Бетельгейзе

— Ну же, какое платье выбрать? — Юна крутилась у зеркала, пытаясь обратить на себя внимание Тэ, а тот, закутавшись в одеяло, словно в кокон, выглядывал и лишь моргал.

— Не знаю я, — недовольный голос.

— Да что с тобой сегодня не так, — девушка сделала наигранно грустное лицо, но тут же вернула себе позитивный настрой, взглянув в зеркало, — думаю, что надену вот это, голубое.

— Куда ты собираешься так тщательно вообще?

— Как куда? У Хосока сегодня день рождения.

Тэхён погрузился в кокон с головой и беззвучно закричал.

— Может вот эти светлые брюки наденешь?

— Сама их надевай.

— Да чего ты такой колючий сегодня?! Наоборот радоваться надо! У наших друзей свадьба на носу, у Хосока день рождения. Так что вставай и собирайся.

— Куда? Сейчас ещё только утро.

— Мы не поздравили их.

— Поздравь сама. Я сегодня не в настроении.

— Может быть, тебе просто нездоровится?

Тэхён вдруг смекнул, что это идея.

— Да, плохо себя чувствую с утра.

— Я уверена, что во всём виноваты те устрицы. Мой бедняжка, — она подошла к нему, поцеловала в лоб и добавила, — постарайся поправиться до вечера. Посидим все вместе. Выпьем немного и повеселимся.

Тэхён участливо улыбнулся. Юна наконец-то собралась и ушла.

«Айщ мне нужно побыть в одиночестве», — подумал Тэ, умылся и вышел из номера. Купил себе кокос и отправился путешествовать самостоятельно по улочкам этого городка, что находился прямо у побережья.

Его пушистые волосы трепал солёный морской ветер, мягкие порывы раздували широкую рубашку и щекотали тонкую чувствительную кожу. Весь город был усыпан пальмами, парками, садами. Яркое солнце пекло голову, поэтому зашёл в ближайший магазинчик и присмотрел себе соломенную шляпу с широкими полями.

Уличные музыканты играли на разных инструментах. А когда Тэхён увидел саксофон, то спросил, можно ли ему сыграть. Ответили утвердительно, и вот завораживающая с первых ноток мелодия расползлась по улочкам, лаская слух каждого, кто был неподалёку. Хватило лёгкого ветерка, чтобы шляпу сдуло с его головы, но парень был слишком поглощён игрой, чтобы замечать подобные мелочи. Его волосы растрепались и словно бы слились со звуками саксофона. Вокруг собрались люди, чтобы посмотреть на талантливого музыканта-любителя. Да, Тэ нравилось это. Нравилось, когда на него смотрят. Нравилось дарить людям хорошее настроение, от этого собственное тоже мгновенно улучшалось. Доиграв мелодию, улыбнулся своей широкой квадратной улыбкой, разглядывая аплодирующих сквозь пушистую чёлку, что закрыла глаза. Поклонился в знак благодарности, отдал саксофон и продолжил своё путешествие.

Пострелял в тире, выиграл целую кучу воздушных шариков, ходил с ними как ребёнок, раздавая прохожим: взрослым и детям. Он понял, что счастлив. Счастлив здесь и сейчас. Словно бы находился в центре всей этой суеты, словно бы являлся центром этой лёгкой и заставляющей трепетать сердце энергии.

Услышав звуки латинской музыки, направился в сторону их источника. Это было кафе, во дворе которого местные устроили танцы, вовлекая в процесс туристов. Тэхён тихо пританцовывал в сторонке, проникаясь атмосферой раскрепощённости и веселья. У него в руке оставался всего один шарик. И ему было жалко отпускать его в воздух. Он решил отдать его мило танцующей старушке в полосатом платье, но когда направился к ней в центр танцпола, его руку сзади вдруг перехватили. Он попытался оглянуться, чтобы понять, в чём дело, но соломенная шляпа, сдутая и забытая во время игры на саксофоне, не дала ему даже увидеть человека, что развернул его к себе. Шляпа теперь была надета так, что передние поля закрывали глаза, а в сочетании с длинной

чёлкой это было просто идеальное укрытие. И теперь перед ним стоял тот, кого он не мог увидеть. Не мог видеть, но мог чувствовать.

Шаг вперёд, и незнакомец уже так близко к Тэ. Он уверен, что это мужчина. Мужская хватка. Мужская аура. Предательски зазвучала любимая песня Тэхёна «despacito», кокосовое молоко, разбавленное ромом, дало о себе знать, секунда замешательства, и рука незнакомца уже на его талии, а второй медленно сцепляется с ладонью Тэхёна. Движения бёдрами заводят в безумный танец, заставляют попрощаться с разумом. Сейчас Тэхёну слишком хорошо. Сейчас всё слишком. Он хочет забыть о Хосоке, хочет забыть о проблемах, хочет забыть обо всём, что когда-либо его беспокоило. В один из моментов танца незнакомец хватает бедро Кима и тянет выше, так, чтобы коленка Тэ коснулась его бедра. Тэхёну горячо и дурно. Музыка слишком опьяняет, он сейчас слишком пошло двигается, и он в руках незнакомого человека... Это так необычно и так...завораживает.

