Глава 12. Гостья.
Мое сознание проснулось, но сам я еще не открыл глаза. Я боялся сделать это, боялся, что представшая передо мной картинка исчезнет, а я увижу родной, украшенный шарами-планетами потолок. Прямо перед моим ухом что-то прошуршало, а позже перекатилось в другую сторону...палатки? Мне все же пришлось открыть глаза, и я поблагодарил всех богов за то, что случившееся не было сном. И вовсе ничего никуда не перекатывалось, это Аннмари перевернулась на другой бок. Волосы спадали на ее лицо, из-за чего я не видел, спит она или уже нет. Полагаю, спит, иначе бы девушка их убрала. Проведя пальцем по щеке, я сделал это за нее. Аннмари зажмурилась, но не проснулась.
- Давно не спишь? – раздалось сонное бормотание.
- Всю ночь.
- Ну конечно, - усмехнулась Аннмари и, зарывшись в одеяло поглубже, кажется, вновь погрузилась в сон.
- Поднимайся! - сказал я ей. - Иначе кину в тебя подушку.
Аннмари не отреагировала, и я, предварительно выполнив обещанное, взял рюкзак и вышел из палатки.
Какой же большой ошибкой было покинуть ее, будучи в одних штанах. Потоки холодного осеннего ветра в секунду загнали меня обратно.
- Далеко ушёл? - девушка обхватила меня за торс, и я, согнутый в три погибели, не мог устоять на ногах и повалился на пол рядом с ней.
- Пусти меня, иначе кто в этом доме будет заботиться о нашем завтраке?
- "Доме"! Хотела бы я жить в таком доме. Пущу тебя только тогда, когда ты наденешь кофту.
Холодные руки Аннмари вновь спровоцировали тот самый импульс внизу живота. Я обернулся и, склонившись настолько близко (что она, как мне показалось, перестала дышать), чмокнул ее в кончик носа. Девушка зажмурилась, вокруг ее глаз заиграли мои любимые "лучики". Они сводят меня с ума.
- Если я сейчас не уйду, то не уйду никогда, и мы пропустим наш завтрак, автобус и вообще всю жизнь.
А пропустить завтрак Аннмари, конечно же, не могла. Распаковав наш дорожный гриль-набор, я вылил на угли немного ацетона, развёл огонь и дал ему немного времени на то, чтобы разгореться. В рюкзаке лежали бутерброды. Я открыл ланчбокс - кажется, пропали. Выбросил в отдельный пакет.
Уже не в своём красивом белье, а в тёплой куртке и шарфе ко мне присоединилась Мари.
На обратный автобус нам пришлось поторопиться, он уезжал ровно через двадцать минут после того, как мы закончили завтракать.
Всю обратную дорогу девушка вновь проспала на моем плече. И как она вообще может спать в транспорте? У меня никогда не получалось.
Мы были дома в три. Единственное, о чем я жалел - о том, что вёл себя как ребёнок, дулся на Аннмари и убил на эти обиды часа два нашего путешествия. Но так или иначе, это были самые лучшие каникулы.
- Когда приезжают родители? - спросила...сестра (как же сложно теперь мне будет называть ее сестрой!).
- Завтра утром, кажется.
- Отлично. Тогда приготовим что-нибудь и посмотрим фильм? Но сначала нужно разобрать сумки.
- У меня в таких случаях они ещё неделями лежат в углу комнаты, - хмыкнул я. - Пока остатки какого-нибудь шнитцеля не протухнут.
Девушка пренебрежительно поморщилась.
- Но сейчас мы, так уж и быть, их разберём, иначе мне от родителей влетит. А впрочем... У них самих здесь перманентный свинарник, - с сожалением вздохнул я - это было правдой.
Впрочем, труд по разбору сумок был не таким уж и тяжёлым - быстро доставая из сумки вещи, я раздавал Аннмари приказы о том, что и где должно лежать. Настолько быстро, что девушка едва за мной поспевала.
