другая
*** Из Княжеских палат я смылась, несмотря на все просьбы Генри дождаться Стужева. Дожидаться не было никакого настроения. Время на часах сообщало, что сейчас восемь утра, движение на улице вещало о начале рабочего дня, а такси приехало сразу, как я прочла на воротах стужевский адрес и назвала его оператору. А дома меня ждала неприятная неожиданность! Стоило открыть дверь, как услышала надрывное: - Рита! Мама выбежала в прихожую и теперь возмущенно смотрела на меня, полными слез глазами. Следом за ней появился отец, поседевший, чуть ссутулившийся и судя по всему не спавший всю ночь. - Пппривет, - пробормотала я, снимая кроссы, - а вы чего не на работе? Мама, поправив растрепанные волосы, как делала всегда, когда нервничала, всхлипнула и попросила: - Входящие посмотри. Я молча достала телефон, включила - входящий был только один и то, номер незнакомый. Так же молча протянула телефон маме... Трубку взял отец, быстро просмотрел, побелел, показал маме. Мама просто в шоке смотрела на монитор андроида, потом так же изумленно на меня, чтобы выдохнуть: - Мы звонили тебе... Всю ночь практически! - она сорвалась на крик. Отец, поправив несвежую рубашку, видимо он со вчера так и не переоделся, хрипло добавил: - Вечером позвонила Катя, спросила, как ты добралась и почему не отвечаешь... - папа отвел глаза. За него мама сказала: - Мы знали, что ты сидишь с Ромкой, когда Катя в ночную смену работает, - мама тоже глаза отвела. Нормальненько! И тут папа добавил: - Потом звонил Евгений Александрович, интересовался, доехала ли ты домой, и когда мы сказали что нет, он приехал. Мама выдохнула и, глядя на меня, едва слышно спросила: - Риточка, что происходит? - я не успела ответить, как она продолжила: - Ты волосы перекрасила! В доме разгром! В твоей комнате выломана дверца у шкафа, а Евгений сказал, что в квартире утром ты была не одна! Рита! Судя по тому, что у мамы задрожал подбородок, сейчас будет истерика. Я ее последний раз такой видела, когда отец из дома уходил. Еще раз глянула на папу - бледный папа смотрел на меня, не скрывая готовности порвать всех и вся, кто меня обидел, мама едва сдерживалась. Устало вздохнув я четко отбарабанила: - Не пила, не кололась, в групповых извращениях не участвовала, в не групповых тоже. Меня никто не насиловал, ни к чему не принуждал, ночевала у друга, он спал в другой комнате. А вчера утром да, был Игнат. Он есть хотел, я отказывалась готовить ему завтрак, в результате он мне волосы покрасил, я ему голову побрила, мы с ним квиты. Потом Игнат пожарил мясо и меня заодно накормил. На этом все. Мама молча привалилась к стенке и начала по ней медленно сползать, а папа чуть хрипло сказал: - Евгений Александрович интересовался, что у двери делает мой ботинок с иголками и стеклом. Вспомнила, что утром пыталась отвадить отечественную фентезятину с помощью рунетовской магии - не сработало. - Это я Игнату мстила за испорченные волосы, - почти правда же. Родители переглянулись, мама, поднявшись, спросила: - А ночевала ты у... Игната? - Нет, - все так же честно призналась я, - у друга яойщика. Мама удивленно на меня посмотрела, отец побледнел, он аниме не смотрел и был не в теме, в отличие от мамы, которая и спросила: - И... что вы делали? - Платье в стиле хендмей, я у него была моделью, - смотрю четко в глаза, говорю совершенно спокойно. - Яойщик? - переспросил отец. - В смысле голубой, - объяснила мама, и уже мне: - Ритулечка, а может ты себе нормальную подругу заведешь? Девушку, в смысле. - Они не такие талантливые, - несу абсурд, но родителей видимо впечатляет. - Ну да, согласна, - мама обожала Элтона Джона, - но, Рита, ты должна была сказать, где будешь. И вот тогда не скрывая обиды, я честно ответила: - Вы никогда не интересовались, где и с кем я ночую, - горечь скрыть не удалось, и слезы в глазах явно заблестели. Папа опустил голову и тихо сказал: - Прости. - Мы просто знали, - тоже едва слышно, произнесла мама. - Нужно было мне сказать, - я с трудом сдерживала слезы, - может тогда я не чувствовала бы себя никому не нужной. Не дожидаясь их реакции на мои слова, просто ушла в комнату, глядя исключительно под ноги. А там, подключив мп3 к колонкам и врубив на всю громкость Домино от Rammstein, начала собираться в универ. Громкая музыка била по ушам, комната время от времени становилась смазанной, но вытирание слез помогало восстановить четкость изображения. Натянув джинсы от мавок, я встала перед зеркалом. Что сказать - молочная река кисельные берега сделала свое дело, теперь я была очень похожа на анимешную няшку. Вид несколько портили красные глаза и припухший нос, но это мелочи, факт в другом - мне требовалась новая одежда, в часности белье, так как лиф жал неимоверно, и радовало, что носила я джинсы свободного кроя, которые теперь уже не висели, но смотрелись прилично. А главное прикрывали мои нижние девяносто, но вот с бюстом посложнее. Свободных маек у меня практически не было, вчерашняя с разрезами для универа не годилась. Глянула на рюкзак в котором коварно утащила синюю стужевскую майку... Ну, он мне сам ее дал.