54 глава
Ты играла с Ису на палубе какое-то время.
Не бегала, конечно, просто стояла в стороне и бросала ей мяч. Девочка носилась по палубе, визжала от восторга, ловила, роняла, снова ловила. А ты стояла и кидала. Раз за разом. Медленно, но верно.
Даже это выматывало.
К тому же таблетка начала действовать. Сначала незаметно, просто лёгкая слабость, которую можно было списать на усталость. Потом сильнее. Руки стали тяжёлыми, ноги ватными, а перед глазами иногда мелькали тёмные точки.
- Всё, на сегодня тренировка окончена, - сказала ты, выставляя две руки вперёд.
Ису подпрыгнула, с размаху хлопнула по твоим ладоням и убежала вниз, что-то радостно напевая. А ты осталась стоять, пытаясь отдышаться.
В коридоре тебя перехватила Игён.
Она остановилась, придержала за плечо, прижала пальцы к шее. Посчитала пульс. Задала пару вопросов - "головокружение есть?", "дышать тяжело?". Ты отвечала односложно, глядя куда-то в сторону. Она кивнула и ушла.
Ты бесшумно скользнула в комнату.
Дверь закрылась за спиной и ты опустилась на кровать. Просто рухнула, даже не раздеваясь.
Сначала была только усталость.
Тяжёлая, густая, она навалилась сразу, будто скинула на плечи мешок с песком. Каждая клетка тела кричала, ныла, требовала покоя. Ты лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку, и просто дышала.
Но с каждым разом дышать становилось труднее.
Воздух будто загустел. Ты вдыхала, а лёгкие не наполнялись, только часть, половина, четверть. Приходилось делать новый вдох, глубже, резче, но и это не помогало.
Ты перевернулась на спину.
Потолок плыл. Медленно, ритмично, в такт сердцу. Ты смотрела на деревянные доски и пыталась унять дрожь в руках.
Не получалось.
Пальцы мелко тряслись, будто от холода. Хотя в комнате было тепло.
Потом пришла боль.
Сначала просто лёгкое покалывание в груди. Потом тяжесть, будто кто-то положил на рёбра камень и медленно надавил. Камень становился тяжелее. Грудную клетку сдавило, не давая вздохнуть полной грудью.
Ты прижала ладонь к тому месту, где неравномерно билось сердце. Оно то замирало на секунду, и тогда мир вокруг тоже замирал, то запускалось, отсчитывая удары слишком быстро, слишком громко, слишком отчаянно.
Губы пересохли. Язык будто распух. Ты облизнулась, никакого облегчения.
А потом перед глазами заплясали тёмные пятна.
Сначала маленькие, по краям. Ты моргнула, надеясь, что они исчезнут. Но они росли. Тёмные, бесформенные, они застилали всё вокруг, оставляя только маленький островок света в центре.
По телу выступил пот.
Холодный, липкий, он покрыл лоб, виски, шею. Волосы прилипли к лицу мокрыми прядями, рубашка приклеилась к спине. Ты дрожала, хотя внутри всё горело.
Тошнота подкатила к горлу.
Резко, сильно, заставляя сглатывать и зажмуриваться. Желудок сжался, выталкивая наружу пустоту. Ты перевернулась на бок, боясь, что сейчас вырвет прямо на кровать.
В ушах зашумело.
Сначала тихо, как далёкий ветер, шум моря. Потом громче, заполняя всё сознание, заглушая мысли. Гул нарастал, становился невыносимым.
Сердце пропустило удар.
Раз. Два. Тишина.
Ты не знала, сколько это длилось. Секунду? Вечность? Потом оно ударило снова, сильно, больно, будто кулаком изнутри.
- Хёнсу, - позвала ты.
Голос прозвучал тихо, слабо, будто не твой вовсе.
Дверь не открывалась.
Не знаешь, сколько прошло времени. Может, минута. Может, час. Ты лежала, вцепившись в одеяло, и пыталась не провалиться в темноту, которая манила, звала, обещала покой.
Дверь скрипнула.
- Т/и?
Прозвучал тихий, встревоженный голос Хёнсу.
Ты попыталась ответить, но из горла вырвался только хрип. Он всё равно услышал, подошёл ближе, опустился на корточки рядом с кроватью.
- Что с тобой? - он коснулся твоего лица, и ты почувствовала, какие холодные у него пальцы. Или это ты такая горячая?
- Плохо, - выдохнула ты. - Очень...
