25.
Ладно, он признавал: злиться у него не получалось.
Если бы кто-то другой совершил перед ним столько ошибок, он бы давно потерял терпение.
Но, глядя на Юй Линя, почему-то никак не выходило рассердиться.
Гун Шии не видел Юй Линя - перед ним был только Юй Личжи. Он несколько секунд разглядывал этого растерянного, милого малыша, словно они изучали друг друга, а потом первым заговорил:
- Какой ещё «дядя из телефона»?
Юй Личжи тут же прикрыл рот ладошкой - он не осмелился отвечать. Взрослый напротив выглядел слишком... грозно.
Лицо Гун Шии - редкость даже для индустрии развлечений. Фанаты любят говорить, что их любимчики - имеют модельные лица, но стоит поставить всех рядом, и сразу становится ясно, где настоящая «модель», а где просто громкие слова.
Есть люди, у которых даже сырые, необработанные фото выглядят как произведение искусства;
а есть такие, чьи фанаты ретушируют снимки изо всех сил, с трудом находят «удачный», выкладывают - и тут же получают в комментариях вопрос:
«Какое чудовище, созданное искусственным интеллектом, это придумало??»
У Гун Шии лицо было резкое и мужественное: острые брови, взлетающие к вискам, высокий нос, тонкие, но яркие губы. Когда он молчал, всё его существо словно кричало:
«Со мной лучше не связываться».
После того как он заговорил... лучше, вообще, не стало.
Для посторонних это выглядело как ещё одна форма давления: в каждом слове будто скрывался намёк - «отвечай как следует, иначе головы не сносить».
Юй Личжи, конечно, не мог сформулировать всё это так сложно. Он просто знал, что отвечать страшно, но когда тот дядя смотрел на него с таким холодным лицом, молчать тоже было страшно.
Глазки у него покраснели, губки задрожали, и он очень тихо сказал:
- Это... это дядя из телефона моего маленького дяди...
Гун Шии вовсе не собирался пугать ребёнка. Просто с детства он жил в среде, где его всегда окружали вниманием и уступками, так что характер у него не был из той серии, что «как весенний ветерок». Плюс лицо от природы - холодное и резкое, тут уж ничего не поделаешь.
Увидев, что Юй Личжи вот-вот расплачется, он наклонил голову и, как глуповатый щенок, обошёл ребёнка сбоку, чтобы заглянуть за его спину - на Юй Линя. При этом тон у него оставался всё таким же нагловатым:
- Объясняй ты. И вообще, твой ребёнок сейчас заплачет.
Юй Линь поспешно повернул Юй Личжи к себе, прижал, похлопывая его по спине. Мальчик уткнулся лицом в его грудь, лишь одним глазом украдкой поглядывая на Гун Шии. Странно... сейчас этот дядя выглядел уже не таким страшным.
Юй Линь по-прежнему держал голову опущенной и старался не смотреть на Гун Шии. В его чувствах странным образом смешались: три доли неловкости, три - робости и целых четыре - восторга. Он честно признавал: эмоции у него были более чем сложные.
На вопрос Гун Шии он ответил коротко:
- Ребёнок ещё маленький... он... он видел вас... в видео на телефоне.
Он не успел договорить, как уши и щёки уже загорелись. Ведь он прекрасно знал: сам он - тот ещё фанат, способный менять заставку хоть восемь раз за день, а в галерее телефона, помимо Юй Личжи, сплошь одни фотографии Гун Шии.
Но в индустрии так просто демонстрировать свою «фанатскую принадлежность» нельзя - сразу решат, что ты подлизываешься и ищешь выгоду. Это сразу ставит человека на ступень ниже.
Так что он решил отделаться общими словами.
Не успев даже немного поволноваться, Юй Линь, убедившись у Гун Шии, что он не пострадал, бросился прочь, держа Юй Личжи на руках. Но как только они скрылись за углом, он неторопливо вернулся, сказав:
- Мне нужно успеть на свой рейс, извините, учитель Гун, мне пора.
А Гун Шии ведь даже не договорил. Вообще-то именно он свёл Ян-дао с ним и собирался спросить, как молодому актёру работалось в группе. Он остался стоять на месте, развёл руками, пожал плечами и с беспомощной усмешкой пошёл в другую сторону - навещать Ян Дунханя.
