Месть: Revenge [Редакция]

Я сидел в кресле, в своей комнате. Дым от сигареты медленно разносился по комнате, поглащая её своим запахом. Была ночь, свет я выключил, ненавижу, когда много света. Сквозь приоткрытую штору просачивался свет луны, сегодня полнолуние, наверно оборотни с ума сходят сейчас. Я сделал затяжку и через нос пустил дым, он (дым) медленно опустился вниз и окутал меня. Да, эту дрянь мама ненавидит и не раз просила меня бросить курить, а я её не слушал, как обычно. Я вышел на балкон и выкинул сигарету, холодный ветер дунул в лицо, но я не вздрогнул, хотя на мне была расстегнута тонкая рубашка. Давно я уже не чувствую холод, он (холод) поглотил меня, после смерти Дэйзи. Сегодня её день рождение... Я положил руки на перила балкона так, что локти свисали, опустил голову и закрыл глаза; я вспомнил наши с Дэйзи дни, её смех, её глаза... Вспоминая это я улыбнулся правым уголком губ, она любила, когда я так улыбаюсь, говорила, что я становлюсь милым. Сегодня я был на кладбище у неё, убрал засохшие цветы, почистил могилу. Сколько раз я мечтал, чтобы она мне приснилась, но всё тщетно. Больно вспоминать о ней... Вот так живёшь, радуешься с любимым человеком, а он может умереть в любую секунду... Никто в этой жизни не застрахован ни отчего. Отец мне всегда говорил, что все люди рождаются на этот свет, чтобы потом умереть, но у каждого свой момент гибели, кто-то умирает в глубокой старости, а кто-то в 18 лет, он был прав. Вы, наверное, спросите, что же я делал всё это время? Где Зана? Почему за всё это время впервые вспоминаю о Дэйзи? А ответы простые, я живу в школе, учусь, встречаюсь с Заной, а Дэйзи вспомнил просто так, соскучился...

Правда с Заной у меня странные отношения, она меня любит, а я её... Не знаю... Я чувствую, что она меня любит, безумно любит, но у меня смешанные чувства. Когда я с ней мне хорошо, спокойно, но, когда я вспоминаю Дэйзи, во мне вспыхивает огонь мести, я всё ещё хочу отомстить отцу Заны. Я не могу любить двух девушек, я должен определиться - жить настоящим или прошлым. Это сложно.

Я забыл сказать, что мы провели Весенний Бал. Было потрясающе, я и Зана стали королём и королевой бала. Да, всё было прекрасно до того, как я стал чувствовать себя не комфортно из-за большого количества людей и ярких, мигающих ламп, в такие моменты у меня начинается удушье, головокружение; у меня так с детства, после отвели к психиатру и он дал вердикт - социофобия. Мне кажется, что теперь у меня ещё и шизофрения появилась, шучу. На балу у меня, как всегда, был чёрный костюм, а вот Зана была в чёрном платье. Она была великолепна.

Увидев её я вспомнил Дэйзи, на зимнем балу у неё было красное платье. Всё время я сравниваю Зану и Дэйзи, ведь они небо и земля. Зана дерзкая, сексуальная, страстная, а Дэйзи добрая, светлая, искренняя, нет, конечно, у Заны тоже есть эти качества, но Дэйзи была совершенно другой. У меня на груди, в области сердца, есть тату с именем "Дэйзи". К удивлению, Зана ничего не сказала насчёт этого тату, когда-то она мне сказала, что не будет заставлять меня - забыть Дэйзи. Зана так искренне относится ко мне, а я... Подонок последний... Что будет, когда она узнает правду, кто убил Дэйзи? Ведь это её отец... Она сразу подумает, что я её использовал, на самом деле сначала так и было, но потом я влюбился в неё. Месть берет свое и я забываюсь, начинаю всё крушить, однажды даже поднял руку на Зану, но не успел ударить, я вернулся в реальность. Зана после этого даже не обиделась на меня, она стала ближе ко мне.

