By the way.

Терпимость. Дружелюбность. Спокойствие.

Какая скука.

Что я сделала такого этой директрисе, что она так на меня взъелась? За что она вообще постоянно отправляет меня на наказание с ним? На мне написано, что я хочу с ним общаться? Так что ли? А может она решила нас свести? Я еще не видела взрослых шиперов, но знаете, все может быть. Как вообще все это объяснить?

Именно так я думала, моя пол в нашем огроменном спортзале. Между прочим, в этой школе есть еще три, поэтому до завтра мне точно спешить некуда, ну, или до следующего года, ибо Стайлс был настолько медлительным, что хотелось его треснуть. Как назло, по всей школе висели камеры с прямым доступом директора к ним. Так что эта мысль еще сильнее разожгла во мне злость. Я захотела разрушить здесь все, и первое, с чего я начну, - Стайлс.

-Вообще-то я не стеклянный, Уокер, - его голова поворачивается в мою сторону, а губы искривляются в мерзкой ухмылке. Вот бессмертный.

-Лучше бы ты таким был. Я бы смогла подстроить твое самоубийство, - фыркаю, представляя, как разбиваю его, словно тарелку об пол. Эх, было бы прекрасно, будь он стеклянным.

-Я не понимаю, в чем твоя проблема, - он кидает на пол тряпку, которой до этого вытирал щит над кольцом для баскетбола.

-Моя проблема? Ее нет. Это ты пришел и начал пальцы веером гнуть. Хотел казаться крутым? Прекрасно, теперь ты оказался здесь! - я тоже кидаю свою швабру, разводя руками в стороны. Чего еще он хотел?

-Может я и не хотел вовсе казаться крутым! Тебе-то откуда знать? - его ноги теперь стоят на полу (напоминание: кольцо для баскетбола находится высоко, и даже Гарри с его ростом было не дотянуться до него тряпкой, поэтому он притащил стремянку из подсобки и стоял на ней в начале нашего "разговора").

-Откуда мне знать? Мы общались больше месяца, а теперь ты приехал весь такой крутой и независимый, что аж убить хочется! А что ты сказал бедному Луи? Ты помнишь?! Я напомню тебе. Ты сказал ему, что видеть его больше не желаешь и считаешь его слишком геем для себя. Слишком геем! Слишком геем?! Стайлс, ты совсем из ума выжил? Как парень может быть слишком геем? Да и вообще, что значит твое "слишком"?! - я кричала, как ненормальная. Хорошо, пусть директриса прибежит сюда и сделает наказание еще строже, пусть выгонит меня из школы, но как можно было назвать такого прекрасного человека как Луи "слишком геем"?! Это просто не укладывается в моих извилинах.

-Я не говорил "слишком", я сказал, что он уж очень превратился в гея. В смысле, ты видела его? Он же стал так одеваться, что...

-О чем ты тут втираешь, Стайлс?! Это синонимы. Да и Луи всегда таким был. Все сейчас так одеваются. Модой называется данное явление. И если это тебе не близко, то лучше уж я пойду, ибо терпеть это не собираюсь. Ты лишился всего, что ты имел. И самое интересное, я не понимаю, почему ты все еще можешь дышать? Я бы уже сдохла от боли.

Я тяжело вздыхаю, думаю, это было слышно с другого конца школы, и ухожу, не задумываясь больше об уборке. Черт бы ее побрал. Мне нужно ехать к Луи.

-Да он совсем попутал! Получает удовольствие от того, что издевается надо мной?! Господи, да мне плевать! Как вообще возможно быть таким аморальным человеком? Его мама не учила, что нужно быть более терпимее к другим? Да это же даже дело принципа! Уже второе наказание! Я не виновата ни в чем, а в эта директриса, вместо того, чтобы отправить его одного, посчитала, что ему бедненькому будет скучно одному полы в спортзале мыть! Я клянусь тебе, он платит ей, - кричала я на весь дом Томлинсонов так, что крыша поднималась.

-Детка, успокойся, - пытался утихомирить меня Томмо. - В любом случае, тебе придется терпеть его компанию. Что я могу сделать? Как я понял, он стал тем еще отморозком, но ты же не хочешь вылететь из школы? Дело чести - устоять перед ним.

-Ты прав. Как всегда прав, - я грохаюсь на диван рядом с ним и ложусь головой на его колени. Лу начинает перебирать пальцами мои волосы, отчего я успокаиваюсь.

-Вопрос в том, смогу ли я завтра перенести то же самое. Может предпринять что-то? Я не хочу с ним больше разговаривать. Про одно помещение говорить не буду, ты и так все знаешь.

-Понятия не имею, что ты предпримешь. У меня нет абсолютно никакой идеи, но все-таки попробуй с ним поговорить. Кстати об идеях, мама захотела с тобой познакомиться. В следующую субботу приглашала на ужин. Идешь?

