post mortem

ты знаешь, я правда пытался. и даже достал белый лист, который, ну, еще не успел потрепаться, без всяких там точек и запятых, одним словом — чист. однако я, дурак, совсем не учел, что грация в перерождении, как на манеже, здесь отнюдь ни при чем, ведь чернила и стол да и сам я остались все те же.