Но самое страшное то, что после стольких лет кошмары вернулись. Опять этот мальчик с кровавыми руками, голоса в голове... Всё смешалось... Но теперь этот мальчик - Том, говорит, что пришёл тот момент, когда я жажду мести и смерти своим врагам. И мои руки по-локоть в крови, но скоро вся моя душа будет в крови, осталось убить ещё одного человека. Я долго думал, что это за человек, и догадался - Реджеб. Я давно хочу его смерти, но он ещё не знает, что я встречаюсь с его дочерью. Зана не переживет смерть отца, она его очень любит... Я поднял голову к небу и посмотрел на луну.

- Что мне делать Дэйзи? Я не могу убить отца Заны... Но я хочу отомстить за тебя. - Я усмехнулся. - Знаю, что ты не хочешь, чтобы я мстил за тебя... Я скучаю... - Я в последний раз вдохнул холодный воздух и пошёл в постель. Одинокая и холодная, как моя душа, постель ждала меня. Я плюхнуся на неё и погрузился в сон.

Я не мог открыть глаза, веки отяжелели и ресницы слиплись. В горле была сухость, очень хочется пить. Сегодня пятница, у меня совещание и три встречи с инвесторами. Многие скажут, что понедельник день тяжёлый, но я могу сказать, что все дни отвратительные и паршивые. Последнее время я просыпаюсь рано, Дилан больше не врывается в мою комнату и не орёт, как истеричка. Дилан говорит, что Зана поменяла меня, сделала более ответственным и чутким. Говорю же, что он, как моя мама, вечно что-то советует. Поднявшись с постели, я побрел к графину с водой и не наливая воду в стакан, выпил её прямо из графина. В этот момент зашёл Дилан. Вечно он заходит не вовремя.

- Сушняк? Опять пил? - Строго сказал Дилан. Он оглядел меня с ног до головы. - Я помню, что вчера было день рождение Дэйзи, но жизнь продолжается, она бы не хотела, чтобы ты напивался и страдал. - Дилан взял пустую бутылку виски и помахал ею передо мной. Потом он выбросил все бутылки. - Хорошо, что я не нахожу тебя утром у унитаза, когда тебя там тошнит. - Я усмехнулся и побрел в ванную.

- Раз ты пришёл сюда, значит, тебе что-то надо. - Сказал я закрыв дверь ванны.

- Мне надо, чтобы через пятнадцать минут ты был в гостиной и выглядел, как твои новые туфли. - Прокричал Дилан. Я умылся и вышел из комнаты.

- Дай мне одеться. Выйди! - Дилан закатил глаза и вышел из комнаты, хлопнув дверью. - Истеричка! Каким был, таким и остался! - Крикнул я ему вслед. На что он громко рассмеялся.

Я вышел из комнаты, на мне, как обычно, был чёрный пиджак, чёрные брюки и чёрная майка без всяких рисунков (ненавижу майки с принтами), ну и конечно же мои новые туфли, на которые я был "похож". За окном был мелкий дождь, маленькие капли скатывались по большому стеклу гостиной. В этом году я сделал осень не слишком яркой, она получилась тусклая, деревья получились мрачными, много тумана, но погода была приятная, прохладная и не слишком холодная, хоть что-то утешало. Я не знаю почему сделал такую осень, но она мне нравится, отображает моё нынешнее состояние.

- Знаешь, за всё время дружбы, я никак не могу понять, как у тебя получается за пять минут выглядеть ШИКАРНО, когда ты всю ночь бухал. Скажи мне, КАК? - В его глазах я видел удивление, а в мыслях были слова "Как?" и "СУКА". Он всегда говорит слово "сука", когда возмущается. Дилан стоял и смотрел на меня с изумлением, но и в то же время со злостью. Дилан всегда пьёт мало, потому что после 5 рюмок, его прёт по-полной, а на утро он выглядит так, как будто всю жизнь бухал. Я посмотрел на него и в голос засмеялся, мой смех разразился по всей гостиной и отдавался эхом в ушах.

- Завидуй молча, бро. - Я похлопал его по плечу и еле-как сдерживал смех. - Магия и ничего лишнего. Пошли, нам пора на работу.

- Значит всё дело в магии!? Почему ты раньше не сказал, что есть заклинание от похмелья. - Он развел руки и пошёл за мной.

