Глава 8
Роуз
Крутящиеся мысли о разговоре Гарри и Джесси прекратились, после обидного жеста Гарри. Он ушел, захлопнув за собой дверь, после того как мою ногу ранили стрелой, скорее всего, люди его отца. Я знаю, что моя рана не его вина, но он мог дать мне немного сочувствия, вместо того, чтобы изображать из себя сволочь?
Что за чушь я несу; мы же говорим о Гарри.
Мальчике без чувств.
Я чувствую, что в нем отсутствует сочувствие. Он держит меня рядом так долго, то ли он насмехается надо мной или просто раздражает. Я не могу отрицать свою симпатию к нему, но я никогда не смогу сказать ему это в лицо.
Гарри не способен любить кого-либо.
И все же я не могу утверждать о любви, но я точно знаю, что Гарри не допустит кого-то близко к себе из-за его строгого отношения. Он не умеет испытывать эмоции, или даже как похвалить кого-то другого. Он просто бессердечный, каким будет всегда.
Дверь скрипнула, отчего все мои негативные мысли о Гарри разлетелись. Боже, столько противоречивого в этом парне. Такая красивая тайна, скрытая под маской агрессии.
Я повернула голову и увидела Гарри, но потом я присмотрелась и заметила карие глаза. Мои губы дернулись, мой разум все еще ждет, когда Гарри вернется, но Джесси блеснул мне своей искренней улыбкой. У меня было столько вопросов, и я молюсь, чтобы он был противоположностью Гарри и дал мне ответы.
— Хей, — сказал он мягко и сел на край кровати. — Как ты себя чувствуешь?
Я пожала плечами. — Измученно, морально уставшей, страдающей —
Джесси хмыкнул, поднимая руку вверх, чтобы остановить меня. — Я все понял, любовь.
Мое сердце сделало небольшое сальто при слове «любовь», вышедшего из уст Джесси, но это все равно не звучит так сладко, как бы звучало от Гарри. Гарри использовал это слово, чтобы поиздеваться надо мной, но это имело на меня опьяняющий эффект.
— Прости. Я не хотела говорить ерунду, — пробормотала я, заламывая пальцы.
Джесси улыбнулся. — Это не проблема, Роуз. Я вообще-то пришел сюда, чтобы узнать, может... я не знаю... ты не хочешь потусоваться?
Я подняла бровь, упорно смотря на бинт на моей ноге, прежде чем перевести взгляд на Джесси.
Он облизал губы. — Да, это может стать проблемой. Но я могу отнести тебя на улицу, и мы могли бы поговорить, сидя на траве? — его губы скривились в небольшой улыбке. — Я хочу познакомиться с девушкой моего брата и препаратом его счастья в этом бардаке.
Сарказм был очевиден, и я хотела спросить о каком «бардаке» он говорит, но тут же откинула эту мысль. Вместо этого, я задала другой вопрос, который крутиться в моей голове. — Джесси, как ты можешь прикасаться ко мне, а Гарри не может?
Джесси поджал губы и взглянул на мой браслет, прежде чем снова встретиться со мной взглядом. — У Гарри есть зло в крови, Роуз. Твой браслет явно защищает тебя от этого. Видишь ли, он получил большую часть генов нашего отца, в то время, как я получил больше маминых.
Мои глаза расширились от осознания. — Ты имеешь в виду, что твоя мать была белой ведьмой, а твой отец — черной?
Джесси кивнул и посмотрел в окно, кусаю щеку изнутри. — Да, но давай не будем говорить об этом. Это совершенно другая история и я не в настроении для ее рассказа.
Я фыркнула. — Да, сходство между тобой и Гарри не только во внешности.
Джесси дал мне кривоватую улыбку. — Что я могу сказать? Братья думают одинаково. — Он встал, просовывая руку под моими коленями. — Снаружи хорошо. Лучше подышать свежим воздухом, чем сидеть здесь в душной комнате.
Я улыбнулась ему в знак благодарности, когда он поднял меня как невесту, но я вздрогнула, когда мои ноги были слишком сильно согнуты. Он быстро извинился, а потом осторожно понес меня по коридору к заднему двору. Мои брови нахмурились. Где все? Где Гарри? Эти два вопроса я задала Джесси.
— До сих пор на охоте, а Гарри... — Джесси вздохнул и покачал головой, аккуратно кладя меня на траву под деревом. — Он подавлен гневом, чтобы понимать, что он делает.
Я нахмурилась. — Что ты имеешь в виду? Куда он делся?
Джесси сел рядом со мной, опираясь на ладони. — Он сказал, что ему нужно погулять. Он, наверное, взрывает сейчас какие-нибудь случайные вещи, пока мы разговариваем. — Он усмехнулся.
Поджимая губы, я взглянула на Джесси и сказала: — Есть причина его... агрессии... не так ли?
— О, определенно. Но это не моя история, чтобы рассказывать ее, Роуз.
