Письмо четвёртое
Секрет — это новость, которую сообщают каждому знакомому порознь. Именно поэтому вашу тайну может знать совершенно незнакомый вам человек. Но и это еще не всё. Никогда не забывайте про «ушастые» стены и «глазастые» окна. В этом мире легко скрывается лишь тот, кому нечего скрывать. Так что, если действительно хотите сохранить что-то в тайне, помните: ваш самый близкий друг лучше всего будет хранить тот секрет, о котором не знает.
Почему же мы молчим о некоторых вещах? Наверное, потому что нам кажется, что другие люди нас не поймут, не примут, посмеются. Мы скрываем то, в чём нам неловко или страшно признаваться, боимся негативной реакции окружающих. Чаще всего в секрет заложено нечто, отличающее нас от «нормы», а, как всем известно, это один из самых гигантских страхов человека —
быть ненормальным.
PS: Собственно, теперь я поняла, почему одиночки такие скрытные и загадочные: их тайны просто некому рассказать.
дата и время публикации:
5 ноября
13:01
Подпирая собой стенку, Тэхён читал сегодняшний пост в блоге Лии. Надо же было чем-то заняться, пока Бомгю устраивал очередной перфоманс «младшего братика» перед новой девушкой. Давным-давно Кан подписался на блогешру, когда у неё насчитывалось лишь 4 подписчика, и по сей день не пропускал ни одной публикации, как самый настоящий преданный фанат.
— Может, «XXX» одиночка? — задумчиво произнёс парень, потирая пальцем подбородок.
Число крашей Бомгю совсем недавно пополнила одна видная шатенка с хореографического отделения, имя которой было Йеджи. Чем она покорила парня — не суть важно. Наверное, танцами? Он такое не запоминал. Просто видел цель и шёл к ней. Пробовал. Пробовал. Пробовал. Дарил плюшевых мишек. Спрашивал: «Покормишь меня?». Издавал заезженное эгьё с «пунь-пунь» и глупо улыбался. Так и сейчас, гордый собой, Бомгю ожидал благодарностей за представление, вместо которых последовал лишь высокомерный смешок и удар хвостом по щеке в развороте от той самой Йеджи, которая, по ходу, тоже не собиралась задерживаться в числе крашей парня надолго. Думаю, теперь понятно, почему он не запоминал, чем покоряла его каждая из девушек. Слишком все они были мимолётны.
— Ну, что опять не так? — морщась, взвыл рыжеволосый. — Что им всем не нравится в моих подарках?
— Может, тот факт, что этим девушкам приходится чувствовать себя твоими старшими сёстрами или мамками? — Тэхён лишь покачал головой, глядя на безнадёжного друга, и прошёл мимо него, направляясь туда, куда они изначально и собирались.
Столовая.
Журналисты поставили подносы на продолговатый столик у длинной витрины и начали по ходу очереди набирать себе еду.
— Вот, Бомгю, — Кан поставил рис на поднос и потянулся за салатом, — ты вроде хороший, амбициозный и уверенный в себе парень. Журналист из тебя неплохой, разбираешься во многих темах. Спортсмен. Плюс ко всему красавец, каких ещё поискать. Я, честно говоря, иногда завидую тебе. Даже твоя ворчливость тебе идёт иногда, — Кан посмотрел на друга, словно сам недоумевал его ситуации. — Так какого ты корчишь из себя робкого и беззащитного «младшего братика», когда подкатываешь к девушкам? После всех твоих неудачных попыток тебе не кажется, что это провальный образ?
— Да ты ничего не понимаешь! Дело не в этом, — хитренько улыбаясь, Чхве стукнул кулаком по плечу Кана, а затем изобразил учёный вид. — Я делаю ставку на материнский инстинкт. Знаешь, какая это действенная штука? Женщина, увидев во мне сына, захочет защищать и постоянно быть рядом. Устоять перед биологией не может ни один организм, не-а.
— Двигайся! Чё встал? — раздался грубый голос позади Бомгю, испугав того до полусмерти, что иронично разрушило важный образ рыжего.
— Да, хорошо-хорошо! — недовольно бросил он через плечо, оглянувшись на крикуна, — вот же раскудахталось яйцо недоношенное…
— Хочешь, чтобы с тобой возились, как с маленьким? — приподняв одну бровь, спросил Тэхён, тем самым продолжая диалог.
— А что плохого? — удивлялся Чхве, накладывая себе кимчи. — Быть окружённым заботой и опекой это же круто!