-Странно, я думала, она не знает о моем существовании, - я засмеялась. - Конечно приду. В вечер субботы я тебя одного на съедение своей маме и сестрам не дам.

-Зря ты так. Я люблю их.

-Ты знаешь, что я имела ввиду.

Мы засмеялись, вспоминая историю с Дейзи и Фиби, которая произошла на неделе. Близняшки уже успели со мной познакомиться, но в тот день так облепили Лу, что тот не знал, куда деваться от них - бегал по всему дома, вопя что-то про мертвецов.

   Всю остальную неделю все шло, на удивление, спокойно. Я даже не могла себе представить, что Стайлс отстанет от меня. Серьёзно. Он будто воды в рот набрал. Больше ни словом со мной не обмолвился. Каждый день нашего наказания он приходил, делал свою работу и быстро сваливал, а иногда и вовсе оставался доделывать все сам и отпускал меня. Такая перемена в его поведении сильно повлияла на мои мозги. В смысле, это правда он? Что заставило его так измениться? Конечно, мое молчание не могло продолжаться вечность, поэтому к концу вторника мне все это надоело.

-Тебе помочь? - мы убирали в библиотеке, где скопилась куча хлама и неупорядоченных книг, поэтому дело было сложным. Стайлс разбирал что-то в углу, сортируя его в определенном порядке, а я до этого слонялась от безделья, так как на библиотеку было отведено три дня для нашей супер уборки, так что времени оставалось полно.

-Нет, спасибо, - он мягко отодвигает меня, натягивая улыбку, и проходит куда-то за мою спину, вытаскивая из этой большой кучи что-то похожее на потертую книгу.

-Ты уверен? Ты выглядишь так, будто тебе нужна помощь. И я сейчас не только про вот это все говорю, - почему я вдруг стала так дружелюбна с ним? Мне жутко любопытно, какую игру он ведет.

-В таком случае, ты ошиблась адресом, - поворачивается ко мне спиной, а говорит как последняя скотина без единой эмоции в голосе.

-Нет, я уверена, что пришла туда, - настаиваю.

-Ло, у меня много работы, ясно? - устало вздыхает, будто действительно ничего не понимает.

-Хорошо...Ладно, - я сдаюсь, отходя в другой угол помещения, потому что действительно не хочу это больше делать. Он здесь не для того, чтобы со мной болтать. Он подставил меня перед директрисой и за это теперь отбывает наказание, поэтому мне нечего с него требовать.

-Прости, - он снова поворачивается. Я ничего не понимаю. Какую катастрофу я пропустила? Может завтра ураган шарахнет? - За то, что накричал тогда в кафетерии и за все последующее тоже. С Луи я уже поговорил.

-Что? - вместо того, чтобы трезво ответить, я стояла там как самый древний динозавр и тупо пялилась на Стайлса.

-Мне дерьмово из-за того, что так поступил с вами. Мне это ночами спать не дает. Мне нравится Луи, и я чувствую себя с ним чертовки...круто, но когда вижу тебя, в моем мире будто что-то переворачивается. Я не могу здраво мыслить и держаться дальше. Мне хочется быть рядом. Когда оглядываюсь - понимаю, что еще не закончил с Томмо и не могу просто бежать к тебе. Я так чертовки запутался, Ло..., - он спрятал лицо в ладони и сам будто сжался, ожидая моей негативной реакции, которая могла бы последовать, конечно. Если бы не одно но. Какое? Думаю, вы и сами догадались.

   Я преодолеваю разделявшее нас расстояние и обнимаю его. Черт, я не могу по-другому. Он выглядит  таким ранимым и беззащитным сейчас, что мое сердце в буквальном смысле разрывается на части. Он устал от этого все, я знаю.

-Наш старый добрый Томмо уже давно все решил за нас..., - я улыбаюсь, вспоминая свой последний разговор с донкастерцем.

-В каком смысле?

-Этот засранец выбыл из игры. Ты думаешь, я сама додумалась с тобой поговорить? - не могу не улыбнуться, видя его ничего непонимающее лицо.

-Черт! Ты серьезно? - не могу точно объяснить, радовался он или оставался разочарованным - все смешалось.

-Да, и между делом пригласил на ужин в эту субботу, - теперь я смеялась.

-Меня тоже.

-Значит мы не сможем не прийти!

   Да, эту главу я закончу на том сопливом моменте из фильмов, когда герои обнимаются, после воссоединения. Чувствовать Гарри рядом было невероятно. Я так скучала по нему, оказывается. За маской злобы и ненависти я не видела кто враг, а кто друг.

   До сих пор не могу поверить, что Томлинсон так поступил. Как он мог все решить за нас? В чем заключался его коварный план?