Встреча с горизонтом

Дверь открылась, и на пороге появился парень. Сердце упало в пятки. Кого угодно я ожидала увидеть в этих дверях, но только не молодого человека лет двадцати — двадцати трёх.

— Чёрт! Я забыл! — он с сонным прищуром посмотрел мне в глаза, отчего мне стало неловко. — Проходи, пожалуйста! Правда, не прибрано здесь. — Он широко распахнул дверь, приглашая меня зайти в дом, с чем я не очень — то и торопилась, всё ещё находясь в шоке.

На нём футболка синего цвета, поверх чёрная толстовка с капюшоном, тёмные потёртые джинсы свободного кроя. Глаза парня сопротивлялись давлению век. Видимо, я его разбудила.

Молодой человек активно прошёлся по комнате и стал второпях поправлять накидку на старом сером диване. Видно, ему тоже неловко. А тем временем, внезапное оцепенение всё ещё не сходило с меня.

— Ты проходи, чего стоишь в дверях? Классный цвет, кстати! — услышав его во второй раз, я подметила, что голос у него очень приятный.

Конфуз стремительно исчез, и я вмиг осмелела, решительно шагнув вперёд. Странные перемены.

— Кто ты? — с подозрением спросила я, пройдя ещё немного.

Внимательным взглядом я окинула обстановку в доме. Здесь, действительно, не прибрано. В углах валяются различные вещи. У открытого окна, из которого дует тёплый ветерок, стоит деревянный стол квадратной формы с двумя стульями. Над столом на стене висит календарь, в котором кругом было обведено сегодняшнее число — 16 мая. У глухой стены диван, на котором вожделенно расположился хозяин дома. Рядом с диваном стоит комод с тремя выдвижными ящиками, которые закрыты не полностью от плохо сложенных вещей. Пол покрыт ворсистым светло — голубым ковром. И в комнате всё же, стоит подметить, очень уютно и светло.

— Кто я? — усмехнулся он, окинув меня оценивающим взглядом с ног до головы. — Я здесь живу. Это мой дом.

— Здесь? — я прошла дальше, совсем забыв, что в гостях принято разуваться, но посмотрев на хозяина, я успокоилась.

— Да, я не разут. Ты тоже можешь не разуваться. Скоро уборка.

— Так ты...

— Что я?! Да, я живу здесь. У меня хороший дом.

— И давно ты здесь живёшь? — я никогда не испытывала такого любопытства.

— Не слишком ли много вопросов, девочка?

— Девочка?! Вообще — то, мне семнадцать! Вчера исполнилось, — я позволила себе сесть на стул.

— Я знаю.

— Откуда?

— Видел вас вчера. Твои друзья меня даже напугали.

— Так ты был тут?

— Думал, ты предпочтёшь диван, здесь намного удобнее, — он приветливо улыбнулся.

Внешность у парня, стоит признать, симпатичная: тонкие губы, яркие скулы, родинка на щеке, тёмные волосы, небрежно спадающие на лоб и чёрные глаза... красивые чёрные глаза.

— Скайли! Сколько раз я говорил, не так громко, пожалуйста! Постоянно вскакиваю, как слышу тебя! — громко прокричал он, укоризненно смотря в окно.

Через мгновение мы услышали негромкий сигнал.

— Так лучше!

— Скайли? — спросила я, пристально наблюдая за глазами собеседника.

— Да, иногда я называю его Скайл, но ему не нравится — противный, как и я... Но, должен признать... Я безумно соскучился по этой машине, — тихим голосом проговорил он. — Меня зовут Мирослав, но можешь звать просто Слава.

— Мирослав? — эхом отозвалась я, удивившись. В первый раз я встречаю человека с таким именем.

— Красивое имя, так ведь? Знаешь, что означает? — на лице растянулась горделивая улыбка. Скромностью он явно не страдает.

— И что же?

— Мир и славу, — спокойно ответил новый знакомый.

Наступило неловкое молчание.

— Зачем я здесь?

— Для начала немного о себе.

— Может... — нетерпеливо начала я.

— Виол, я хочу сказать...

— Откуда знаешь моё имя? — обомлела я.

— Я знаю о тебе то, чего не знаешь ты, — Слава подошёл ближе.

