5
- Надевай, - очередной приказ и Князь протянул мне другую майку, снова свою. А сам, закрыв глаза, прошептал слово. Не знаю какое, но майка вдруг обрела призрачного носителя, и тот, обретя мои черты, прошел сквозь кусты и помчался по тропинке к мосту. Затем Стужев натянул джинсы, и вдруг резко схватил меня, снова зажав рот. Они вышли на порог - двое темных и... Игнат. Ветер донес до нас разговор почти полностью: - Маргариту не трогать. - Дайрем, аргаэ хашесср, - насмешливо произнес мораг Таэлон. 'Твою мать!' - потрясенно прошептал Князь. Я в силу ряда причин произнести не могла ничего. - Нет, - уверенно произнес Игнат... или не Игнат, - я ее в это втянул, мы просто подчистим девчонке память. И вот тут на пороге появился четвертый участник событий - ураг Херард, и насмешливо протянул: - Она ведьма, Дайрем. Не пустышка, которую ты должен был задействовать, а истинная ведьма. Девчонку нужно убрать, она опасна. 'Твою мать!' - промычала бы я, будь такая возможность. Что-то подобное сейчас явно думал и Стужев, все крепче сжимающий меня. - И девчонку и этого странного Князя, - продолжил морак Таэлон. - Кстати, ты уверен в его истинном происхождении? - Да, - прозвучал глухой ответ, - он внук Кощея. Я дышать перестала. Кое-кто напротив, задышал глубоко, часто и зло. - Потрясающе, - ураг Херард усмехнулся, сверкнув клыками, - и мы и они приняли меры против человского вторжения на Терру. Нет, кощеевское отродье убивать глупо, пацан станет прекрасным козырем на переговорах. И тут Демон с нажимом повторил: - Марго не убивать. - Она опасна, - напомнил в очередной раз Таэлон. - Запру в Герхоре, - голос Игната стал хриплым. Темные переглянулись, и высказался ураг Херард: - Ты слишком долго жил среди челов, Дайрем. Что ж, я обязан девочке жизнью, верну долг. Теперь скажи, что должен. И Демон произнес: - Зов указывает туда, они в лесу. Три темных смерча сорвались в указанном направлении. То есть только что стояли три вполне себе осязаемые объекты, и тут же сорвались тремя природными явлениями. Дальше было хуже! Демон сошел на одну ступеньку вниз, причем делал шаг человек, а на землю ступил... не человек. Черты лица заострились, как и уши, челюсть выдвинулась, ноги увеличились, как и плечи, волосы стали длиннее, кожа стремительно потемнела. А затем темный стал смерчем... Когда то, что недавно было Игнатом, умчалось в лес, Князь меня отпустил. Исключительно чтобы прошипеть: - Елдыга захухреная! Нет, я не стала возмущаться, я тихо спросила: - Все так плохо? - Хреновее некуда, - устало сознался Стужев. - Придется лететь домой. На это я тихо и с надеждой спросила: - К тебе? - Неа, - задумчиво глядя вдаль, произнес... элемент древнерусского эпоса, - не ко мне... к предкам. - Затем критически осмотрел меня, и выдал:- Мама тебя не одобрит. - Что? - голос мой прозвучал невнятным писком в ежевичных кустах. На это мне с усмешкой сказали: - Пошли, Маргош. И мы пошли. Стужев... или не Стужев впереди, придерживая ветки, чтобы по мне не влетело, и я следом, потрясенно глядя в его широкую спину. И вот я шла, шла, и пришла к странному выводу: - То есть ты партизанил, да? - Давай без инсинуаций, - выдала няшка не анимешная. Долго вспоминала об чем это слово. Вспомнила, удивилась, почему мой вопрос охарактеризовали как поклеп и клевету, и уже хотела задать следующий, как мы начали спускаться в овраг. Овраг, что странно, был не глубокий... но это пока мы не начали спускаться! А вот едва пошли на спуск природное явление увеличилось, углубилось, из земли зеленый дымок пошел и я... остановилась. - Маргош, - Князь остановился, обернулся, - ты, конечно, можешь остаться, но они не я, их твоя невинность не остановит. Вспомнила темных, поежилась, и пошла... - А куда мы идем, кстати? - В ад, - беззаботно отозвался Стужев. Я остановилась снова, а он продолжил: - Расслабься, у меня там черт знакомый, так что пропустит коротким путем. Ну все, Ильева, мало тебе няшек, фентези 3Д и вообще проблем на верхние, нижние и рыжую голову в придачу, теперь еще и ад. Нет, я пошла, мне деваться было некуда, при одном воспоминании о разговоре Князя и хранителя в замке темных, про пристрастия урага Херарда. Так что я пошла ко всем чертям, в буквальном смысле слова. Ад разверзся, едва мы спустились на дно оврага. Из появившейся расщелины несло серой, слышались вопли, что-то шкворчало и шипело. Я повернулась и пошла прочь, решив что темные меньшие из зол, Стужев молча догнал, схватил за талию, вернул меня на исходную точку и прыгнул в бездну, увлекая за собой. Кажется кто-то визжал... кажется даже я. А еще глаза зажмурила, а еще вцепилась в Стужева руками и ногами. И мы все падали, падали и падали.... А потом раздался чей-то злой голос: - Кощей, ты опять издеваешься? - Нет, снова, - хохотнув, ответил Стужев. - Адмаил где? - На рабочем месте, - проворчал кто-то утробно. - Не шляется, в отличие от некоторых. Медленно открываю глаза и вижу - жерло вулкана, наверное, потому что все вокруг черное, а подсвечивается текущей между валунами, под мостами, под скалами - лавой. Но это мелочи оказались, потому что прямо перед нами стоял... черт. Огромный, рогатый, хвостатый, с копытами, волосатый и в ухе сережка. А главное на меня смотрит и скалится. - Рога пообламываю, - спокойно сказал Князь, разворачиваясь и унося меня прочь от черта. - Мелочь, да ты охамел! - взревел черт. - Мне вернуться? - поинтересовался Стужев. - Да вали уже, - пошел на попятную черт. И мы свалили. Князь все так же держал меня на руках, я не возражала - дорожка шириной в пять сантиметров над лавовой рекой явно не мой профиль, а Стужев шел легко и привычно, и даже насвистывал. Минут через пять каменная дорожка стала шире и я попросила: - Отпусти, пожалуйста. Мгновенно оказалась на земле, и Князь, повел дальше, продолжая насвистывать. А я оглядывалась, чувствуя как все внутри дрожит с перепугу и от осознания происходящего. На какой-то миг подумалось - а может ничего этого нет, может я просто напилась, вот и привиделось?! И кстати, вот я не совсем поняла: - Стужев, ты правда внук Кощея? - В первую очередь я это я, - мрачно сообщил... непонятно кто. - А уже в третью, четвертую и пятую, родственник знаменитого Кощея. Марго, не будь снобом, мои предки для меня только предки и меня добивает это благоговейное 'Внук Кощея'. Надо же, таки с самомнением сложности. - Стужев, - я споткнулась, и камешек слетев с дорожки помчался на встречу огненным объятиям, - это было не благоговейное 'Внук Кощея'.