- Сердце?
- И тошнит... сил нет...
Он хотел ещё что-то спросить, но ты уже не слушала. Желудок скрутило новым сильным, невыносимым спазмом. Ты рванула с кровати, едва не упав, и, зажимая рот рукой, вылетела в коридор.
Ты влетела в туалет.
Дверь захлопнулась за спиной, и ты, не думая, повернула маленький шпингалет, он был старый, ржавый, но всё ещё работающий.
Тебя вырвало раньше, чем ты успела опуститься на колени.
Жестко, сильно, до рези в горле, до слёз. Желудок выворачивался наизнанку, хотя ты сегодня почти ничего не ела. Только пустота, только бесконечные спазмы, от которых тело сгибалось пополам.
Ты стояла на коленях перед унитазом, вцепившись в холодную керамику, и ждала, когда это закончится. Пальцы побелели от напряжения, костяшки хрустели. Каждый новый позыв выбивал из груди жалкий, сдавленный стон.
Когда приступ наконец стих, ты попыталась встать.
Ноги не держали.
Ты сползла по стене на пол. Села прямо на холодный кафель, прижимаясь спиной к стене, и замерла. Смотрела в одну точку на противоположной стене. Тяжело дышала, всхлипывая.
А потом что-то внутри сломалось.
Сначала просто пошли слёзы.
Тёплые, они потекли по щекам сами собой, без спросу. Ты даже не сразу поняла, что плачешь, просто лицо стало мокрым, а в груди разрастался ком, который нельзя было проглотить.
Потом добавились звуки.
Тихие, жалкие всхлипы. Ты пыталась их сдержать, зажимала рот ладонью, но они всё равно вырывались сквозь пальцы, сквозь зубы, сквозь последние остатки контроля.
Кто-то дёрнул дверь снаружи.
- Т/и?! - прозвучал испуганный голос Хёнсу. - Т/и, открой!
Ты не ответила. Не могла. Слова застревали, смешивались со слезами и не хотели выходить наружу.
- Т/и, что случилось?! Открой дверь!
Он дёргал ручку, бил по двери кулаком. Но старый шпингалет держался крепко.
А ты сидела на полу и тряслась.
Всё тело дрожало. Мелко, противно, неконтролируемо. Руки ходили ходуном, зубы стучали, хотя в маленькой комнате было душно и тепло. Ты смотрела на свои ладони, они прыгали, будто чужие, будто не твои.
- Не могу, - выдохнула ты в пустоту. - Не могу больше...
Слёзы хлынули сильнее. Уже не текли, а лились. Заливали лицо, шею, воротник кофты. Ты закрыла глаза руками и почувствовала, как мокрые ладони дрожат на мокрых щеках.
- Т/и! - Хёнсу бил в дверь уже не кулаком, а всем телом, плечом. - Открой! Пожалуйста!
- Уйди! - закричала ты. Голос сорвался, превратился в визг. - Оставь меня!
- Нет!
- Я не хочу, чтобы ты видел! Не хочу!
Ты запустила руки в волосы. Сжала их, больно потянула, чтобы заглушить ту, другую боль, что разрывала грудь изнутри. Пряди наматывались на пальцы, тянули кожу головы, но ты не останавливалась.
Всхлипы перешли в громкие, страшные рыдания.
Ты выла, уткнувшись лицом в колени, раскачиваясь вперёд-назад. Слюна, слёзы, сопли - всё смешалось, размазалось по лицу, по рукам, по одежде.
- Почему?! - крикнула ты в пустоту. - За что?!
Ответа не было. Только удары в дверь. Только срывающийся голос Хёнсу:
- Т/и, не надо! Открой!
- Я не могу так больше! - закричала ты. - Слышишь?! Не могу! Каждый день только хуже! Каждая таблетка как пытка! Я устала! Я не хочу! Не хочу!
Ты била кулаками по полу. По стенам. По своим ногам. Хотелось разбить что-нибудь, сломать, уничтожить, чтобы эта боль вышла наружу, чтобы перестала разрывать изнутри.
- За что мне это?! - голос сорвался в хрип. - Что я сделала?!
- Т/и!
Дверь ходила ходуном. Хёнсу бил в неё уже не переставая, и ты слышала, как в коридоре появились другие шаги, Игён, кажется.
- Выломай! - крикнула она. - Быстро!
- Не смейте! - заорала ты. - Не входите!
