Ch2. - Zayn is not dead.
– Что там произошло? — Кричал один из папарацций, пытаясь получить ответ на один из вопросов.
– Меган!
– Вы с Зейном расстались?
– Ты беременна от другого?
– Меган, Зейн принимает наркотики?!
– Как продвигается твой фильм?
— Меган!
Вопросы начали набрасываться на меня, когда я пыталась пробиться наружу, испытывая панику и страх вокруг всех этих людей.
Почему они не могут просто оставить меня в покое? Совершая визуальный контакт с Эл у чёрного джипа в нескольких метрах вниз от улицы, он быстро начал пробираться ко мне, отталкивая людей вокруг.
– Уйди с дороги! — Он рычит и оборачивает руку вокруг моей талии, утаскивая от папарацци с огромной камерой.
Мы возвращаемся к машине, где мой каблук практически ломается прежде чем Элвис открывает дверь.
Как только дверь автомобиля закрывается, я чувствую, как слезы надавливают на мои закрытые веки, желая вылиться.
Вокруг машины находятся люди, которые заглядывают внутрь машины, и опускают свои лица к окнам.
Некоторые из них били по стеклу, толкая свои телефоны и камеры как можно ближе ко мне.
Я чувствую паническую атаку, медленно проползающую ко мне, когда я задаюсь вопросом, где, черт возьми, Элвис.
Вспоминая о Зейне, который скорее всего скоро настигнет к машине, я чувствую мерзкую тошноту подходящую к связкам.
Я не хочу быть с ним в одной машине. Я не хочу быть рядом с ним.
Колючее чувство на моих глазах спадает, когда дверь машины внезапно открывается, и я быстро наполняюсь чувством гнева. Гнев по отношению к нему. Я отодвигаюсь как можно дальше, когда Зейн входит в машину.
Я тяну ноги к груди, и я стараюсь сдавить себя, насколько это возможно, в сиденье, надеясь, что просто могу исчезнуть в тёмных подушках.
Я слышу крики Эвиса снаружи, когда тот говорит людям, стоящим вокруг машины, отвалить. Он может поторопиться? Я просто хочу выбраться отсюда.
Я кидаю взгляд на Зейна, который пристально смотрит на меня с тёмным взглядом.
– Что это было? — Он спрашивает, сжимая челюсть.
– Ты просто должна была создать сцену, не так ли, дорогая?
– Я... — Мою речь оборвал Элвис, залезающий в машину, хлопнув дверью.
– Извините... — Пробормотал он перед тем, как завести машину.
– Я спрашиваю тебя, Меган! — Зейн начинает истерить, а я подпрыгиваю от страха.
Я ловлю взгляд Элвиса, который смотрит на меня с жалостью, глядя чрез зеркало, но через секунду его взгляд падает снова на дорогу.
Я опускаю глаза. Элвис знал лучше всех, что если хамить Зейну или критиковать его каким-либо образом, будет худо. Особенно, когда он злился, поэтому я не удивилась, когда он промолчал. Зейн не боялся увольнять людей не смотря на то, насколько они были дороги не были ему или сколько раз спасали жизнь.
– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! — Он слегка наклоняется ко мне и грубо хватает за шею, разворачивая меня к себе.
Я резко убираю руку Зейна от шеи и забиваюсь спиной к двери.
– Остановись! — Я кричу, глядя ему в лицо, отказываясь отступать.
– Не смей орать на меня, Меган! — Он кричит снова, когда хватает мой подбородок, и тянет близко к его лицу. Его горячее дыхание пахнет мятой и алкоголем, и, блять, меня тошнит от него.
– Не смей, черт возьми. — Он нe отпускает мой подбородок примерно так долго, пока он снова не сидел на своем месте, вынимая небольшой пластиковый пакет из переднего кармана.
Кокаин.
– Зейн, не..
– Заткнись нахуй, Мэгги, — Он прерывает меня, выстраивая полосу белого порошка на его ладони, прежде чем вдохнуть его через нос.
Я с отвращением смотрю на него, снова посмотрев на Элвиса чрез зеркало.
Он дает мне маленькую улыбку, как бы ‹‹извини, что я ничего не могу сделать, но я знаю, как и ты, какой он мудак››.