- Не бери в голову. Здесь нет никакого заклинания. Пойми раз и навсегда, что еретики сильно не пьянеют, у нас есть сушняк, головные боли по утрам, ломка, но мы можем восстановиться за несколько минут. Это что-то типа регенерации. Тебе этого не понять, не постичь и никогда не стать! - Я положил руки ему на плечи.

- Можешь не выпендриваться. Тварь. - Пробубнил он.

- Что ты сказал? - Я повернулся к нему и выгнул бровь.

- Нет, нет, ничего. Пойдём. - Он улыбнулся и подошёл ко мне. Мы скрестили руки и переместились в Министерство Магии.

Как обычно в министерстве творится шумиха и суета. Когда я прихожу сюда, я как-будто оказываюсь в Нью-Йорке, такой же хаос творится в час-пик и в министерстве. Проходя мимо людей, я здороваюсь с ними и захожу в лифт. Поднимаясь на 13 этаж, я вижу сквозь огромное стекло лифта этих рабочих, которые возятся, как мелкие муравьи в своей норе. Около моего кабинета меня ждёт секретарша Айрис.

- Здравствуйте мистер Майклсон. - Улыбнувшись сказала Айрис.

- Здравствуйте Айрис. - Сухо ответил я. За всё это время, она так и не поняла, что больше меня не привлекает. Вечно улыбается, одевает всё облегающее. Я бы её уволил давно, но она прекрасно работает с счетами и бумагами. - Все уже в кабинете?

- Да, вас уже ждут. - Айрис открыла дверь и мы с Диланом зашли.

За большим овальным столом, сделанным из красного дуба, сидели господа. Витражные стекла кабинета были очищенны от капель дождя. Я сел в своё кресло, а Дилан сел рядом со мной.

- Ну что, господа, начнём? - Сказал я, открывая папку.

- Да, сэр. - Разом сказали господа.

Совещание длилось полтора часа. Я поблагодарил людей и пожал мм руки, а потом вышел из кабинета. Я сделал глубокий вдох, мне его так не хватало. Когда я был в кабинете мне стало душно, лёгкие словно отказывались работать, но я не показывал, что мне плохо. Это всё было из-за социофобии, слишком много людей было в кабинете. У меня бывало эти приступы, но сейчас они участились. Лёгкий запах духов Айрис разносился по коридору, сделав ещё один вдох, я поморщился от этого противного сладкого запаха духов. Ненавижу слишком сладкие ароматы.

- Стюарт, хэй. Ты меня слышишь? - Дилан махал рукой перед моим лицом.

- Да, да. Что? - Я потряс головой.

- Всё нормально? Ты тяжело дышишь и весь вспотел. - С тревогой в голосе сказал Дилан.

- Это всё из-за социофобии. Слишком много людей было в кабинете. Мне стало плохо. - Тихо сказал я. Никто, кроме Дилана не знает, что у меня такая фобия.

- Почему ты сразу не сказал? - Строго спросил Дилан.

- А, что я должен был сказать? Извините, господа, я не могу продолжать совещание, потому что у меня долбанная социофобия! - Я повысил голос. Внутри всё кипело, словно вот-вот взорвусь.

- Ладно, прости. Может ты обратишься к мистеру Джексону, он пропишет тебе какие-нибудь лекарства от социофобии. - Последнее слово, Дилан, произнёс очень тихо.

- У меня сейчас нету времени ходить по врачам. Куча работы навалилось на меня. - Я запустил пальцы в волосы.

- Послушай, Стюарт. - Дилан взял меня зв запястье руки. - Твой отец знал, что он болен, но никому не сказал. Говорил, что пойдёт у врачу, а потом было уже поздно. И ты также, ты хоронишь себя заживо, на этой работе. Эта работа убивает тебя. Я ведь помню, что раньше приступов было меньше, они участились после смерти Дэйзи. Смерть Дэйзи, добила тебя окончательно. Тебе стоит сходить не только за таблетками от социофобии, но и за таблетками от депрессии. - Он посмотрел мне в глаза. Дилан был прав, моё состояние ухудшилось после смерти Дэйзи. Я медленно превращаюсь в ходячего мертвеца. Тело исхудало, кожа стала бледнее, в глазах больше нет того огонька, только пустота... После смерти Дэйзи я хотел умереть, но после слов Дилана, я не хочу загонять себя в гроб. Мне нужно жить дальше.

