Falling ¦ Падение.

Юная, она совсем.
Странная и невесомая, мысли все тащит на верх.
Абсолютно тонные.
Дышит все глубже, минутами.
Время становится мало.
Люди становятся глупыми.
Прячутся под одеялом.
Юная, она совсем...

©Kler - Юная.

***

Boy epic - Scars

Я взволнованно смотрела на неоновую вывеску кафе, где мы договорились встретиться. Когда я перевела взгляд на окно, в глазах заплясали блики. Странно встречаться с человеком в десять часов вечера и мне повезло, что Ричард может помочь мне. Ричард.. от одной мысли о нем у меня теплеет в груди, хочется танцевать, и смеяться, и плакать одновременно.

Ладони вспотели, я вытерла несуществующей пот со лба, взяла ткань блузки и начала мять ее, в попытке успокоится. Она ничего не сделает мне. Мы на людях. Я в безопасности. Она просто хочет поговорить. Я не должна бояться, я не должна волноваться. Я пообещала себе, что эта встреча ничего не изменит. Я поговорю с ней, выслушаю, затем тихо уйду и продолжу свою размеренную и спокойную жизнь, вдали от всего. Она не сможет разрушит то, что я выстроила за 2 года.

С этими мыслями я вошла в кафе. Оно было в теплых тонах, приглушенный свет, но музыка была ритмично и дерзкой. Известная рок-группа, название которой я все не могла вспомнить. В кафе не было ни одного растения и очень мало предметов декора. Всюду было ощущение незаконченного ремонта. Ох уж эта мода...

Элис сидела в самом конце, в углу. Она сильно изменилась, я отметила это только взглянув на нее. Нет, внешне она осталась такой же, еле заметные изменения: черты лица стали четкими, сошли любые подростковые изъяны. Изменилась она изнутри, повзрослела. Вроде я знала ее, а вроде и нет.

"Нет.. " - поправила я себя, - "..ты ее совершенно не знала."

На мгновение я будто забыла, кто она и что она сделала. Но сознание снова заработало и я сощурила глаза, подняла голову и уверенно пошла в её сторону. Я буду сильной и выдержу это.

Элис повернулась в мою сторону, когда я села за столик. Её глаза на секунду расширились, а на лице расцвела улыбка. Как же она мне противна. Я так давно не испытывала настолько сильной неприязни, что такие чувства даже испугали меня. Я рассматривала каждую часть её лица, отмечала каждую мелочь. На ней было гораздо меньше макияжа, чем она раньше носила. Тогда она наносила тонны теней, яркую помаду, носила немного дерзкую одежду. Она не была распутной, но любила выделяться. Она была подвержена общественному мнению, она считала, что репутация - это самое важное, что есть у человека. У нее была хорошая репутация и, как она думала, это могло перекрыть то, какая она сука.

- Ты все же сделала это.

- Что? - Она непонимающе сдвинула тонкие брови.

Я поднесла палец к своему носу.

- Ты сделала пирсинг, как хотела.

- Ах, да, год назад еще. Сначала должен был быть на губе, но в итоге на носу. Что будешь заказывать?

Когда я села, к нам оперативно подбежала официантка. Сейчас она покорно ждала, когда мы закончим разговор. Я заказала себе просто вишневый сок, а Элис вафли, чай и мороженое. Фисташковое, как она всегда любила и это не изменилось.

Она тоже сидела и пристально меня рассматривала. Это было словно негласное согласие - нам нужно было осознать, что после столько времени, я снова с ней встретилась. Это не было нервное возбуждение, как при встрече со старым другом, это не было радостным событием. Для нее, возможно, было.

- Как ты сейчас живешь?

- Все налаживается.

Не наладилось, налаживается.

- Не буду тянуть. Просто ответь мне да или нет. Это все была правда?

- Тогда ты мне... не поверила. Какой смысл сейчас?

- Ну.. Черт, Мира, мне просто нужно знать правду.

- Я говорила правду с самого начала. Я ни о чем не лгала.

- Но.. Я не думала...

- Что? А знаешь, что самое хреновое?- я оскалилась и хмыкнула. - Ты настолько категорически не верила сама, что заставила засомневаться и меня. Заставила засомневаться в собственных словах и воспоминаниях. Я столкнулась с такой прочной стеной непонимания, что отчасти это меня и сломало.. В итоге у меня не было ни родителей, ни подруги, а только отвращение к себе, презрение общества и преступники на свободе.

К концу моей речи мои глаза наполнились слезами, которые потекли по лицу сию же секунду. Я говорила так отрывисто, выплевывая слова словно яд. Но при этом, это звучало так горько, будто я сейчас завою от бессилия.

- Я была ребенком, я не понимала..

- Я тоже была ребенком, Элис. И я, черт возьми, тоже не понимала! Что я сделала? В чем я виновата? Разве меня должны презирать?