Я кивнула, чувствуя уважение к Джесси, потому что он так заботиться о своем брате. Приятно знать, что он не ходит и не кричит о тех вещах, которые люди хотели бы скрыть. Я почувствовала странное чувство доверия к Джесси, но лекция Гарри о доверия к людям всплыла в моей голове. Опять же Гарри, он не способен на доверие или эмоции, даже если бы я дала ему пощечину.
Комфортная тишина охватила нас, ветерок щиплет кожу, и большие дубовые листья защищают нас от горячего солнца. Приятно находиться на улице в такой погожий день, даже если час эта идея не была привлекательной. Удивительно, насколько быстро может меняться настроение.
— Роуз, можно тебя спросить?
Я взглянула на Джесси: ветер ворошил его вьющиеся волосы и заслонял лицо. Я поняла, насколько он был красив с его карими глазами и кривоватыми губами, но даже со схожей характеристикой, Гарри лучше. Может, это из-за его зеленых глаз, которые очаровали меня так сильно, но Гарри идеально подходит под определение совершенства.
— Конечно, — сказала я, пожав плечами.
Джесси посмотрел на меня. — Что ты делаешь в лесу?
Уголки моих губ мгновенно опустились вниз, так же, как и я отвела взгляд от него, глядя прямо перед собой. — Видимо ты не можешь читать мысли по глазам, как твой брат, да? — Я пыталась говорить в шутку, но Джесси лишь покачал головой. Я вздохнула, проводя рукой по волосам. — Эта история, которую я не в настроении рассказывать.
Джесси усмехнулся. — Используешь мои слова против меня, а?
— Ну конечно, — поддразнила я с улыбкой.
Джесси хмыкнул, качая головой от удивления, прежде, чем мы услышали шорох среди деревьев. Он нахмурился, садясь прямее, как будто готов броситься на все, что мешало нам на пути. Мое сердце в груди набрало темп, опасаясь того, что мне ранят и вторую ногу. Мне не надо ампутировать обе ноги.
Еще два шороха из куста и...
Выбегает рассерженный Гарри.
— Почему, черт возьми, Роуз вышла из дома? — рявкнул он, топая по направлению к нам, его суровый взгляд бросал кинжалы в брата.
Джесси закатил глаза, расслабляясь. — Ей нужен свежий воздух, Гарри. Она не может оставаться взаперти.
— Она должна отдыхать, Джесси. Рана в ноге может ухудшиться —
— А тебя это волнует? — Я удивила их обоих, спросив это с поднятыми бровями.
Гарри разбушевался и скрестил мускулистые руки на груди. — Это были не мои слова, Розали. Если ты хочешь, чтобы твою ногу отрезали из-за попавшей туда инфекции, будь моим гостем. Я просто не хочу быть той жилеткой, когда ты будешь выть, как ребенок.
Я усмехнулась. — Ты невероятный, Гарри.
— Спасибо, — огрызнулся он с сарказмом.
— Давайте вы остановитесь, ладно? — Джесси поднял руки вверх, смотря на нас обоих. — Вы ссоритесь, как пятилетние.
— Мы не пятилетние, — пробормотали мы с Гарри вместе. Наши взгляды встретились, но я нахмурилась и отвела взгляд. Я все еще зла на него за его незрелое поведение.
Джесси просто рассмеялся, качая головой на нас обоих. Он поднял глаза к небу, но я все еще чувствую взгляд Гарри на себе. Мне все равно; я не буду смотреть на него. К счастью, Джесси снова заговорил, чтобы нарушить молчание: — На улице темнеет. Мы, вероятно, должны занести тебя в дом, Роуз.
Джесси встал и подошел, но Гарри одернул его за руку. — Подожди. Я просто... хочу поговорить с Роуз, Джесси.
Как будто спрашивая разрешения, Джесси посмотрел на меня и я пожала плечами. Вздохнув, он кивнул, прежде чем покинуть нас обоих. Гарри колебался, перед тем как сесть на траву рядом со мной, облизнув губы, он поставил локти на колени, а потом сложил их вместе. Он молчал очень долгое время.
— Прости, — наконец прохрипел Гарри, избегая зрительного контакта.
— За что? За то, что ты кретин все время, или ранее, или за будущее?
Гарри издал тихий смешок. — Все три. Это получается не специально, я клянусь.
— Но мне все равно больно, — наполнила я ему.
Гарри вздохнул, проведя рукой по волосам. — Да, я понимаю. Прости, Роуз, все в порядке? Слушай, я никогда прежде не извинялся, и я очень стараюсь. Я не хочу казаться высокомерным ублюдком все время. Я просто тот, кто я есть.
— Я понимаю это, Гарри. Но все, что я сказала тебе — это то, что доверяю тебе, а ты облил меня дерьмом. Зачем все это?
Гарри напрягся при слове «доверие» и покачал головой. — Хватит говорить об этом, Роуз. Ты не можешь верить чужим.