- Я пойду к Джексону после встречи с инвесторами. И начну жить заново. - Сказал я.

- Вот и хорошо. - Дилан похлопал меня по плечу. Я улыбнулся ему в ответ.

Зайдя в ресторан "Michelin", мы сели с Диланом за восьмой столик. В этом ресторане не было дикой роскоши, золотых обоев, персидских ковров, огромных люстр, здесь было всё сдержанно и красиво. Чисто белый интерьер, матовые оттенки белого, прекрасной чистоты витражные окна, кухня и сервис на высшем уровне, на столе был белый сервиз и приборы, на которых было выгравированно слово "Michelin". Я человек эстетичный и уровень эстетики здесь зашкаливает. Заходя в этот ресторан я чувствую, что я нахожусь в безопасности и покое. Но главной фишкой этого ресторана, считается, знаменитый на весь мир шеф Адам Джонс. Этот ресторан славится тремя звёздами Мишлен - и всё это за счёт Адама, моего хорошего друга. (Ну что-то вроде этого, но не так, как мне хотелось. Кто смотрел фильм "Шеф Адам Джонс", тот поймёт, какой там был белый зал).

Я и Дилан сели за стол и к нам подошёл официантка.

- Qu'est-ce que vous allez commander? (Что будете заказывать?) - спросила официантка на французском.

- Moi et mon ami comme d'habitude. (Мне и моему другу как обычно). - Улыбнувшись сказал я, отдав меню официантке. (С детства я ненавидел уроки иностранных языков: французский, итальянский, испанский, немецкий, но это даром не прошло. Теперь я прекрасно говорю на этих языках). Она была довольно привлекательная. Улыбнувшись, Амели (я прочитал на бейджике, Амели - работа, её имя отлично подходит её работе), взяла меню и ушла. Дилан смотрел ей вслед. - Эй, Дилан, у тебя есть девушка. А то я всё расскажу Валери. - Он сразу же повернул голову ко мне, я начал смеяться.

- Кайфолом. Скажи мне, почему у тебя всё получается? - Он поднял брови. - Девушки глаз с тебя не сводят, похмелье проходит мимо тебя.

- Просто вселенная любит меня. Она создала меня таким прекрасным. - С наигранной торжественностью сказал я. Дилан начал смеяться, в заодно и я с ним.

- У нас есть пятнадцать минут, чтобы поесть прекрасные французские блюда, пока не пришёл Ганс. - Ганс - это наш инвестор из Ирландии. К нам подошла Амели и поставила тарелки.

- Merci. Tu as de très beaux yeux, Amélie. (Спасибо. У вас очень красивые глаза, Амели). - Девушка засмущалась, что даже её щеки порозовели. - Ne sois pas embarrassée, Amélie. C'est la vérité. Mon ami le pense aussi. Il a dit que vous avez de beaux cheveux et un agréable accent provençal. Est-ce votre couleur de cheveux? (Не смущайтесь, Амели. Это чистая правда. Мой друг тоже так считает. Он сказал, что у вас прекрасные волосы и приятный прованский акцент. Это ваш цвет волос?) - С наигранной улыбкой спросил я. Люблю французский, когда я на нем говорю, то чувствую себя истинным французом. А так и есть, мама наполовину француженка. Она учила меня французскому, как я хочу вернуться в детство... Совсем забылся.

- Merci. Tu me flattes. (Спаибо. Вв мне льстите). - Она улыбнулась уголком рта.

- Nullement. (Ничуть). - Я улыбнулся ей во все свои 32 белоснежных зуба. Такая улыбка не раз добивалась внимания девушек. Дилан в это время, сидел и смотрел за моим разговором с Амели.

- Pardonnez Amélie, mais mon ami aime beaucoup bavarder. Bientôt viendra un autre invité, que nous attendons. Jusqu'à ce moment, nous aimerions manger normalement.
(Простите Амели, но мой друг очень любит поболтать. Скоро придёт ещё один гость, которого мы ждём. А до этого времени, нам бы хотелось нормально поесть). - Сказал Дилан и немного улыбнулся Амели. Амели сразу переменилась в лице. Я посмотрел на Дилана и еле-как сдерживал смех.