— И что ты знаешь? — я резко встала перед ним, вновь оказавшись в плену чарующих глаз.

— Знаю, кто ты такая.

— И кто же я? — усмехнулась я.

— Магнэсса, — величаво произнёс парень.

— Кто?!

— Магнэсса. Девушка, обладающая магическими способностями.

— Как волшебница?

— Не совсем. Есть одно важное отличие магнэсс от волшебниц, — он виновато повёл глазами в сторону, словно делает что — то запрещённое.

— Какое же?

— Пока я тебе этого не могу сказать.

— Почему?

— Запрещено.

— Кем?

— Виол, скоро узнаешь. А сейчас — идём за мной! — он последовал в другую комнату.

А другая комната оказалась кухней. У стены в один ряд расположились тумбы, на одной из которой стоит одноконфорочная электрическая плита, в углу находится маленький холодильник. А снизу, судя по крышке, расположился погреб.

— Здесь есть электричество?

— Нет, — он облокотился о тумбу, встретив мой непонятливый взгляд. — Наверное, хочешь спросить, как я здесь готовлю?

— Да.

— Ты ведь меня перебила.

Я с недовольством сжала губы.

— Хорошо, так уж и быть, раз ты просишь. Я увлекаюсь физикой и механикой, что и позволило мне переделать эту плиту. Работает от батареек.

— Что будет, когда батарейки сядут?

— Любопытная такая.

— Обычно нет, но сейчас я чувствую себя иначе.

— Да, конечно. Скайли уже одарил тебя силами!

— Что?

— Так, ладно, давай по порядку! Батарейки куплю новые.

Вопрос о том, работает ли он где — то, чтобы покупать новые батареи, я задавать не стала. Снова сделает вожделенное лицо. А вот новость о том, что эту красную машину зовут «Скайли», меня повергла в ошеломление, но не меньшее ошеломление я получила от слов, касающихся неведомых сил.

Он подошёл к крышке погреба, быстро открыл её и спустился вниз по лестнице.

— Чего стоишь? Спускайся, девушка с огненными волосами.

Я стала медленно спускаться. Мысль о том, что он пристально наблюдает, пока я неуклюже нащупываю каждую ступеньку, заставила меня смутиться.

— Давай быстрее.

Охваченная недовольством, я в мгновение спрыгнула с лестницы, с тяжестью приземлившись на ноги.

Быстро обернувшись, я поняла, что никакой это не погреб, а скорее, подвал. Я находилась в небольшой комнате, наполненной различными запчастями самых разных размеров. Вдоль деревянной стены стоят два высоких стола, на которых лежат инструменты, у одного стола — два высоких стула, на стенах висят какие — то бумаги с непонятными чертежами и схемами. В комнате довольно прохладно. Солнечный свет сюда совсем не попадает, поэтому на столе расположилась большая настольная лампа, а на стене — фонарь, неяркий свет которого освещает всё помещение.

Я прошлась по комнате. Моё внимание привлекли небольшого размера фотографии. Увидев один снимок, я остолбенела.

— Это мой дедушка! — провозгласила я, внимательно вглядываясь в маленькую фотографию, прикреплённую к стене кнопками. Откуда бы ему здесь взяться?!

— Да, твой дед, в молодости!

— Ты его знаешь?!

— Нет, я знаю того, кто стоит рядом с ним.

— И кто это?

— Это мой дядя.

— Понятней не стало, — обиженно сказала я.

Кто бы мог подумать, что мой дедушка окажется на этой фотографии, да ещё и в незнакомом мне доме...

— Это, понимаешь ли... — парень поднял руки, показывая просторы комнаты, — их рабочее место. Они ведь инженеры, механики.

— Да, это я знаю.

— Вот они и вернули машину к жизни. Всё время с ней возились. Что — то переделывали, доделывали.

— К жизни? В каком смысле?

— Ууу, слушай! — тяжело вздыхая, протянул парень. Он предложил мне сесть на запылённый стул.

Рукавом своей джинсовой куртки я немного его протёрла, прежде чем сесть.

В кармане завибрировал телефон. Сообщение от мамы. Она спрашивает, где я и когда приду домой.

— Мама?

— Как догадался?

— Не поверишь, реально догадался. А если честно, кто как не мама будет слать нам сообщения, верно?! — он добродушно улыбнулся.