Юй Линь только когда зашёл в номер отеля и поставил Юй Личжи на пол, наконец-то с шумом выдохнул. Вспомнив только что увиденного Гун Шии, он кивнул сам себе: да, выглядит точно так же, как на экране. А характер... не такой уж и холодный, как говорят.
Он тихонько открыл Douya и на своём маленьком аккаунте написал безумный пост:
[В следующий раз никуда не убегу! Заставлю мужа расписаться сто раз хе-хе.]
Отправив, он даже не заметил, что напечатал с ошибкой. Потихоньку похихикал - и пошёл собирать вещи Юй Личжи.
*(вместо «мужа» должен был быть «кумир» ;DD)
Пора было возвращаться: ребёнку скоро в детский сад.
Его гонорар, гонорар Юй Личжи и доходы от стримов - всего этого вполне хватит, чтобы выбрать хороший садик.
К тому же он теперь избавился от Янь Хана и больше не чувствовал прежней паники. По крайней мере, с сестрой Цзя рядом его будущее выглядело куда светлее, чем раньше - не таким безнадёжным.
Юй Личжи, конечно, ещё не понимал, что его ждёт впереди.
Он уже напрочь забыл про того грозного дядю и думал только о возвращении в их маленький дом.
- А когда мы вернёмся, тётя Чжан будет нас ждать? - спросил он.
Юй Линь задумался. Нога у него уже зажила, вроде бы и нет нужды дальше звать тётю Чжан помогать по дому - экономить тоже важно. Но в будущем у него будут съёмки, поездки, графики, а Юй Личжи не будет ходить в сад на полный день... помощь всё равно понадобится.
Он присел на корточки:
- Дома тёти Чжан не будет, но мы ещё увидимся. У дяди есть её WeChat, можно написать ей.
Юй Личжи кивнул, показывая, что понял.. Кроме дяди, у него не было такой сильной эмоциональной привязанности к кому-либо ещё.
Юй Линь немного выдохнул - хорошо, что Юй Личжи умеет рассуждать разумно.
Раз уж разговор зашёл так далеко, Юй Линь заодно упомянул и про детский сад.
Он, вообще-то, сам был рад. В детстве ему самому очень хотелось ходить в садик, да только не получилось. У него была хорошая память, он смутно помнил даже события, когда ему было три-четыре года. Тогда он ещё не знал, что родители ему не родные, помнил только то чувство - как он, прижавшись к забору детского сада, плакал.
В маленькой горной деревне детский сад был окружён железным забором. Длинные и короткие металлические прутья соединялись вместе, а сверху торчали острые пики - будто надёжно охраняя это место.
Юй Линь пробирался сквозь низкие кусты снаружи, просовывал худенькое личико в пространства между прутьями и оттуда украдкой подглядывал за чужой жизнью.
Во дворе было несколько знакомых ему детей - они шумели, бегали, катались с горки, пинали мяч. Эти развлечения по сегодняшним меркам выглядели бы жалко, но тогда для Юй Линя они были недосягаемой мечтой.
Поэтому теперь, стоило ему открыть глаза утром, как он думал лишь об одном - поскорее отвести Юй Личжи в детский сад...
Юй Линь поднял малыша и усадил его на кровать.
После завершения съёмок он считал себя уже не таким занятым, поэтому отправил Фань Юэ обратно, и теперь собирал вещи сам.
Выдвигая чемодан, он заодно рассказывал Юй Личжи о своих планах:
- Я уже расспросил про несколько детских садов, в интернете тоже посмотрел. Как только вернёмся, будем ходить и смотреть один за другим. Если понравится - запишемся.
Юй Личжи сидел на кровати и играл с пальчиками ног:
- А?
Что такое детский сад?
Ему казалось, что он где-то это уже видел.
Он начал ползать по кровати, перебирая ручками и ножками, и стал мельтешить перед Юй Линем:
- А можно не идти в детский сад?
Юй Линь удивился:
- Я ещё даже не объяснил, что это... Ты знаешь, что такое детский сад?
Юй Личжи кивнул:
- Знаю!