- Ne fais pas attention à mon amie, Amélie. Aujourd'hui, il n'est pas dans l'esprit. Et ne pensez pas que nous sommes d'une orientation différente. Écrivez votre numéro ici, et je vous appellerai un jour. (Не обращай внимания на моего друга, Амели. Сегодня он не в духе. И не подумайте, что мы другой ориентации. - Я и Амели засмеялись. - Напишите здесь свой номер, а я как-нибудь вам позвоню. - Я протянул ей купюру в сто евро, и она написала там свой номер). Я засунул во внутренний карман пиджака купюру и Амели ушла. - Какой же ты зануда Дилан. Ещё мне говорит, что я кайфолом.

- У тебя между прочим тоже есть девушка, если ты не помнишь, её зовут Зана. Помнишь такую? - Он сверлил меня своими голубыми льдинками. Я поджал губы. - Когда последний раз ты с ней встречался, а? - Дилан расширил свои глаза, казалось, что сейчас он превратит меня в лёд своими глазами.

- Две недели назад... - Сухо ответил я, и повернул голову к окну. В этот момент пошёл мелкий дождь, как-будто погода чувствовала о чём мы говорим с Диланом. Было чувство, что эти капли - слёзы Заны, она всё чувствует...

- Дааам Стюарт, заварил ты кашу. Что ты скажешь Зане, когда она узнает правду. Она тебя любит... Скажи мне, а ты её любишь? - Его взгляд излучал тепло, но и в то же время разочарование, разочарование - во мне. Я взял приборы и начал есть своё блюдо. - Что ты молчишь? Тебе нечего сказать! Когда ты научишься отвечать за свои последствия? Когда, Стюарт? Ты заставил её влюбиться в тебя, а теперь даже не знаешь, что чувствуешь к ней. А она знает, что ты до сих пор любишь мертвую девушку из твоего прошлого? - Я поднял на него глаза. Он посмотрел в мои глаза и отвернулся. - Значит не знает... Ты тут заигрываешь с девушками, а она там ждёт, когда же мистер Майклсон соизволит явиться к ней! - Дилан повысил голос. Я громко откинул приборы так, что в нашу сторону повернулись люди.

- Я люблю Зану, но я ещё люблю Дэйзи. Мне нужно время, чтобы оправиться... После смерти Дэйзи... Я... Я исправлюсь, но мне нужно время... - Я запустил руку в волосы и уткнулся в свою тарелку.

- Если бы ты любил Зану, то не кокетничал сейчас бы с девушкой, не пил, как последний алкаш, ты бы сказал ей правду... Правду о том, что до сих пор любишь Дэйзи, что ваша встреча с ней (Заной) не была случайной, что это её отец виноват в смерти Дэйзи, что ты хочешь отомстить ему. Но ты этого не сделал, ты до сих пор играешь в свою игру, где все должны подчиняться тебе, где свои правила, вот только ты заигрался... Ты уже не различаешь где реальность, а где виртуальность... И если бы ты сказал Зане правду сначала, то она бы просто обиделась на тебя, но теперь уже поздно... Поздно... Если ты расскажешь ей правду, она тебя возненавидит... От любви до ненависти, как говорится. И за все последующие действия - Ты, будешь отвечать сам! - Я молча слушал его и ничего не мог сказать... А ведь это было правдой. Правда всегда отвратительна... Как-будто я сейчас проглотил ложку дёгтя.

В этот момент к нам подошёл мужчина лет сорока, с рыжими волосами, в которых уже немного виднелись седые волосы, его серо-голубые глаза излучали строгость и серьёзные намерения, но эти глаза не изучали того добра, как раньше, они потускнели с годами. Он был в классическом костюме темно-серого цвета и белоснежной рубашке, с портмоне в руках, дорогими часами какой-то ирландской фирмы - это был Ганс Шрёдер, наш инвестор.