Ты забилась в угол, сжалась в комок. Руки тряслись так сильно, что ты не могла их унять, прижимала к груди, зажимала под мышками, но они всё равно прыгали.
- Я никому не нужна, - прошептала ты. - Только как обуза...
- Не смей так говорить! - голос Хёнсу пробивался сквозь рыдания. - Ты нужна! Мне нужна! Ису! Игён!
Дверь затрещала. Ещё удар и шпингалет слетел, дверь распахнулась.
Хёнсу влетел внутрь, за ним Игён. Оба замерли на пороге.
Ты сидела в углу, сжавшись в комок. Волосы разметались, лицо мокрое, красное, опухшее. Руки дрожали так, что ты не могла даже вытереть слёзы.
- Не подходите, - прошептала ты. - Не смотрите...
Хёнсу шагнул вперёд.
- Не надо! - крикнула ты, отодвигаясь дальше в угол. - Не трогай меня!
Он замер. Растерянно посмотрел на тебя, не зная, что делать.
- Т/и...
- Я сказала не подходи! - закричала ты.
Голос сорвался, превратился в хрип. Ты забилась в угол сильнее, обхватила колени руками, спрятала лицо. Плечи тряслись. Рыдания вырывались наружу снова и снова.
- Уходи, - всхлипывала ты. - Просто уходи. Не смотри на меня. Я не хочу, чтобы ты видел меня такой.
- Т/и...
- Я тебя прошу! - закричала ты. - Уйди! Дай мне просто... просто перестать... хоть на минуту...
Хёнсу не ушёл. Стоял на пороге и смотрел. Глаза блестели, то ли от света, то ли от слёз, которые он пытался сдержать.
- Я не оставлю тебя, - сказал он.
- А я не хочу, чтобы ты был рядом! - выкрикнула ты. - Не хочу, чтобы ты видел это! Не хочу, чтобы ты помнил меня такой! Слабой и жалкой!
- Ты не жалкая.
- Да?! - ты подняла голову, посмотрела на него сквозь слёзы. - Посмотри на меня! Я не могу даже с Ису поиграть без того, чтобы не рухнуть потом на пол! Это не слабость? Это не жалкость?!
- Это болезнь, - сказал он. - Это не ты.
- Это я! - ты ударила себя кулаком в грудь. - Это моё тело! И оно разваливается! И ты смотришь на это каждый день! И ничего не можешь сделать!
- Могу, - сказал он тихо. - Быть рядом.
- Мне не нужно, чтобы ты был рядом! - закричала ты. - Мне нужно, чтобы это кончилось! Чтобы я перестала чувствовать себя куском мяса, который тащат от одной таблетки к другой!
Ты снова зарыдала. Спрятала лицо в коленях, раскачиваясь вперёд-назад.
- Я устала, - шептала ты. - Так устала... сил нет... совсем нет... я не хочу больше...
Хёнсу шагнул ближе. Осторожно, медленно. Сел на пол рядом, не касаясь, но близко.
- Т/и.
- Не трогай.
- Я не трогаю. Просто сижу.
- Уйди.
- Нет.
Ты подняла голову. Посмотрела на него, на его спокойное лицо, на руки, на глаза, в которых стояли слёзы, которые он так и не позволил себе проронить.
- Почему ты не уходишь? - прошептала ты.
- Ты просто устала. - тихо ответил Хёнсу - И злишься. На себя, на болезнь, на таблетки. Не на меня.
- Откуда ты знаешь?
Ты смотрела на него. Сквозь слёзы, сквозь дрожь, сквозь эту чёртову слабость, которая разъедала тебя изнутри.
- Мне страшно, - призналась ты. - Очень страшно.
- Чего?
- Что я умру.
Он молчал. Потом медленно протянул руку, давая тебе время отстраниться. Ты не отстранилась.
Ты всхлипнула. Сильно схватила Хёнсу за руку, будто боялась, что он исчезнет.
Он притянул тебя к себе. Ты уткнулась лицом ему в плечо и зарыдала снова, но уже тише, уже спокойнее. Он гладил по голове, по спине, что-то шептал, не разобрать, но неважно.
Важно было, что он рядом.
Игён стояла в дверях. Молчала. В руках она сжимала очередную упаковку таблеток и смотрела на них так, будто они были врагами. Потом развернулась и вышла, прикрыв за собой дверь.
В туалете было сыро и тесно. Но ты этого не замечала.
Ты просто плакала. А Хёнсу держал тебя за руку.