Он сел прямо и с серьёзным видом сказал:
- Это большой дом, куда запирают детей.
Такое объяснение Юй Линь совсем не ожидал. Он мягко стал пояснять:
- Почему «запирают»? Детский сад - это большой парк развлечений. Там много детей, все вместе играют, шумят, слушают, как воспитатель рассказывает сказки.
Юй Личжи покачал головой и уверенно возразил:
- Нет. Это именно что запирают. Запирают - и надо слушаться воспитателя, надо играть с сопливыми, обязательно спать днём, нельзя плакать и нельзя не есть.
Он подумал и добавил:
- Нельзя видеться с папой и мамой, нельзя видеть маленького дядю. Запирают на целый день.
Широко раскрыв глаза, он подчеркнул:
- Запирают на день, потом отпускают домой, а утром снова запирают!
Юй Линь не знал, смеяться ему или плакать:
- Кто тебе такое рассказал?
Юй Личжи опустил голову и промолчал.
Юй Линь предположил, что, возможно, раньше брат с женой тоже собирались отдать его в детский сад и что-то ему говорили.
Он не стал расспрашивать дальше, лишь терпеливо описывал плюсы:
- Может, попробуешь? В детском саду не одни «сопливые», там много милых детей. Ты сможешь подружиться и многому научиться.
С его ракурса были видны только длинные реснички и пухлые щёчки ребёнка. Маленький человечек сидел на краю кровати, опустив голову, и выглядел очень расстроенным.
Юй Линю это казалось даже забавным - он невольно сравнил с собой и совсем не ожидал, что бывают дети, которые так ненавидят детский сад.
Он уже собирался сказать ещё что-нибудь, чтобы уговорить малыша,
как вдруг раздался мягкий голосок, уже с лёгкой всхлипывающей ноткой:
- Я не хочу расставаться с маленьким дядей...
Чем лучше Юй Линь к нему относился, тем сильнее Юй Личжи к нему привязывался. За свою короткую жизнь он пережил слишком многое. Он не понимал причин и доводов - он просто боялся, что снова что-то изменится.
Только рядом с Юй Линем он чувствовал себя в безопасности.
Юй Линь тут же подхватил его на руки, мягко поглаживая по спине:
- Ты же знаешь, в детском саду есть конец дня. Вечером мы снова увидимся.
Ты ведь недавно снимался со мной. Взрослые тоже утром уходят из дома, работают весь день, а вечером возвращаются. Мы не можем быть вместе с утра до вечера.
Юй Личжи на мгновение задумался:
- Маленький дядя зарабатывает деньги на прямых трансляциях, а я буду смотреть видео, чтобы учиться.
Таким образом никто никуда не уйдёт.
Юй Линь потерял дар речи. С детьми трудно спорить: скажешь слишком много - не поймут, скажешь слишком мало - получится вот так...
Юй Личжи, как щенок, обмяк в его объятиях и, подняв сияющие глаза, сказал:
- Я и сам могу учиться читать!
Юй Линь беспомощно ответил:
- Но...
Он задумался и не стал продолжать. Даже если уговорить ребёнка словами - что это изменит? Юй Линь не считал это настоящим решением проблемы.
Он решил отложить этот вопрос и вернуться к нему уже дома.
Пока разговор не касался детского сада, Юй Личжи вёл себя очень послушно.
Он снова надел обувь и бегал туда-сюда, помогая Юй Линю, демонстрируя удивительную организованность для своего юного возраста.
Вернувшись домой, Юй Линь снова открыл уже чемодан и вытащил все вещи. Доставая их, он вдруг рассмеялся - такие перелёты ещё будут, и он всё больше чувствовал себя грузчиком с чемоданами.
Закончив с делами, он подумал: чтобы Юй Личжи согласился пойти в детский сад, нужно сначала понять, почему тот так сопротивляется.
Вспомнив совет сестры Цзя, он поджал губы и решил сначала проконсультироваться с психологом.
Юй Линь никогда не был самоуверенным человеком. Вместо того чтобы верить, что он и так справится с воспитанием, он предпочитал искать советы и обращаться за помощью.
Раз Юй Личжи не хочет идти в детский сад, значит, на то есть причина.
И Юй Линь должен ее найти, а затем решить.