— Серьезно? — Я проворчала, наклоняясь к нему. — Я знаю тебя почти неделю, а ты называешь себя чужим?
— Ты что-нибудь знаешь обо мне?
— Ну, нет, но —
— Тогда я чужой.
Я фыркнула, сложив руки на груди. — Можешь ли ты мне рассказать что-нибудь о себе? — я спросила вполголоса, зная, что я пошла на риск.
— Я идиот. — Гарри сказал с самодовольной улыбкой.
— Я уже знаю это, — я пробормотала, закатывая глаза.
Гарри рассмеялся, а затем поджал губы в раздумьях. — Хорошо, Розали. У тебя есть один вопрос, так что выбирай его мудро.
Набирая воздух в щеки, я прошлась по списку вопросов в моей голове. Каждый раз, когда я спрашивала их, Гарри делал саркастическое замечание, либо просто игнорировал меня. Прямо сейчас у меня есть огромная возможность, но я понятия не имею о чем спрашивать. У меня есть бесчисленное количество вопросов для этого мальчика.
Прежде чем я смогла себя остановить, слова вышли из моих уст: — Почему ты так жесток к Белым Ведьмам?
Гарри застыл, а после неловко ерзая на траве рядом со мной. — Выбери другой вопрос, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, явно встревоженный вопросом.
Но я упряма и не позволю этому уйти. — Нет, Гарри. Ты обещал мне ответить на вопрос, и вот оно.
Гарри прикусил губу, глядя в сторону от меня. Я подумала, что он снова проигнорирует меня, но потом он заставил мои глаза расшириться, когда ухватился за подол своей футболки. Мои щеки мгновенно вспыхнули, я отвела взгляд, но краем глаза видела, как он снимал ткань через голову. Мои глаза бесстыдно оглядели его подтянутое туловище, увидев тату в виде бабочки и двух ласточек парящих на груди. Его левая рука была почти полностью заполнена татуировками. Этот парень явно одержим ими.
— П-почему ты снял рубашку? — Пробормотала я глупо.
Гарри дерзко улыбнулся мне. — Не похоже, что ты возражаешь; твой взгляд практически изнасиловал меня.
Мои щеки нагрелись еще больше, а глаза вылезли из орбит. Но Гарри только усмехнулся и повернулся, показывая свою спину. Мое сердце сжалось от увиденного.
Шрамы — множество шрамов.
Мои губы раскрылись, когда я подумала, что они были оставлены хлыстом. Но были и другие царапины, раны, но большинство, скорее всего, были от порки.
Я не полностью обдумала свои действия, но моя рука уже потянулась к шрамам. Гарри резко вздохнул, будто я причинила ему боль, но прежде чем я успела убрать руку, его плечи расслабились. Я тщательно осмотрела каждый след, но почти не задевая, чтобы не обжечь его. Бог знает, почему он не разрешает снять этот чертов браслет.
Наконец Гарри оглянулся на меня через плечо, мягкий вздох печали вышел из его рта. — Они отвратительны. Я знаю.
Я нахмурилась. — Нет, я так не считаю.
Гарри повернулся и моя рука упала ко мне на колени. Он взял свою рубашку обратно, как будто она его защитит. — Не лги мне, Розали. Я знаю, что они ужасны, все нормально.
— Гарри, посмотри на меня.
Нерешительно он посмотрел на меня и я увидела грусть в его изумрудах. Было столько эмоций за этими глазами, что мне было сложно оставаться в своем уме и держать ход своих мыслей. Он выглядел таким жалким, и все, что я хотела сделать — это утешить его; но его чертова осторожность и мой браслет стояли на пути.
Я дала ему мягкую улыбку. — Я думаю, что они прекрасны. — Его глаза расширились, но он пытался скрыть это. Но я бессвязно продолжила. — Они часть тебя, так же, как... мои являются частью меня.
Гарри быстро повернул голову, смотря на мое запястье, но я одернула рукав. Он крепко сжал глаза, качая головой. — Ты не должна делать это с собой, Роуз.
— Я знаю это сейчас, но тогда я точно не думала, — сказала я ему со вздохом, прислонившись спиной к дереву. — Твои шрамы делают тебя, Гарри. Я не думаю, что они уродливы, и я думаю, что ты должен рассматривать их как... тигровые полосы.
Гарри поднял бровь, а небольшая улыбка украсила его губы.
Мое щеки покраснели и я застенчиво улыбнулась. — Да, тигровые полосы. Чтобы показать насколько ты храбрый и мужественный ты должен пройти через такие ужасные вещи.
Гарри уставился на меня, его улыбка все растет, а я поднимаю брови. Он усмехнулся, качая головой, будто от неверия. — Иногда я задаюсь вопросом... — Гарри сделал глубокий вдох, как будто боялся продолжить. Но когда он сделал это, клянусь, мое сердце растаяло под ребрами. — Иногда я удивляюсь, за что я получил такое благословение в роде тебя, Розали. Ты действительно удивительная.