— Ты прав, — тихо ответила я.

Что же мне написать? То, что я села в чудную машину, которая отлично справляется и без водителя, и она привезла меня в старый дом, где меня встретил незнакомый парень, и я сейчас нахожусь с ним? Нет!

Я написала, что мы с ребятами зашли в кафе. Надеюсь, такой ответ подозрений не вызовет. Нажав кнопку отправки, я погрузила мобильник обратно в карман.

— Так вот, — громко начал мой собеседник, — Сергей Иванович и мой дядя любили здесь проводить время. Целыми днями. В основном, они ремонтировали автомобильные запчасти, но иногда и сами автомобили.

— Да, мама говорила, что он большую часть времени проводил со своим другом. Но имени его я не знала.

— Сергей Иванович. Теперь знаешь.

Я слегка улыбнулась.

— Как — то раз дядя пригнал машину. У кого — то купил. Он давно мечтал именно о такой модели, такой марки и года. Этакий «Ниссан Скайлайн» 1969 года. Старовата, конечно, — парень медленно и задумчиво почесал затылок. — Машина была в плохом состоянии, но они смогли её отладить и вернуть в нормальный вид. Даже дали имя — «Скайли». Правда, смешно?

— Вообще — то, хорошее и милое имя.

— Хорошее и смешное! Но это поначалу смешно, потом просто привыкаешь. Ты тоже привыкнешь! Поверь.

— Верю, — задумчиво произнесла я.

— Кроме ремонта они так же занимались изобретательством.

— Когда мне было лет десять, дедушка постоянно читал мне физику за седьмой класс. Это было так необычно. Но зато сейчас у меня отличная оценка по этому предмету, — заявила я, широко улыбнувшись.

— Молодец!

Это прозвучала ирония или искренняя радость?

— Спасибо.

— В физике, значит, разбираешься?

— Но не так, как ты.

Слава засмеялся.

— Надеюсь, ты не будешь смеяться сейчас, как я.

— От чего?

— От моих следующих слов, — шёпотом произнёс парень. — Я думаю, они насмотрелись фантастических фильмов. Представляешь, решили создать машину времени.

— Машину времени?!

— Ты мне не веришь?

— Нет, — твердо ответила я.

— Попрошу серьёзно отнестись к этому.

— И что? У них получилось?

— Нет. Дядя мне говорил, что для того, чтобы пересечь черту времени, нужно на ровной дороге разогнаться до двухсот километров и нажать нужную кнопку на панели, подумав о дне, месяце и годе, в какой хочешь попасть. Нужно было надеть шлем, похожий на тот, который у мотоциклистов. Он мог читать мысли и передавать их машине. Шлем был связан с «Ниссаном». Я не знаю только, как это работало.

Так много информации я получила за один его энергичный ответ. Машина времени... Не получилось. Шлем. Мысли. Наверное, так я запомню.

— Я понимаю, что это звучит неправдоподобно. День назад я бы и не верила в сверхъестественное.

— Это далеко не сверхъестественное.

— А что же это?

— Магия.

Я усмехнулась. На секунду задумалась.

Как же интересна всё — таки жизнь.

— И что? Не разогналась?

— На первом эксперименте всё провалилось, на втором и третьем тоже.

— Мой дед — настойчивый.

— Да. В следующий раз они договорились, если не получится, то бросят эту глупую затею.

— И вновь не получилось, да?

— Да, ты права! — он громко хлопнул руками о колени. — И они отступили, отогнав эту машинку в лес.

— Значит, дедушка имеет прямое отношение к восстановлению этой машины?

Как — то всё это очень и очень странно. Неужели из — за дедушки я и преобразилась?

— Да.

— И это ты вставил двери и стёкла?

— Кто же ещё! Было, конечно, трудновато. Скайли любит поиздеваться надо мной, равно, как и я над ним, но всё же я его усмирил.

— А когда он...

— Обрёл сознание? — опередил меня Слава.

Его чёрные глаза снова заворожили меня.

— Сознание?

— Да. Это особенная машина! — Мирослав резко встал и облокотился о стену, деловито сунув руки в карманы.

— Довольно трудно это не заметить.

— Ещё бы, — подтвердил радостно он. — А ведь это ты!

— Что я?

— Ты вернула Скайли.