мы тогда отмечали на дне рождении генерала, ну, в общем, он нас тогда подвез эффектно.
—Ну, значит, знаешь как это бывает.—Продолжала отпираться подруга, потупив глазки и разминая пальцы.
—Не знаю! Не знаю, еби тебя все черти мира! Не знаю!—Я уже не кричала, а утверждала, растирая переносицу.—Ты человек вообще? Мы пытались ее разбить так долго, а ты просто перепутала газ с тормозом на простой девятки. Ебаная суецидница.
В комнате снова воцарилась тишина, давая нам всем успокоиться. Доктор лишь иногда хихикал, словно сумасшедший или в стельку пьяный человек. Хотя я не удивлена. Скорее всего Гастер с Боссом бухали, а Эджи и занимался всей работой.
Я же продолжала думать. Они уже около четырех недель в этом мире, уже месяц ебут мне мозги, а так называемого Инка все нет. Что это могло значит? Либо умер, либо в плену. Я склоняюсь ко второму. Эррор не туп, что бы убивать своего врага, ведь понимает, что ему напросто станет скучно без него. Он уничтожит миры, а потом себя...но будет ли убивать себя? Нет, он лучше снова придет в наш мир и начнет ебать мозги уже всем, а не только мне. Так в чем проблема? Я слишком часто упоминаю "ебать"... Но...если подумать. Нужно попасть в плен и вытащить Инка...но, глюк не глупый, как я уже упоминала, сворее всего можно обойти с другой стороны. Стать его фальшивым союзником... Черт, от возможностей голова лопнит.
—А что если мы не вернёмся?—Вдруг тихо произнес Папс, закуривая все же сигарету.—Вы ведь об этом думаете все, да?
С ним нельзя было не согласиться. Ведь каждый из нас искал свой выход, каждый хотел вернуть жизнь в свое русло. Но было ли это возможным?
—Вы вернетесь.—С надеждой произнесла Мира, опираясь взглядом на меня.
—Давайте не будем обманывать себя.—Перебил Гастер угрюмо, а взгляд его впервые был открытым и такой же безнадежный.
—Эй.—Наморщила я нос недовольно—Вы такие угрюмые какашки, что с вами в одной комнате сидеть нет желанья. —Я встала, отряхивая грязные штанины.—Чего вы так насупились? Папс ты замечательный скелет. Ты умеешь найти выход, где его, казалось бы, нет, а твой брат сможет поднять настроение из Тартара. Я уверена, что твои друзья беспокоються за тебя в твоей временной линии.
Босс. Ты настолько крутой, что лишь от взгляда на тебя начинают трястись поджилки и вместе с тем тебе можно доверять. Эджи. Твой родной брат, не отрицай этого. Он такой невероятный скромник с черным юмором и с белой улыбкой, что от его игры можно и в прям поверить, что он загнанный. Но мы то все знаем о том, что Джо может убить нас всех здесь даже не задумываясь.
А Санс? Он ведь ваша паралель. Улыбающияся мусорка с чертовски смешными шутками, доброй улыбкой и светлой душой, но за ним столько сбросов и смертей. Разве этим он не прекрасен? Разве вас не восхищает его внутреня сила? Разве вам не мил Папайрус? Папс, Басс он же ваш прорадитель. Вы ведь от него. Его смех, наивность и добродейтель поражает чистотой. Вы все здесь поражаете. И только то, что вы все здесь сидите уже удивляет.
Гастер. Ты чертовски хитер, настоящий злодей, но ты с нами. Терпишь выходки, поучаешь и стараешься поддержать, хотя и со своими странностями. Доктор Гастер, мне плевать, что ты делал в прошлом, кого убил или воскресил, мне плевать. Просто, пожалуйста, не угасай. Вы все...ради ваших домов, не угасайте своими качествами.
Я тяжело дыша, осмотрела скелетов. Блять. Вот это конечно лоханулась с речью. Ну не оратор, чего уж так таращиться то? Хватит...мне же стыдно!
—Решила сбежать?—Усмехнулись за спиной, когда я уже открывала дверь обратно в коридор.