А когда этот человек слегка отстраняется, обхватив двумя руками шею Тэ, и они начинают двигаться в такт музыке на расстоянии, Тэ понимает, что хочет чувствовать этого незнакомца ближе...

И тут Тэхён ощущает, как этот кто-то разворачивает его и обнимает со спины, заставляя приоткрыть рот от той страсти, что исходит от незнакомца. Кажется, что музыка никогда не закончится... Тэхён не хочет, чтобы она заканчивалась. Его кружат в танце, его прижимают к себе, и, кажется, им по-настоящему владеют. А шум вокруг лишь громче. И жар внутри только хуже. И уже неясно, сон это или слишком хорошая реальность.

Все ещё продолжают танцевать, когда незнакомец вдруг останавливает Тэхёна, который тут же реагирует на прикосновения к лицу. Он приоткрывает рот, потому что пошлость в нём хочет поцелуя... Он ждёт, ждёт, когда чужие губы окончательно совратят его, но незнакомец лишь мягко прикусывает едва заметную родинку на носу Тэ и слегка обводит её языком.

Обомлевший от неожиданности, Тэхён замирает, пытаясь услышать, бьётся ли его сердце. Больше нет рук на его шее. Больше не чувствует рядом того незнакомца. Только он со сдвинутой вперёд шляпой...ещё и без шарика. Слегка подрагивающими пальцами касается родинки... всё ещё мокро...

На ватных ногах вернулся в пустой номер. Плюхнулся на кровать, посмотрел на белоснежно белый потолок. «Чёрт...я чуть не отдался какому-то незнакомцу на танцполе... Какого хрена... Он... Ах я забыл эти чувства... Кажется, впервые такое испытал четыре года назад... да... я хотел этого незнакомца, потому что представил, что это Хосок! Блин... Как выздороветь? Как остановить эту зависимость? Как перестать думать о нём? Как перестать хотеть его? Как перестать рассматривать его, когда он рядом, и мечтать увидеться, когда он далеко. Как избавиться от этих чувств...»...

Занятый роем мыслей, Тэ уснул.

Разбудила его лёгкая тряска. Он открыл глаза, пытаясь понять, что происходит. Это была Юна, пытающаяся его разбудить. За окном было уже темно, Тэ потёр щёки и стал искать телефон, чтобы понять, сколько проспал.

— Малыш, как ты? Нормально? — девушка заботливо погладила его по голове, а когда Тэ угукнул, сказала, — одевайся, мы опаздываем. Сана уже ждёт нас. Мы заказали много вкусной еды на день рождения оппы. Всё, вставай, хватит лежать.

Тэхён неохотно поднялся и пошёл переодеваться.

Мятная ситцевая рубашка, тонкие летние тёмные брюки, растрепал волосы ещё больше, тапки-ботинки от Гуччи, взглянул в зеркало. «Вроде нормально».

Сана так радовалась появлению Тэ. Спросила о его состоянии, пришлось соврать, что утром ему было плохо. Хотя, по правде говоря, ему и было плохо. Но не может же он быть эгоистом... отчасти Сана и есть причина того, почему ему было плохо.

— Ещё раз, прими мои поздравления, — Ким старался вложить в эти слома максимум искренности. А Хосок подошёл к Сане со спины и приобнял её.

— Привет, Тэхён. Как ты? — такой простой голос, обычный. Будто Тэхён это какой-то официант. Будто этот день, что они не виделись, он совершенно не думал про Тэ.

— Привет, — Тэ слегка поклонился, — поздравляю...- Хосок смотрел ему прямо в глаза, — хён.

— Твой хён принимает поздравления, — улыбнулся Чон, а затем проводил гостей к столу.

Несмотря на душевные муки, Тэхён должен был признать, что ему было хорошо в этой компании. И он готов был даже признать, что без Саны и Юны было бы очень скучно.

Было много алкоголя. И этот алкоголь... действовал очень качественно. Этот алкоголь отражался на разговорах, на веселии, на жестах, фразах, действиях.

Сана напоминала уже больше заправского алкоголика, который услужливо всем наливал, пытаясь споить.

Но Тэхён не пил. И он заметил, что Хосок тоже лишь делал вид, что пьёт, выливая содержимое бокалов и рюмок в какой-то сосуд.

— Давайте играть! — крикнула пьяненькая Юна, задорно расталкивая всех локтями.