Я ненавижу, когда Зейн принимает наркотики. У меня нет проблем с сорняками и случайными таблетками время от времени на вечеринках, но я ненавидела кокаин.
Это делало его безумным, нелогичным и коротким закатом. Более, чем обычно. Я не понимаю, что я плачу, пока не чувствую, что по моей груди прокатилась слеза. Я издала небольшой всхлип, вытирая мои теперь пятнистые щеки.
– Меган, ты плачешь? — Зейн удивленно спросил.
Я не отвечаю, глядя в окно на солнце, заходящее в калифорнийскую воду.
– Мэгги, — Повторяет Зейн, немного спокойнее, чем раньше.
– Посмотри на меня.
Я держу глаза, застывшими на закате, не доставляя ему удовольствия видеть, как я плачу. Зейн лишь вздыхает.
– Пожалуйста?
Я вытираю щеки белыми рукавами, теперь окрашивая их тушью и слезами, оборачиваясь на Зейна
Он смотрит на меня с немного обеспокоенным лицом, прежде чем вспыхнуть в смехе.
– О Боже, ты действительно плачешь, не так ли? — Он продолжает своё злое хихиканье, явно находя забавным видеть меня грустной.
– Ты такой ребенок, Меган. Это выглядит немного жалко. — Он говорит, прежде чего смех немного угасает.
– Остановись. — Я шепчу, мой голос ломается, ища как можно способов избежать всхлипов.
– Извини, что это было? — Зейн спрашивает, с ухмылкой на губах, наслаждаясь издевательствами.
– Я сказала остановиться! Почему ты такой? — Я кричу, все ещё плача, чувствуя себя полным и ужасным дерьмом.
Зейн поднимает руки в защиту, как будто это была какая-то глупая игра для него. В каком-то смысле, полагаю.
– Блять, успокойся, Мэгг. Ты такая драматичная. — Он издевается, смотря на меня, пытаясь выяснить, серьезно я или нет.
Зейн издает громкий вздох, потянувшись за моей рукой, которая лежит на сиденье. Я тяну её к себе, но он, не принимая никакого ответа, все равно хватает её.
– Слушай, прости, окей? — Говорит он, пристально смотря мне в глаза, кладя свой большой палец мне на ладонь.
– Это были тяжелые месяцы, когда альбом вышел и все такое. У меня есть люди, котрые скачут на моем члене 24/7. У меня просто стресс.
Опять же эти слова.
– Извини, мне, блять, жаль... Ты знаешь! — Он повторяет это снова и снова, как будто это какая-то священная мантра.
Но через некоторое время слово утратило свой смысл. Я терпела всё это так долго, что для меня это лишь пустой звук. И для него, видимо, тоже, я думаю.
И я знаю, что он просто послал всё нахуй, и это продолжалось на протяжении более, чем ''всего пару месяцев.''
– Да, ты снова продолжаешь это говорить, Зейн. — Я бормочу, глядя на наши переплетенные руки.
– Что? — Он говорит, используя свою свободную руку, чтобы поднять мой подбородок, не грубо, а только для того, чтобы он мог смотреть в мои глаза.
– Что это значит? — Я вздыхаю.
– Ты все время говоришь, что сожалеешь, но это, как будто, ничего не значит для тебя. Просто...Я не знаю...блять. — Я смотрю на его лицо, пытаясь прочитать его, или же увидеть, сделали ли мои слова его сердитым или нет.
Он вздыхает, будучи раздражённым.
– Меган, если я извиняюсь, это значит, что мне очень жаль, окей?
Окей, уёбок.
Он сжимает челюсть, пытаясь утихомирить гнев. Его рука медленно приближается к моей щеке вытирая оставшиеся слёзы.
– Я люблю тебя, хорошо? Даже если этого не показываю, просто знай. Я, блять, люблю тебя. — Он поднимает мою ладонь, начиная целовать каждый палец на ней.
И в такие момент я уверена, что прошлый Зейн жив. Он испорчён, но я все ещё верю, что Зейн, который внутри, выживет. Мой Зейн обязательно виживет.
– Я люблю тебя тоже.
Спасибо за прочтение💛
