post mortem

я заставлю рыдать твою душу,
украду твой последний секрет.
никому ты, упавший, не нужен,
сломан твой вечный обет.

ты даёшь себя каждому ранить
и с восторгом внимаешь во зло.
ни во что себя можешь не ставить,
круша свою гордость со злом.

ты принятие путаешь с торгом
вместо честности ставишь любовь,
но что, если под твоим сроком
понимается стёкшая кровь?