Я встал и пожал ему руку, а после он пожал руку Дилану. К нам подошёл официант и отодвинул стул, где должен был сидеть Ганс. Официант предложил Гансу меню, на что тот просто попросил кофе. Когда официант ушёл, мы начали наши переговоры. Ганс достал несколько бумаг из своего портмоне и поставил передо мной. Я начал читать бумаги, а Ганс спокойной пил кофе, изучая интерьер ресторана. Прочитав все бумаги я подписал их и отдал Гансу.

- Прекрасное место вы выбрали для встречи. - Сказал Ганс со своим ирландским акцентом. - Теперь я знаю куда мне прийти, когда я в Лондоне. - Я улыбнулся Гансу.

- Учтите, Ганс. Если те акции, которые вы продали нам, окажутся подделкой... - С натянутой улыбкой сказал я. - То я сотру вашу жалкую компанию с лица земли, а вас убью. И поверьте, мне не составит труда сделать это, я не люблю, когда меня обманывают. - Уголки моих губ опустились, показывая, тем самым, мои серьёзные намерения.

- Что вы, что вы... Мы-мы - Заикаясь говорил Ганс. Он сильно вспотел и начал теребить свой галстук. - Мы никогда вас не обманывали и не будем обманывать. Все бумаги достоверные. - Его начало трясти.

- Вот и хорошо, Ганс. - Я начал смеяться и встал, обнял его по-дружески. Ганс начал смеяться в ответ. Ганс смотрел то на меня, то на Дилана и нервно смеялся. Мой же смех был совсем не добрым, он излучал опасность. Я наклонился к его уху. - Учтите, Ганс, я не вру. - Я поправил его галстук и хлопнул по плечу. Моя улыбка вмиг исчезла, а Ганс остался в шоке.

Мы вышли из ресторана и направились к моей машине. После этого у нас было ещё две встречи, в двух разных ресторанах.
Мы закончили переговоры в 22:45. Я был, как выжатый лимон. Дилан сел в машину и мы направились в школу. Дождь так и лил, словно Зана плачет до сих пор. Всю дорогу мы молчали. Дилан всегда молчит, когда обижен или злиться, сейчас в нём смешались два этих чувства.

Мы приехали в школу и Дилан вышел из машины, и быстрым шагом направился к входной двери. Чем ближе я приближался к двери, тем сильнее становился дождь. Я промок насквозь, Дилан уже зашёл вовнутрь. Когда я приблизил руку к двери, раздался сильный гром с молнией и полил ужасный дождь. Словно погоды предвещала, что за дверью, меня ждёт что-то плохое. Зайдя внутрь, я почувствовал запах свечек. Все уже были в своих комнатах, только старый Захарий со своей тростью нарушал тишину. Я поднялся по лестнице в свою комнату, оставляя за собой дорожку из воды.

В гостиной Салазара была гробовая тишина, лишь только потрескивал камин. Я снял с себя пальто и подошёл к камину. Руки обдались приятным теплом, я налил виски и выпил его, считая, что так я больше согреюсь. Отец всегда говорил, что алкоголь не согревает, а я лишь только отмахивался. Отец был прав, виски медленно развивалось по моему горлу и обжигало его, но после сгорело. Через несколько минут алкоголь дал знать о себе, тело расслабилось, руки и ноги стали ватными.

Я поднимался в свою комнату и на ходу начал расстегивать рубашку. Выбросив всю одежду в прачечную, я надел чёрное штаны и зажег сигарету. Дождь так и лил, я закрыл окно, погода оставляет желать лучшего. Запах сигарет быстро и плавно разносился по комнате, смешиваясь с приятным запахом мяты в моей комнате. Я потушил сигарету и лёг в постель, холод простыни и одеяла окутал моё тело. Я повернулся на бок и начал думать. Всё-таки я должен встретиться с Заной, поговорить с ней. Я даже в школе и на занятиях не появляюсь из-за этой работы. Я не видел ни Зану, ни Еву за эти две недели. Я понял, что соскучился по Зане, по нашим разговорам, по её смеху, по её прекрасно голубым глазам, по её фигуре... Я хочу прикоснуться к её пухлым губам и вкусить этот прекрасный "запретный плод"... Я хочу целовать её всё время... Её тело сводит меня с ума... В постели с она прекрасна... Как же я её хочу увидеть... Так я погрузился в сон со своими мыслями, даже не заметив этого.