Часть 4
Еще один день в школе без Гарри.
Я иду к двери школы, где быстро нахожу мою маму, уже ждущую меня в машине.
— Как тебе неделя в новой школе?
— Лучше просто не может быть! — я пытаюсь быть как можно более убедительным. Моя мама очень переживает, ей не обязательно знать о моих проблемах.
— Что-то случилось? — ее голос опускается, она ищет ответ в моем лице, но я просто отворачиваюсь.
— Нет, я просто немного устал.
— Да, дорогой, ты отдохнешь немного, как только мы приедем домой, — со времени переезда моя мама очень заботлива и улыбчива. Я рад, это очень здорово.
Остальную часть пути мы молчим, я бы хотел поговорить о моих “друзьях”, но тогда бы мне пришлось сказать, что они все гомофобы. У меня есть ощущение, что для нее эта новость будет не очень хорошей, поэтому я просто молчу.
Я начал дремать еще по пути домой, подумаешь, что это всего лишь двадцать минут езды, я слишком сильно устал.
— Дорогой, проснись, мы дома, — она жмет мою руку в попытке разбудить. Я вышел из машины, захватив с собой рюкзак, и сразу же направился в комнату, упав без сил на кровать. Я просто лежал и думал.
Почему в этом городе все гомофобы, может быть тут есть какие-то строгие правила, которые запрещают их поддерживать?
В общем-то, больше тем для размышлений у меня не было, поэтому я принялся за свою домашнюю работу по английскому языку. Тема была “Общество” и первое, что мне пришло в голову, было то, как люди несправедливо относятся к тем, кто имеет другие взгляды на жизнь. Я знал, что беру на себя огромный риск, начав писать про однополые браки, но я готов это принять.
Общество.
Что такое общество? Общество — это группа людей. Все общества разные. Есть справедливые, а есть такие, которые осуждают тебя и заставляют быть тем, кем ты не являешься. Мир, в котором мы живем, очень сильно изменился с давних времен. Раньше говорить то, что ты думаешь или чувствуешь, было нормальным, а сейчас ты даже не можешь выразить собственное мнение или поддержку без странных взглядов, которые осуждают тебя. Однополая любовь в обществе на данный момент является значимой проблемой. Если ты поддерживаешь это, то люди думают, что ты — идиот или гей просто потому, что поддерживаешь то, что правильно. Если ты не поддерживаешь это — ты понравишься им, и они будут думать, что ты — один из них. Что не понимает общество, так это то, что это — нечто большее, чем просто жениться на человеке, который имеет те же интимные части тела, что и ты. Однополый брак — это тогда, когда два человека одного пола считают друг друга привлекательными, находят в друг друге то, что искали всю жизнь и в чем нуждались.
Общество слишком испорчено, и лист его пороков можно продолжать вечно — это нескончаемо.
Вскоре я закончил свою статью, в принципе вышло неплохо — не идеально, но вполне достойно. Время пролетело слишком быстро, посмотрев на часы, я осознал, что уже час ночи. Хорошо, что завтра пятница и я смогу отдохнуть от всего этого.
— Доброе утро, солнце.
У мамы есть привычка называть меня <i>солнцем</i> каждое утро, на самом деле никто не знает почему. Может быть, потому что я был единственным, кто остался в ее жизни.
С горем пополам я вываливаюсь из постели и направляюсь в душ, чтобы умыться и почистить зубы. Закончив, я возвращаюсь обратно к себе в комнату. Сортируя все мои вещи в шкафу, я ищу что-нибудь сносное. Мой взгляд привлекли черная толстовка Vans и темно-синие джинсы.
Как только я оделся, я спустился вниз по лестнице, проходя мимо кухни и по пути съедая тост, который мама оставила на тарелке.
— Куда ты идешь?
— В школу, куда же еще?
— Ты не хочешь, чтобы я тебя подвезла?
— Все нормально, сегодня чудный день для пешей прогулки.
Странно, но сегодня я чувствую себя довольно уверенно.
Было очевидно, что я опоздаю, и я не особо волновался об этом. У меня был ровно час для того, чтобы подумать о том, что ждало меня в школе. А еще, конечно же, я думал о Гарри.
Пешая прогулка действительно была долгой, но она помогла очистить мой разум от некоторых вещей. Я начал думать, что, может быть, Гарри просто переехал. Отсутствовать в школе целую неделю без ведомой на то причины — это странно. В принципе, он мог болеть, но в последний день он не выглядел больным.
***
У меня было десять минут до начала второй пары, и я решил, что лучше всего за это время привести свой шкафчик в порядок и подготовиться к уроку. Я услышал отдаленные шаги в конце коридора, но я не обратил на это особого внимания, думая, что это всего лишь учителя.
Шаги стали громче и ближе, как вдруг они остановились.
— Луи? — голос был примерно в пяти шкафчиках от меня. Его голос глубокий и успокаивающий одновременно. Я слышал его раньше. У меня появилось ощущение, словно мы очень близко знакомы.
