Survivors

Мероприятие, на которое мы прибыли, было публичным, поэтому, еще не привыкнув к камерам, я жмурилась от ярких вспышек и громких щелчков, доносившихся со всех сторон небольшой лестницы, которая вела в главный зал отеля. Вокруг было слишком много незнакомых лиц, если честно, я не знала здесь никого, кроме Найла, чему была не очень рада, но и не удивлена, так как ранее на подобные мероприятия приглашали моего отца, как руководителя кампании. Теперь здесь я.

Улыбнувшись нескольким фотографам и, проигнорировав журналистов, мы с Найлом с облегчением вошли в гостиницу и стали оглядываться, я - в поисках знакомых лиц, Найл - еды. На этом наши пути разошлись, но ненадолго.

Из небольших динамиков, встроенных в белые колоны, прозвучал голос женщины, уведомляющей нас о скором начале аукциона. Именно поэтому мне надо было найти блондина. Схватив по дороге два бокала шампанского, я сделала небольшой глоток и почувствовала приятное шипение в горле, после чего, взяв Найла за руку, мы прошли в небольшую комнату с приглушенным светом.

Я села в первые ряды, чтобы получше разглядеть предложенные картины, хоть и ничего не понимала в искусстве. Вскоре на сцену вышел пожилой мужчина, который, как я поняла, являлся автором этих картин, и произнес вступительную речь, желая всем приятного вечера.

После того, как начался аукцион, я второй раз убедилась, что ничего не смыслю в искусстве, поэтому мне было, как никогда
скучно.  Картины продавались одни за другой, за несколько минут, и мне была абсолютно не интересна ни их цена, ни их содержание. До определённого момента.

Следующее полотно вынесли два молодых человека, аккуратно поставив холст на деревянный мольберт. Картина была чуть меньше, чем предыдущие, но это делало её еще более желанной. Исписанное тёмными красками полотно изображало девушку, сидящую у морского берега, сидящую в абсолютном одиночестве, но приглядевшись, за её спиной можно было увидеть демона, который забрал её сердце, злобно ухмыляясь.  Тут-то я и не сдержалась.

— Семь тысяч долларов!

— Восхитительно! - прокричал ведущий, - Как вас зовут?

— Роуз Мэй.

— Семь тысяч долларов от Мисс Мэй! Семь тысяч долларов раз, семь тысяч долларов два...

— Восемь тысяч!

Я обернулась посмотреть, чей же хриплый голос выкрикнул столь большую сумму.
На одном их последних рядов сидел молодой человек, примерно моего возраста, из-за отсутствия яркого света я не смогла разглядеть его лица, но каштановый цвет его кудрей казался мне слишком знакомым. Пусть его личность и загадочна, я не собираюсь останавливаться.

Я выкрикнула сумму в десять тысяч долларов, и зал погрузился в тишину. На моих губах уже расплылась ухмылка, но я слишком рано начала радоваться.

— Пятнадцать тысяч долларов!

А этот козел упрямый. Но я не хуже.

— Двадцать тысяч.

— Пятьдесят тысяч долларов!

Я замолчала, на минуту задумавшись стоит ли это того, но эти мысли сразу же покинули мою голову.

— Сто двадцать тысяч!

Его следующей ставкой было двести тысяч долларов, и мы оба понимали, что боремся далеко не за картину.

— Двести тысяч долларов от Мистера Стайлса!

Зал ожидающе смотрел в мою сторону, пока их глаза не округлились от суммы, что которую я назвала.

— Один миллион!

И я знала, что возможно это было глупо, но я наслаждалась этой маленькой игрой, которую сама и затеяла.

Прозвучал последний звонок, за которым следовало мое победное слово из уст ведущего:

«Продано!»

Я с ухмылкой оглянулась посмотреть на своего пораженного соперника, чувствуя, как его, как мне казалось, зеленые глаза прожигали мою спину своим взглядом.

Взяв Найла за руку, мы встали со своих мест и  удалились из зала под стук моих каблуков.