Кан неприязненно поморщился.
— Мне кажется, круто, когда наоборот, парень защищает девушку и окружает её заботой. Знаешь, как рыцарь из сказок. Что хорошего сидеть у девушки на шее? Как-то это не по-мужски.
— Всё ты со своими романтическими мотивами! Да-да, это круто, — Чхве дёргано закивал, — но и жизнь не сказка. Тут парням никак без женской юбки не обойтись. Хочешь не хочешь, а всё равно в чем-то будешь зависеть от своей девушки.
— Не могу с тобой полностью согласиться, — Тэхён отрицательно замотал головой.
— А, вообще, всё это сексизм какой-то! — завёлся рыжий на свою любимую тему. Теперь его было не остановить. — Почему парни должны защищать девушек, а девушки парней – нет? Вот скажи мне. Давай поспорим!
Журналисты оплатили заказы и отправились на поиски свободного столика. Недалеко сидели Черён, Юна и Лиа с уже на половину съеденными обедами. Проходя мимо их стола, Кан заметил новую работницу своей газеты и с улыбкой кивнул в знак приветствия. Девушка, кусавшая в этот момент яблоко, кивнула в ответ.
— Йа, что это только что было? — бывшая в депрессии минуту назад, Юна тут же включилась, повернув голову вслед прошедшим мимо ребятам. — Он сейчас с тобой так заигрывал?
— Кавое ефё заивлывал?! — вылетело из набитого рта Джису, а затем она вовсе подавилась.
— Тише-тише, сначала прожуй, — Черён аккуратно похлопала кашляющую Джису по спине.
— Слушай, подруга, а он ничего такой, — обернувшись обратно к лингвистке, заулыбалась Шин. — Симпатичный. И друг у него миленький такой. Рыженький.
— Угу, — кивнула Ли, также слегка улыбнувшись и продолжая похлопывать подругу по спине.
Лиа дожёвывала несчастное яблоко, пока на лице у неё собирался вагон восклицательных знаков по поводу сказанного подругами абсурда.
— Это тот самый глава студгазеты, о котором я вам только что говорила! Вы вообще меня слушали? — держась за горло, возмущалась Чхве.
— А, так это тот самый «ещё один Тэхён» в твоей жизни? — подловила Черён.
— В моей жизни один единственный Тэхён, — надувая щёки, отнекивалась брюнетка. — Этот просто временный Тэхён.
— И как он тебе? — играя бровями, спрашивала Юна.
— Излишне много говорит и улыбается. Мне кажется, он притворщик. Строит из себя какого-то добренького и блаженного. Совсем не в моём вкусе, — проворчала девушка в ответ, замотав головой. — А вообще почему вы спрашиваете у меня о других парнях? Разве не знаете, что наши отношения с Ким Тэхёном расцветают?
— А кто другие участники студгазеты? — сразу же легонько перевела тему Черён, избегая километровых хвалебных текстов, посвящённых великолепному Киму. — Ты сказала, вас несколько.
— Да. Ещё одного зовут Ёнджун. Он с третьего курса медиакома, — Джису вновь принялась грызть своё яблоко. Со стороны девушка была похожа на злого хомяка, пожиравшего корм в утешение.
— О, я слышала о нём! Говорят, пустоголовый бабник, но зато красавец писаный, — на энтузиазме делилась информацией Юна.
— Это верно, — с грустинкой в голосе согласилась Чхве.
— И всё? Вас трое? А как же тот «ХХХ»? — с неподдельным интересом спросила Ли, будучи одной из фанаток вышеупомянутого.
Джису откусила яблоко и посмотрела в окно, погружаясь в воспоминания о вчерашнем вечере.
Flashback:
— Так ты и есть «ХХХ»?! Кто бы мог подумать, что тем самым анонимным автором студгазеты окажется мой одногруппник, — расставляя по порядку планеты в своей голове, вникала в происходящее Чхве.
— Зачем ты меня сюда притащила? — выдернув свою руку из хватки девушки, возмущался брюнет. Они остановились посреди вешалок пустого гардероба, словно от кого-то прятались. — Сколько ещё раз мне повторить, что я не по этому поводу пришёл туда?
— Сколько ещё раз мне повторить, что я не верю ни одному твоему слову? Ты попался с поличным, Чхве Субин.