Я повернулся и увидел его, смотрящего на меня своими темно-зелеными глазами.
Гарри.
— Ты это мне? — сказал я, тыча пальцем себе в грудь и понимая, насколько глупо выгляжу. Он только что назвал меня по имени и мы единственные во всем коридоре. Стоп. Откуда он вообще знает мое имя? Французский класс, наверное.
— Тебя зовут Луи, не так ли?
— Д-да.
— Что ты здесь делаешь? У тебя нет урока или что? — его ли это дело, что я делаю около СВОЕГО шкафчика.
— Нет, — прошипел я.
— Раньше это был шкафчик моего друга, ты знал? — сказал он, тыча в шкафчик пальцем. Кажется, я влип.
— Что? — своим появлением он застал меня врасплох, может можно было просто уйти?
— Шкафчик 17, верно? — он говорит, указывая на очевидное.
— Нет, я имел в виду, у тебя есть друзья? — произношу я с нескрываемым сомнением в голосе, делая вид, что я поражен фактом, что у него вообще есть друзья, хотя это не было моим намерением.
— Я сказал «друг» и сказал «был», — выплюнул он.
— Почему только один?
— Почему так много вопросов?
Его лицо не выражало эмоций. Никаких. Не было даже намека на улыбку или ухмылку.
— Я не знаю.
— Ты кажешься крутым, — сказал он, кивая подбородком в мою сторону.
— Спасибо? — я не был готов к этому.
То, что он просто ударит меня или пошлет куда подальше было более вероятным, чем то, что он сделает мне комплимент. Это вообще можно считать комплиментом?
— Что скажешь, если мы прогуляемся вместе?
— Конечно.
Он застал меня врасплох, зная, что он никому никогда не предлагал гулять раньше. Я едва знаю его, с чего бы ему просить меня с ним погулять?
Я поворачиваюсь к своему шкафчику лицом, полагая, что гулять мы будем не сейчас.
— Чего ты ждешь?
— Что? Чего я жду? У меня урок прямо сейчас.
— Не хочешь тусоваться?
— Сейчас? У меня урок.
— Знаешь ли, можно и прогулять. Это еще никого не убивало, — сказал он жестким тоном.
— Как мы, по-твоему, уйдем? Они закрыли входные двери, когда я вошел.
— Задняя дверь.
Было очевидно, что он не раз прогуливал школу. Гарри направился к концу коридора, и я последовал за ним. Вокруг было тихо, и слышны были только легкие удары его каблуков о пол. Оставалось около двух минут до звонка, и это дало нам больше времени для того, чтобы улизнуть, не спалившись.
Он открыл запасную дверь и вышел, в то время как я шел прямо за ним.
Огромный забор, делящий территорию школы, очень высокий.
— Как, по-твоему, мы переберемся через него? — Господи, забор слишком высокий для меня, чтобы я его просто перепрыгнул.
— Легко, просто поднимайся и прыгай.
Он пожимает плечами, словно это так просто.
После моих многочисленных попыток забраться на этого гиганта, он, наконец останавливает меня, кладя руку на плечо, рассыпая по всей моей спине дрожь.
— Я помогу тебе, — говорит он, кладя свою руку передо мной. Это была самая милая улыбка, которую я видел за всю мою жизнь.
Я положил руку ему на плечо и он поднял меня, чтобы я смог перелезть через этот чертов забор. Я прыгаю, но падаю на спину и быстро поднимаюсь, отряхивая траву с моей толстовки. Мои щеки краснеют на глазах. Я слышу, как Гарри хихикает, но не оборачиваюсь.
Повернувшись, я вижу Гарри, который уже успешно перескочил через забор. Он был выше меня, это давало ему преимущество.
Идя с ним к стоянке, я заметил, что он вновь во всем черном.
Когда мы добрались до парковки, Гарри подошел к черному Ламборджини. Было просто догадаться, что автомобиль новый, а сам Гарри выглядел так, будто иметь такой вид транспорта, учась в старшей школе — это в порядке вещей, и ничего необычного в этом нет.
— Не стой на месте, залезай.
Я послушался и забрался в машину. Салон был весьма чистым, что удивило меня, ведь его грязные рваные джинсы никак не могут говорить о том, что их владелец чистоплотен.
— Куда мы собираемся? — спросил я.
Он убавил громкость песни Imagine Dragons, которая звучала по радио, и задал встречный вопрос:
— Ты слышал о The Rouge?
— Что это? — снова спросил я, уже начиная чувствовать, что слегка надоедаю ему своими вопросами.
— Это небольшое кафе за городом.
— О, понятно.
— Тебе там понравится, поверь мне.
— Как ты можешь быть уверен в том, что мне понравится? Ты едва ли знаешь меня.
— Ты очень похож на человека, с которым я был очень близок.
— Кто это?
— Забудь.