- Готово! - довольно произнёс я, когда отправил последнюю вилку в раковину. Та издала громкий, оглушительный звон.
- Посуда за тобой. А я сделаю нам сырные рулетики.
При словах "сырные рулетики" я жадно сглотнул слюну. Сырные рулетики были самым лучшим блюдом из арсенала Аннмари. Ради них я даже готов помыть посуду, что вообще-то делать ненавижу.
- Тебе помочь? - спросил я, освободившись.
- Ты прям как моя сестра. Она тоже всегда стоит над душой, когда я что-то делаю.
- Во-первых, я не стою над душой. А во-вторых, какая ещё сестра, ты же сказала, у тебя их нет.
- Я имею ввиду Джерлинд, она все время приходит и начинает своим писклявым голоском с ещё не совсем правильно и плохо поставленной для ее шести лет речью говорить "Ну мо-ожно я помогу тебе!"
- Улрика все время из-за этого расстраивается. Ко всему прочему, она считает, что Джерлинд вырастет такой же, как и Гретхен - настолько активной, что это зайдёт до границы с невозможностью. Но они сами такого добились, и счастливой их жизнь не назовёшь, - я вздохнул и поспешил сменить тему, мне не хотелось обсуждать жизнь, которая меня, конечно, частично касалась, но лишь частично - у отца теперь ДРУГАЯ семья. - ты называешь ее сестрой. А как меня будешь звать? Брат?
По вспыхнувшим щёчкам Аннмари я видел, что она смутилась. С осторожностью чмокнул ее в макушку. В такие моменты внутри меня все трепетало, мне хотелось целовать девушку ещё и ещё, но я не мог позволить себе сумашествия. Я все ещё помнил, кем являлся.
Скоро тарелка с аппетитными горячими рулетиками заняла своё место на полу. Да, в этом доме телевизор смотрели лежа на полу. Я даже находил это удобным.
Аннмари принесла два одеяла, а я обеспечил нас подушками, не упустив возможности кинуть их в подругу.
- Ты обалдел? Знаешь, Леннарт Тилль, это война!
И, не успев опомниться, я получил подушкой в ответ.
Между нами завязался бой. Для Аннмари он был, конечно, неравным, но она не сдавалась. И, видимо поняв, что подушками девушка меня не возьмет, та пустила в ход щекотку. Нашла мое слабое место, чертовка! Щекотки я боялся, наверное, больше всего на свете. Взвизгнув что-то нечленораздельное подобно резаной свинье, я кубарем откатился в другой конец дивана. Но от Аннмари это меня не спасло. Подавив в себе всякие надежды сдержать смех, я просто пытался откинуть ее от себя. Дети.
В какой-то момент мне это удалось, и, тем самым моментом ловко воспользовавшись, я схватил девушку за руки и откинул их назад. Теперь она в моем плену. Взяв ее запястья в одну руку, я применил ее же оружие другой.
- Напрасно. Я не боюсь щекотки.
Правда – сколько бы я ни старался, на лице девушки не отразилось ни единой эмоции.
- Тогда у меня есть кое-что получше.
И, прежде чем Аннмари успела что-то сообразить, я накрыл ее губы поцелуем. Оружие сработало. Девушка вцепилась в мою футболку, но не пытаясь отбросить меня, а наоборот, притягивая к себе. Я отдавался этому поцелую со всей страстью, которая скопилась во мне. Моя холодная рука пробралась под ее кофту и теперь скользила по спине девушки, заставляя ее тело извиваться. Только с Аннмари я впервые познал, что такое желать девушку. И что такое сдерживать свои желания. Но даже просто целуя ее, я был бесконечно счастлив. Мои губы скользили по ее шее и скоро вновь соприкоснулись с губами, такими нежными и мягкими.
Внезапный хлопок вернул меня на землю. Я тут же оторвался от Аннмари и повернул голову, слегка приподнимаясь на руках. Увиденное заставило перевернуться весь мой мир. В проходе стояла Гретхен. Она все видела.
~