Не сказать, что у Джису и Субина были близкие отношения или, наоборот, враждебные. За два года обучения в одной группе они говорили-то в сумме раза три, не больше. И то было на уровне «передать задание, одолжить карандаш». Парень всё время выглядел очень грустным и не готовым идти на контакт, поэтому к нему обычно не лезли. Он постоянно носил чёрную одежду, а капюшон, кажется, не слезал с его головы даже в самую жаркую погоду. Ходячая депрессия – примерно так можно было описать его в двух словах. Педагоги не раз оставляли Субина после пар и предлагали помощь специалистов. В общем, если Лиа называла себя интровертом, то данный персонаж производил впечатление интроверта в квадрате в совокупности с суицидальными наклонностями.
— Искал Тэхёна, — коротко отвечал он, глядя куда-то в сторону, но не на одногруппницу, от которой ему хотелось поскорее отделаться, как от надоедливого комара.
— По какому такому вопросу, интересно? Вы знакомы? — совала свой нос не в свои дела Чхве, чем только сильнее раздражала парня.
— Тебя не касается, Джису, — было последним, что он сказал, перед тем, как уйти.
Девушка, глядя ему вслед, только передразнила его, поворчав что-то себе под нос.
— И как у такого нелюдимого грубияна-одиночки могут быть настолько хорошие статьи? — задалась вопросом она, а затем с беспокойством добавила. — Но у него же всё в порядке?..
— Я подозреваю, что это Субин. Видела вчера, как он кладёт на стол Тэхёна какие-то бумаги, — продолжила говорить Чхве.
— Субин – это тот одногруппник, который тебе нравился до того, как ты узнала о Ким Тэхёне? — уточнила Ли.
— Нравился? Пф! Громко сказано, — поморщившись, наигранно посмеялась Джису, делая вид, что он её как парень не интересует, а глупые разговоры об этом лишь раздражают. Хотя, на самом деле, девушка смутилась.
— Ну и вкус у тебя, конечно, подруга… Всегда ему поражалась. Тэхён просто лучик света во всём любовном тлене твоих крашей, — открывая пакетик с булочкой, Юна одухотворённо устремила взгляд к небу, когда говорила о парне, а затем сдулась, недоумевая вкусу Джису. — И как только наш яркий и великолепный Ким тебе понравился?
— Йа! — возмущалась Чхве. — Что не так с моим вкусом? Черён, скажи ей, — девушка дёрнула младшую за руку, на что брюнетка лишь неловко улыбнулась, избегая того самого ответа, который бы точно не понравился лингвистке.
На самом деле, Черён была согласна с Юной, ведь достаточно хорошо знала Су. Просто ромашке-Ли не хватало духу всё дерзко высказать в лицо. Обычно эту роль на себя перетягивала Шин, и этот раз не стал исключением.
— Будем честны. Обычно тебя только на социофобов и депрессивных чуваков тянет. А Субин, кстати, ещё и красавчик, — блондинка читала подругу, как открытую книгу.
— Всё не так, — мямлила Джису, хотя, на самом деле, Юна была совершенно права. И девушка это понимала, но всё равно пыталась скрывать свои чувства и предпочтения. Неприятно это, когда к тебе в душу лезут, и осуждают то, что тебе нравится. Что она могла поделать, если только от таких парней с «аурой драмы» ёкало её сердечко? Ну, и ещё от Тэхёна… сильнее всего. — Юна, у тебя точно нет биполярки? Что за перепады настроения? Только что сидела вся расстроенная из-за незачёта по веб-дизайну.
— А ты тему-то не переводи, дорогуша. Подлечусь, коли понадобится, и всё наверстаю по учёбе.
— Опять вы ссоритесь, — хныкала Черён. — Я сейчас от вас отсяду, противные! — а затем, стиснув перочинный ножик в руке, устрашающе добавила с огоньками в глазах: — Зае**ли…
— Прости-прости, — испугавшись, заизвинялись девушки хором.
***
Полутемный кабинет студгазеты освещали лишь лучи заходящего солнца. Ребята из комитета по хозяйственным делам обещали заменить перегоревшие на потолке лампочки ещё позавчера — вот только это означало, что раньше, чем послезавтра, их ожидать бессмысленно. Поэтому сейчас в солнечном свете было отчётливо видно, как частички вездесущей пыли летают в пространстве. А за окном слышалась мелодичная и задорная, словно ручеёк в лесу, песня серого скворца. Словом, в кабинете царила спокойная тихая атмосфера, которая не предвещала никакой беды…
— Я пришла, — закрыв за собой дверь, нехотя протянула Су. Заходить сюда спустя неделю по-прежнему было для неё испытанию подобно.
