17
Люк провел с Майклом не просто всю ночь, а всю следующую неделю. Сначала через пожарную лестницу, потом - через входную дверь. Потому что соседи тоже имеют глаза и рот, чтобы сообщить Карен о сомнительных гостях ее сына.
Майкл все еще не знал, где был его загадочный друг все это время, да и спрашивать не хотелось; они смотрели фильмы, пили зеленый чай (хотя Люк всем сердцем его уже ненавидел) и ели ворованные батончики для похудения с йогуртом и клубникой. Их обычные разговоры строились вокруг музыки и сюжетов кинолент, но ночью, когда блондин якобы уходил из дома Клиффордов и вновь карабкался по старым ступеням, они обсуждали слишком тяжелые для Майкла темы: его нездоровость, ненависть к единственным близким друзьям и синяки на шее. Последнее Майклу даже не надо было скрывать, потому как с появлением нового приятеля Карен заходила к сыну редко. Это может и играло тому на руку, но он чувствовал детскую обиду на отсутствие материнской тревожности.
Люк, как неумелый психолог, пытался выяснить причины недугов друга, однако получал лишь порцию душевных терзаний из-за вытекающих симптомов: психосоматика, ненависть к себе, саморазрушение. Он не мог представить, что плачущий мальчик у пруда переживает серьезные триггеры. Майкл в свою очередь не мог понять, как Люк оставался таким черствым по отношению к нему. Пожалуй, все, что говорило о небезразличии парня - объятия, которые тот дарил во время слезных воспоминаний о привесах и греховной зависти к девочкам.
В один день прямо посреди ночи зазвонил телефон Люка, и тот еле успел ответить, пока трезвон не разбудил старшую Клиффорд.
- Я приду домой завтра... Я в порядке, пожалуйста, не беспокойтесь. Я приду к полудню.
Майкл смотрел на того с легким беспокойством, лежа на боку в слишком тесном постельном одеянии (они делили одно покрывало на двоих, что было необычно, ведь на улице несусветная жара) и почти сразу с окончанием звонка спросил:
- Это твои родители?
- Типа того, - впервые с их первой ночевки блондин по-собственнически обнял Майкла, и тот почувствовал резкий прилив чувств. Боясь даже подвинуть головой, он лежал в неестественно зажатой позе и тихо наслаждался излюбленным ароматом теплого тела.
Быстро наступившее утро заметно ухудшало настроение обоим; растрепанный Клиффорд сидел на еще теплой постели и наблюдал за торопившимся парнем, чувствуя грусть. Второй тоже особого восторга от ухода не испытывал, уныло натягивая относительно новые кеды. До полудня оставалось около часа.
- Может, я пойду с тобой? - наивно возложил попытку Клифф. К его удивлению, Люк подумал несколько секунд и неуверенно ответил кивком, - Правда?
- Да, никто не будет против.
Попутно сообщая матери о своих планах, Майкл выбежал через парадную дверь и столкнулся носом с грудью возлюбленного, счастливо улыбаясь.
За долгой прогулкой и разговоре ни о чем Майкл даже не заметил, как они дошли до дома. Вот только этот дом кардинально отличался от того, где они ночевали в прошлый раз.
- Разве ты живешь тут? - уточнил парень, щурясь от утреннего солнца. Спину припекало от надетой поверх футболки черной кофты.
- Да, теперь живу тут, - сказал тот, идя по подъездной дорожке.
- Но почему.., - Майкл не успел задать вопрос, как распахнулась дверь и на пороге появилась худая рыжая женщина в бежевом фартуке, одновременно очень обозленно и обеспокоенно смотря на блондина.
- Скоро приедет проверка, а тебя нет дома! Ты бы хоть предупредил, что уходишь!
- Я пришел вовремя, так что на данный момент все в порядке, - он поднялся на крыльцо и принял объятия от женщины, - Я с гостем, его зовут Майкл. Мы старые знакомые.
Сам Клиффорд, неловко стоявший до этого за Люком, старался мило улыбнуться и махнул рукой в знак приветствия. Женщина изменилась в лице и пропустила всех через порог, попутно представляясь.
- Меня зовут Лилиан, так и называй меня! Рада, наконец, познакомиться с другом Люка, - она активно затрясла руку парня своими двумя в приветственном жесте, сказав что-то о почти готовом обеде и упорхала вглубь. Вокруг стояла суета и многочисленные детские голоса, которые сбивали с толку.
Люк, не теряя времени, потащил Майкла на второй этаж в светлый коридор комнат, и завел в самую ближнюю. Когда Майкл уже заходил, то краем глаза заметил выходящую из дальней двери девочку лет двенадцати с угольными волосами.
- Что за проверка? - сразу поинтересовался он, прикрывая за собой дверь, - И кто та девочка?
- Органы опеки. Они приедут проверять как я живу в новой семье, - Люк вздохнул, явно не желая выдавать все подробности, - Девочку зовут Алиса и она моя приемная сестра.
Клиффорд впал в ступор, не совсем понимая суть происходящего.
- А как же твоя старая семья? Что с ними случилось?
- Они вернули меня, потому что я оказался слишком неусидчивым. Меня не было, потому что я был в детской тюрьме и не имел возможности сбежать. - Люк присел на кровать и похлопал рядом с собой. Майк прилег на его пружинную постель и положил голову на колени друга.
- Сколько же тебе лет?
- Семнадцать. Лилиан взяла меня под опеку до моего совершеннолетия.
- И сколько тебе осталось?
- Год.
Майкл задумчиво отвел взгляд и взял руку парня, положив ту себе под щеку. В его голове вертелось много вопросов, но задавать их казалось так неуместно. Постепенно положение обоих стало горизонтальным и Клифф вновь оказался под крылом возлюбленного, уложившись на его плечо. Разговоры оставили на потом.