В её глазах тоже стояли слезы. Только если у меня были слезы боли, слезы за все то, что она тоже заставила меня пройти. У нее же были слезы стыда. Она покраснела, красные пятна покрыли ее лицо и грудь.

Я почувствовала, что уже на грани. Мои руки начало пробивать мелкой дрожью и сперло дыхание. Я закрыла глаза и медленно начала считать до пяти. Но слезы снова брызнули из глаз и я открыла рот немом стоне. Я закрыла дрожащими руками лицо и мне так отчаянно захотелось закричать, но сдержалась и открыла глаза. Это выглядело жалко и мне повезло, что мы сидели в самом конце кафе.

- Сейчас за мной приедут. Прощай, я ответила на твой вопрос. Больше ты меня не увидишь.

Я кинула деньги, заранее приготовив десятку, на стол и быстро встала, чтобы уйти.

- Что? Ми, нет, подожди.

Я слышала, что она тоже встала, так резко, что ударилась об край столика и зашипела. Меня передернуло от моего старого прозвища.

- Не смей меня так называть.

Я начала идти к выходу быстро, даже бежала. Она скорее пошла за мной, прося остановится. Я достала телефон и написала единственному человеку, которого хотела видеть. Воспаленные глаза пекло от ветра, который резал их из-за слез.

Я действительно старалась держаться. Я надеялась и верила, что эта встреча пройдет гладко и я даже не обращу на нее внимания. Но сейчас? Я задерживаю дыхание, чтобы рыдания не вырвались наружу, а в глазах темнеет от высокого давления.

- Чтоб.. я еще... хоть раз...

Я бормотала это, пока достала телефон.

- Мира, прошу тебя.

- Заткнись! Просто, черт, заткнись сейчас.

Это было грубо, но я думала сейчас только о том, чтобы написать Ричарду и выпить транквилизатор. Если я выпью еще сейчас - это будет доза выше нормы. Но я была в смятении, почему у меня истерика, я же выпила.. Я прокляла себя всеми возможными способами. Я же не пила сегодня ничего! Как я могла так безответственно поступить?

"Прошу, забери меня.
Срочно."

- Что случилось?

- Что случилось? Серьезно? Я на грани срыва, а ты считаешь - все в порядке?

- Мира, я просто хотела знать правду!

- А ты, черт возьми, не подумала, что я не хочу вспоминать правду? Ты вернешься домой, проверишь почту и забудешь все, поставишь точку и будешь жить дальше, оставив все позади. А я? Как ты думаешь, я не пылаю от ненависти к тебе? Я не дрожу только от мысли, что ты рядом? Я ненавижу тебя не меньше, чем их.

Последние слова я произнесла шепотом.

- Ты хотела правду? Получай. Правда в том, что ты была маленькой, эгоистичной, слабой девочкой. Говоришь, не понимала? Ты все прекрасно понимала, ты все знала! Ты перешла на сторону других, потому что ты не пошла бы против толпы. Это же ты, Элис и водиться с малолеткой, еще и испорченной, использованной? Это было слишком для тебя. Правда в том, что я страдала. Я прошла все девять кругов Ада! И этот Ад не закончился даже тогда, когда я уехала, когда я все оставила позади. Но знаешь что? Я поняла тебя. Но не простила. Никогда не смогу. И сейчас, я должна словно переживать все заново, потому что тебе так будет легче дальше жить? Правда в том, что всё, что думали люди и близко не было к правде. Все было настолько чудовищно, что я не помню даже половины. Моя психика просто не выдержала этих воспоминаний!

Она стояла не моргая и не дыша. Затем она выпрямилась и словно опомнилась и взгляд стал жестче.

- Хватит строить из себя жертву. Не одной тебе было тяжело.

- Да, действительно, каких усилий стоило придумывать мне новые издевательства каждый день.

Она всплеснула руками и вздохнула, поворачивая голову влево.

- Мира, прошу тебя, давай забудем.

- Забудем? Я не смогу это забыть всю жизнь, Элис. Это оставило такие последствия, с которыми я буду всю свою чертову жизнь.

Ярость кипела во мне и обжигала изнутри, будто кислотой. Ко всему прочему, эти пол часа так сильно утомили меня, что, казалось, ноги стали ватными. Позади заскрипели шины. Пока не повернулась, я уже знала, что это Ричард. Я чувствовала его приближение каждой частичкой своего тела.

Я повернулась и улыбнулась ему сквозь слезы. Это было сложно и я не поняла, разобрал ли он, что это была улыбка, а не оскал? Что-то в его походке заставило меня насторожиться. Он смотрел на мое лицо лишь секунду, затем он перевел взгляд на Элис за моей спиной. Пока он шел, она перекидывала взгляд с него на меня, и обратно. Он остановился передо мной и взял мое лицо в свои большие ладони и вытер большими пальцами слезы. Его касания могли заставить меня забыть обо всем, в том числе и о ссоре миг назад.