Однако ответного приветствия от шефа не последовало. Тэхён сидел, уткнувшись лицом в ноутбук, и увлечённо печатал. Его глаза пылали вдохновением, а губы что-то шептали себе под нос, точно мантру. Не сказать, что подобное поведение особенно расстроило Чхве. Просто, скажем так, это немного неприятно, когда твоего присутствия не замечают.
Джису положила свою сумку на стол и подошла к столу шефа. Да, вот, только тот её ни в какую не видел, насколько бы громкие «кхм-кхм» она не делала своим горлышком. Тогда Лиа просто протянула руку, заслоняя Тэхёну экран монитора, и сказала:
— Я готова работать.
— О, пришла, — кинув секундный взгляд на своего редактора, Тэхён протянул партию распечатанных листов, которых, пожалуй, было вдвое больше обычного. — Вот, держи. Рассчитываю на тебя.
Чхве слегка нервно, но всё же сдержанно выхватила листы у начальника.
Сев на своё место за большим столом, Джису попыталась вчитаться в очередной несуразный бред для редактирования. Стук пальцев Кана по клавиатуре бил по ушам хуже рок-музыки. Знаете, бывают такие мелкие циклические звуки, которые отвлекают, потому что человек начинает концентрироваться на них, а не на том, что нужно. Вот, то самое и происходило сейчас с клавиатурой.
Была у Тэхёна ещё одна особенность — страсть к морепродуктам, запах которых Джису с детства не переносила ни в каком виде. Собственно, именно морской амбре стоял сейчас в кабинете. Сегодня в меню явно затесалась скумбрия, пустые консервы которой махали девушке ручкой из мусорного ведра под столом. Тем временем, терпение Чхве постепенно заканчивалось.
Лингвистка встала и подошла к начальнику.
— Как ты сам оцениваешь свою работу? — осторожно спросила девушка для начала. К тому же, ей действительно было интересно, правда ли парню так нравилось то, что он настрочил.
— Я считаю, что статья вышла просто bravo, benissimo, estupendo! — засмеялся Кан, вертясь в крутящемся кресле и похлопывая в ладоши в честь своего великолепия.
Если, как и говорила Юна, Джису всю жизнь тянуло либо на замкнутых чуваков, либо на Ким Тэхёна, то Кан Тэхён однозначно не подходил ни под одну из этих категорий. Он был слишком открыт и, как бы это сказать, «экстровертирован» в противоположность Чхве. На его лице всегда было написано всё: эмоции, мысли, желания. Он всегда говорил прямо то, что хотел, когда Джису перебирала десяток вариантов одного и того же предложения, которое собиралась озвучить. И, несмотря на то, что брюнетка была достаточно терпелива, все негативные эмоции долгое время накапливать внутри до тех пор, пока не происходил «бум».
— Да чушь это полная, а не статья! — выкрикнула она прямо в лицо парню, который заметно прифигел и даже как-то потерялся после столь неожиданного всплеска эмоций вечно спокойной до этого коллеги.
— Ч-что ты имеешь в в-виду? — будучи оскорблённым, с некоторой обидой в округлившихся глазах петушился Тэ.
Джису запрокинула голову и выдохнула, расставляя все свои мысли по полочкам, чтобы дать максимально развёрнутую конструктивную критику.
— Если ты считаешь, что твои тексты совершенны, за исключением грамматических ошибок, то ты сильно ошибаешься! Тебе многого не хватает. Например, ты никогда не приводишь корректные сравнения. Скажи мне, в каком месте птица похожа на стул? — Джису помолчала, давая возможность парню ответить, чего, естественно, не произошло. — Более того, предложения ты делаешь чересчур огромные, слишком сильно растягиваешь мысль. В конце одного твоего предложения читатель забывает, о чём говорилось в начале. Я уже молчу о том, что пишешь ты совершенно не о том, что людям интересно, а скорее о том, что интересно только тебе. А это ведь азы журналистики! — девушка всплеснула руками, сжимая бумаги в кулаках. — Журналисты должны освещать самые важные и самые скандальные новости, а не писать о том, «как правильно поливать низкорослый скальный папоротник-Пузырник с ползучими стеблями». Это не-ин-те-рес-но! — отчеканила по слогам девушка. — Почему ты этого не понимаешь, если уже два года учишься на журфаке?!