— Даааа! — поддержала азартный дух Сана, — во что будем играть?

— Правда-а...ик. или действие.

— Ура!!!

Все уселись на полу. Юна взяла со стола бутылку, выпив остатки её содержимого, и поставила её в центр.

— Кручу! — с этим заводным криком она крутанула стекло, что, сделав десяток движений, затормозило на Сане, — Ооо...ик... Санааа! Правда или действие?

— Действие! — выпалила девушка, уставившись на подругу.

— Поцелуйся со своим парнем! Прямо...ик...здесь!

Тэхён стиснул зубы, пытаясь выдавить улыбку... но у него так и не получилось. Хосок просто молчал, глядя на Сану, и размышлял, согласится ли она. И она согласилась. Пошло повалила его, да так, что головой он ударился о ножку дивана, оседлала его бёдра и, взглянув на Юну, тыкнула на неё пальцем:

— СМОТРИ!

И Юна смотрела. Смотрела, как целуются эти двое лёжа на полу. Смотрела так, что забывала дышать, настолько это выглядело остро и сексуально.

— Тэхён, почему ты не смотришь! — выпалила Юна, когда посмотрела на своего парня. Но в этот момент Хосок остановил действия своей девушки, обосновав это простым «достаточно».

Далее горлышко бутылки указало на Юну, она выбрала правду и поведала, как дважды срывала занятия Тэ, просто чтобы увидеть его.

Горлышко бутылки крутится, выбирая следующую жертву...

— Хо...ик...сокиии оппа, — Юна улыбнулась и спросила, — правда или действие?

— Действие, — серьёзный незаинтересованный голос.

— Хмм... Я хочу снова увидеть, как кто-то целуется. Оппа, ты уже целовал Сану, поэтому... Тэхён!

Тэ округлил глаза и удивлённо взглянул на свою девушку.

— Хосокиии, поцелуй моего мальчика. Хочу увидеть, как вы целуетесь...- она сделала щенячьи глазки и, кажется, даже заскулила.

Киму стало безумно неудобно за слова своей девушки и за саму идею, впрочем, тоже. Он боялся, что может подумать Хосок. Хотя, что тот мог подумать? Это же не сам Тэ предложил.

— Нет, — резко оборвал все надежды Юны Хосок, — Тэхён-а, — обратился он к виновато посмотревшему на него парню, — девушки уже слишком пьяны. Самое время уложить их спать.

— Да, я тоже так думаю, — кивнул Тэ и поднял на руки выбивающуюся и требующую «продолжения банкета со страстными поцелуями» Юну. Попрощавшись с Хосоком, на плече которого покоилась голова засыпающей Саны, он отправился в свой номер. Там переодел девушку в ночную сорочку, уложил в постель и укрыл одеялом.

Когда он собирался уходить, то услышал, как она бормочет:

— Тэхёни...сильно болит голова... А я забыла сумку у Саны...там таблетки... принеси, пожалуйста. Я выпью их, и голова пройдёт.

— Юна, ты уснёшь и без этого. Просто закрой глазки.

— Нууу...

Как можно устоять против этого «нуу»? Тэ был уверен, что Юна уснёт уже через считанные минуты, но, раз она хотела свою сумку с таблетками назад, почему бы и не выполнить эту просьбу. Это ведь несложно.

Ким вернулся к номеру Саны и Хосока. Постучал, никто не ответил. Он тихо вошёл. Пройдя в гостиную, услышал сопение пьяной Саны, уснувшей на диване. Прошёл дальше. Звук воды. «Хосок в душе. Значит, я быстро поищу и уйду незамеченным». Тэ включил фонарик на телефоне и исследовал гостиную. Сумки здесь не было. «Где она могла её оставить? Может, они с Санной заходили в другие спальни?». И тогда Тэхён пересёк небольшой переход, отделяющий общий зал от спален, и зашёл в несколько комнат. Сумки нигде не было. Оставалась одна спальня. Скорее всего, это спальня Саны и Хосока. Он открыл дверь, включил свет...

Честное слово, впервые за всю жизнь он видел так красиво оформленную кровать. Видимо, это и был подарок, с которым Юна помогала Сане. Только вот сама девушка уснула в гостиной, так и не дойдя сюда.

Красные и розовые лепестки роз словно яркие пушистые крапинки обрамляли простыни. А в центре всё было устлано слоем мелких лепестков, похожих на лепестки васильков. А в воздухе прямо над кроватью была длинная розовая ленточка. Тэхён взглядом поднялся по этой ленте и замер. Шарик...тот самый...последний...

— Тэхён? — Тэ испуганно обернулся. Прямо перед ним, прикрытый лишь полотенцем низко на бёдрах, стоял Хосок. От страха Тэхён слегка пошатнулся и сделал шаг назад, вглубь спальни...