Он не отпустил меня и не опустил руки, но просто поднял глаза поверх моей головы. Его взгляд потемнел и это показалось мне очень, очень плохим знаком.

- Что здесь происходит?

От его голоса у меня побежали мурашки по телу и я впилась глазами в его лицо. Его голос был тихий, слишком тихий, спокойный, но я слышала в нем сдерживаемую ярость. У меня все заледенело внутри. Что с ним происходит?

- Я спросил, что *цензура* здесь происходит?

Слова звучали, как рычание. Он действительно пугал меня. Я осторожно отстранилась и посмотрела на него снизу вверх. Сейчас он казался больше, выше и действительно старше.

- Ричард? - он меня словно не слышал.

Он подвинул меня в сторону и подошел вплотную к Элис.

- Какого *цензура* ты молчишь? Советую соображать быстрее.

- Ричард, пожалуйста, успокойся.

Я подошла и взяла его за руку, слабо оттаскивая. У меня совершенно не было сил, тем более, что он был словно скала. Его ладонь дрожала, изредка дергаясь и это я тоже сочла плохим знаком.

- Отойди от меня.

Элис казалось не сильно испугалась, но голос дрогнул.

- Я впечатаю тебя в эту стену и размажу, если ты сейчас же не ответишь, что ты сделала Мире.

- Я ничего ей не сделала, успокойся, парень.

- Она плачет. И я готов сейчас убить тебя за это.

Глаза как Элис, так и мои, расширились.

- Ты псих! Пошел к черту!

- Я и есть черт. Я зол, как этот старик!

Он настолько угрожающе улыбнулся, что я задрожала. Я не понимала, как Элис еще стоит на месте.

Он поднял руки и заказал рукава по локоть, Элис следила за каждым его движением. Когда она посмотрела на татуировку, её глаза расширились и приоткрылся рот. Я проследила за направлением ее взгляда, она смотрела на мое любимое тату - череп.

- Нет, нет.. Это снова вы..

- Закрой свою пасть!

Я сжалась от его голоса.

- Ричард..

Я сама удивилась, тому что это произнесла я. Скорее всхлипнула. Слез не было, я была в шоке, потому что совершенно не узнавала человека передо мной.

Ричард повернулся и хотел было подойти, но что-то в моем лице его остановило. Его лицо смягчилось, а кулаки разжались. Я смотрела на него во все глаза, одновременно желая и страшно боясь следующих действий. Я немного приходила в себя и мое сознание все же зацепилась за слова Элис. Что значит "это снова вы"? Почему у нее появился такой неописуемый ужас на лице?

- Мира? Поехали домой?

Он сделал шаг по направлению ко мне и я вздрогнула.

"Чего я боюсь? Это же Ричард. "

И я слабо кивнула. Он обнял меня за плечи и повернул по направлению к машине. Он повернулся через плечо и бросил:

- Не попадайся мне больше на глаза, девочка. В ином случае.. понимаю, ты знаешь, что будет.

Меня тоже напугали эти слова. Но сейчас мне предстоит серьезный разговор в машине и я думала только об этом.

***

Всю дорогу мы ехали в тишине и изредка были слышны уведомления от сообщений в телефоне Ричарда. Сейчас у меня даже не было настроения гадать, кто же так настойчиво жаждет его внимания.

Когда мы остановились у дома, я смотрела в окно машины и рассматривала наше крыльцо.

- Мира...

- Я испугалась. Я боялась тебя, Ричард.

Он дотронулся до моей руки на коленях.

- Ты же знаешь, что я никогда тебя не трону, верно?

- Откуда я могу знать? Я видела тебя сегодня.

- Ну, теперь ты знаешь, что меня лучше не выводить.

Теперь я развернулась к нему всем корпусом.

- Ты не можешь угрожать всем моим обидчикам. Я не принимаю насилие, Ричард. Я его презираю.

Он как-то грустно усмехнулся.

- Я могу и буду.

- Я говорю будто со стеной. - психанула я.

Он ничего не ответил.

С тяжелым сердцем, я освободила руку и открыла дверь, чтобы выйти.

Он не удержал меня. Он не остановил, не прижал меня к себе и не успокоил, что он никогда больше так не поступит. Потому что мы оба знали, что это не так. Если надо будет, он перейдет от угроз к действиям. И я очень боялась последствий этого. Ричард никогда не был и будет ангелом, я это понимала. Но что еще тяжелее, это четко осознавать свою беспомощность и неспособность это изменить.

Но самое неприятное то, что он уехал. Просто уехал, ничего больше не сказав.

И с тяжелым сердцем, я пошла в дом. А затем проплакала всю ночь в подушку, думая, как же мне не хватает рядом мамы. Чтобы она погладила меня по голове, обняла и я поплакала у нее на плече, она бы успокоила и поддержала.

Но я снова одна, наедине со своим горем, болью разъедающей изнутри, заставляя выть от отчаяния.

***