Выслушав всё это со стеклянными глазами, Тэ какое-то время просто молча хлопал губёшками, как рыбка, выброшенная на сушу.
— Н-но ведь никто из студентов и преподавателей не жаловался! — наконец, худо-бедно, нашёл чем возразить парень.
— Откуда бы появились жалобы, если никто не читает эту газету? — поставив руки в боки, Джису за словом в карман не лезла.
— Её никто не читает? — поморщился шатен. — С чего ты это взяла?
— Проследи за пачкой газет в главном холле. Их трогает только уборщица, когда приходит время класть новую партию! — девушка сделала глубокий вдох, переводя дух. — Ладно само содержание статей — с этим разобрались. Но знаешь, как неприятно становится, когда ты достаёшь своих крабов, селёдку, креветок, скумбрию и прочую тусовку из моря? Мне от этого запаха тошно становится! Хуже бывает только тогда, когда ты начинаешь щёлкать ручкой, зависая над одним текстовым фрагментом по часу, или долбить со всей силы по клавиатуре, — брюнетка кинула неотредактированный материал на стол начальнику и яростно посмотрела ему в глаза. — Всё, я решила, что больше не буду приходить в этот кабинет! Буду тенью помогать, как это делает «ХХХ». Терпения моего больше нет… — Джису забрала свою сумку и направилась к выходу из кабинета.
— Но я же не знал, что тебе всё это так докучает. Ты ведь ничего не говори…
Не успел Тэ договорить, как дверь захлопнулась, оставив парня с его самой ненавистной и надоедливой бывшей – тишиной.
***
После изнурительного часа в кабинете студгазеты, Лиа забрала письмо Ким Тэхёна из ящика и сердито потопала домой. Оказавшись в своей комнате, она завалилась на кровать лицом к стене и отмахнулась от постучавшей в дверь мамы, которая предложила девушке вместе поужинать чаджанмёном.
Возможно, Джису перегнула палку и теперь чувствовала себя виноватой перед Каном. Совсем чуть-чуть. Но не бежать же обратно в университет – раздавать «пардоны» за свой взрыв. Гордость теперь не позволяла подойти к парню первой.
Переодевшись в пижаму, Чхве достала письмо. Она безжалостно разорвала конверт и принялась читать содержимое, надеясь, что после этого её настроение поднимется. Так оно и происходило по ходу чтения, по крайней мере, до тех пор, пока девушка не наткнулась на…
— Что? — скривилась брюнетка в лице. — Пчёлы?
В голову ненароком залетел Кан Тэхён, одетый воображением Су в костюм пчёлки. Она завертела головой, отгоняя эти нелепые глюки.
— Почему, даже сейчас, он не может оставить меня в покое? — поворчала девушка, а дочитав письмо до конца, слегка улыбнулась. Как и ожидалось, злость точно рукой сняло. Переполненная желанием рассказать о себе Тэхёну чуточку больше, чем на то была способна внешность, Джису взяла из ящика бумажку и принялась писать ответное письмо.
«На самом деле, я люблю многие вещи. Мне нравится читать английскую литературу, смотреть сериалы и слушать к-поп песни, а особенно группу ATEEZ. И, несмотря на то, что я не люблю детей, мой любимый фильм — это «Мальчик в полосатой пижаме». Да, я довольно противоречива по характеру, но, какая есть:)
Люблю смотреть на звёзды, кушать кимчи, гулять ночью. Температура и воздух вечером такие приятные и свежие, что сразу появляется вдохновение. Я очень люблю кофе, особенно его запах, а ещё так же, как и ты, увлекаюсь писательством, но мало кто об этом знает. Всё это заполняет большую часть моей жизни и будет заполнять ещё долгие годы. Но, если бы мне сказали выбрать что-то одно, самое любимое, с чем бы я готова была провести остаток своей жизни, то я определённо выбрала бы тебя,
Тэхён… »
Сама засмущавшись своих же слов, девушка, отшвырнула куда-то в сторону ручку и заёрзала на кровати, как от щекотки. Никому не было известно, какое счастье она испытывала просто от того, что кто-то интересуется ею, а особенно он. Если происходящее – это всего лишь сон, то Джису точно не хотела просыпаться.
— Этот глупый Кан Тэхён даже рядом не стоит с Тэхёном из писем! — фыркнула девушка, прежде чем накрыться одеялом и потеряться в сновидениях о возлюбленном.