—Я думала вы глюканули и перестали двигаться.—Пожала я плечами, переведя тему как можно незаметнее. Доктор хихикнул, но его смех прервал предупреждающий крик "Не лезь, блять, убью нахуй!" и глючный смех. Ну вот, не прошло и двух недель с моего пробуждения, а жертва инцеста решил навестить нашу обитель. Где то с диванчика, где сидела Мира и Папс раздался вздох, но кто это был, не суждено мне узнать, к сожалению, ибо ноги сами понесли к двери, что вела в гараж.
Сначала меня встретила гробовая тишина, от которой голова внезапно закружилась, а потом нервный смешок Эррора и меня сбивает с ног неведаная хрень. Черная, противная и лишь от прикосновения стало так мутно на душе. Я сразу же вспомнила смерть родителей, боль от порезов на руке и страх перед смертью. Холодная поверхность стены встретила с радостными обьятьями и в легких воздух внезапно закончился, но думать трезво я продолжала. Я боюсь смерти, боюсь всего, но продолжаю идти в перед. Почему? Почему меня все время швыряют как котенка!? Бесит, бесит, БЕСИТ!
А тем временем нечто черное, противное и отравляющее прижимало еще глубже к стене, опустушая полностью от всех хороших эмоций. Словно тварь из Гари Поттера. Дементр его звали. Но...те моменты, которыми я принадлижу очень дороги для меня. Я не хочу забывать родителей, не хочу забывать шутки деда и прогулки с друзьями. Даже учеба мне дорога. Пускай в моей жизни и было много плохого, но ведь именно хорошие моменты и заставляют продолжать жить. Именно тогда, когда бритва резала руки, я не думала, что хочу умереть, я искала причины жить. И я нашла. Нашла в будущем, в клубе, в академии, в родных и друзьях. Улыбка, смех, слезы и боль. Все это толкает меня дальше. И сейчас, в обьятьях черной дряни, мне хочется жить, несмотря на то, что настоящая я умерла уже давно. Хотя бы ради того, что бы радовать других.
Мягкое белое сияние озарило даже самые темные уголки пыльного гаража, а тепло, что огрело груть, разлилось по всему телу, наполняя таким необычным чувством блаженства и наслождение. Словно упал в ванну облаков и солнечного света. А затем тепло, что дарило радость, переросло в жаркий огонь неновисти и ярости. Ярости к посторонним. Ярости перед опасностью. Лишь когда свет погас и я смогла открыть глаза, мне стало ясно, что произошло. Барьер вокруг дома, невольно созданного мной, откинул Эррора и черную тварь за барьер.
—Джо, в порядке?— Обратилась я к лежащему скелету, тот медленно кивнул, принимая протянутую руку.
—Не знал, что ты способна на такое.—Отстраненно произнес он.
—Сама не поняла как произошло. —Пожала я плечами.—Вроде как второе дыхание.
—Охренеть, конечно, дыхание открылось.—Нервно хихикнул он, отряхивая толстовку от грязи.—Эррор на время заморозил время, похоже, у него есть силы Инка.
—Эджи, слушай, пока время еще есть. Я не все понимаю сейчас, но послушай пожалуйста.—Скелет кивнул.—Надо попасть в плен Эррора для того, что бы помочь Инку. Глючный его не убьет, это я знаю наверняка, поэтому твоя задача не вмешиваться. Попытайся вызвалить Гастера и остальных, а меня отпусти вместе с ними. Я найду Инка и мы вернемся.
—Но...
—Эджи, я верю тебе, понимаешь, поэтому и прошу именно тебя. Не говори им о плане, поклянись мне!
—Ладно-ладно, клянусь!—Замахал Джо руками, но все же недоверие в его глазах заставило растроено вздохнуть.—Пока ты не ушла, можешь мне тоде кое-что пообещать?
Я согласно кивнула, нахмурившись.
—Не сдохни там, окей?
—Обещаю!—Улыбнулась я, а затем направилась к открытому выходу, но что то заставило меня обернуться. Эджи стоял с улыбкой на лице, показывая, что все хорошо. Но было ли все так хорошо?