Part II
Если человек твой, то не важно с кем он и где, ведь если любит, не позволит беспокоится о таком.
******
Я стояла минут двадцать в глубочайшей потерянности, будто вокруг меня ничего нет, а есть только эти фотографии и свечи. Чувство безысходности теперь постоянно со мной. Все вокруг твердят, что я справлюсь. Они не понимают меня. Да, возможно из всех ситуаций есть выход и можно найти хоть какое-то решение, но как справится со смертью? Это единственная безвыходная ситуация, с которой невозможно справится или что-то решить. Я уже забыла то чувство радости, которое так часто раньше испытывала или какое-нибудь ещё чувство, кроме скорби. Ко мне подошла Бетани и обняла, будто привела меня в чувства.
- Лина, он такая же эгоистичная сволочь, как и остальные парни, не стоит так убиваться из-за этого придурка, - умилённым голоском высказалась она. Я резко откинула её руки от себя. Теперь я понимаю, что могу ещё испытывать сумасшедшую злость. - Закрой свой рот и только попробуй ещё что-нибудь сказать о нём. Иначе я сама заткну тебя!
Мои глаза просто налились злостью из-за этой дряни, которая выступала в роли моей «подруги». Теперь она ошеломленно смотрит на меня, будто не ожидала такой реакции. Я поправила свои волосы и направилась к классу. Я села за парту и достала свою тетрадь. Учитель уже начал урок, но я не могу выбросить из головы Джордана. Я начала делать всяческие зарисовки и писать его имя. Воспоминания о нём стали настолько отчётливо появляться в моей голове, я поняла, что сейчас сорвусь. Я с грохотом встала из-за своей парты, с неё упала книга. Долго не думая я вылетела из класса и пошла в уборную. Ненавижу, когда мне приходится поднимать глаза вверх, пытаясь не дать слезам очутится на моих щеках. Я добегаю до умывальника, становлюсь перед зеркалом и понимаю, что уже задыхаюсь от своих слёз. Я судорожно высыпала таблетки на руку и еле проглотила их. Мне пришлось опереться на умывальник, потому что я чувствовала, что сейчас упаду, если этого не сделаю. Кемерон зашёл в уборную, громко захлопнув за собой дверь. Он повернул моё лицо так, чтобы видеть мои глаза. Он всегда смотрит в глаза, когда что-то начинает говорить.
- Тебе плохо? - спросил он. Я увидела, как его дыхание участилось.
- Нет, всё в порядке, - отвернулась я.
- Слушай, я вижу как тебе плохо! Тебе стоило ещё немного побыть дома, вдали ото всех.
- Я справлюсь с этим, мне не нужны няньки вроде тебя, - язвительно высказалась я. На его шее вены начали пульсировать намного быстрее.
- Я вижу, как ты справляешься, особенно количество таблеток, которое уходит у тебя в день, говорит о том, что ты со всем прекрасно справляешься!
- Да, мне плохо... Плохо! Ты ведь это хотел услышать? Так ты добился этого! Я всё время вспоминаю Джордана, здесь всё напоминает о нём! И да, я не могу справиться с этим, это так! - мои ноги подкосились, я упала на колени, начав реветь взахлеб.
Кемерон поднял меня и обнял.
- Тише, всё будет хорошо, прости меня. Он тоже мне был другом, нам всем его не хватает, - говорит он, поглаживая меня по голове.
Спустя минут десять мы вышли из уборной. Я отвернулась, проходя его шкафчик, и посмотрела на брата. Он только кивнул мне. Мы зашли в класс. Я подобрала книгу и села за свою парту, попросив прощения у мисс Эйдриан за своё поведение. Оставшийся урок я сидела и считала каждый свой вдох, чтобы окончательно успокоится. Прозвенел звонок, и мы с братом вышли из класса, направившись в столовую. Около столика нас уже ждали друзья Кемерона, они же и друзья Джордана. Картер, Чейс, Кемерон, Винсент и Джордан были лучшими друзьями с начальных классов. А теперь у них в компании минус один. Все ушли за едой, а Чейс остался со мной.
- Садись сюда, теперь это место свободно, - указал он на место Джордана и грустно улыбнулся.
- Да, спасибо, - улыбнулась я, - Как ты вообще?
- Мы стараемся справляться, всё по-старому, но и уже не так, как было раньше.
- Ты тоже это заметил. Ну ничего, я уверена, что скоро вернётся тот пошлый Чейс, которого все знают, - попыталась разрядить обстановку я.
- Это неизменно. Лина, верно подмечено, - посмеялся он, - А ты как? Всё в порядке? Ты мне не внушаешь спокойствия после того, что было в классе, - взглянул он на меня.
- Всё в порядке, уже. Мы с Кемероном поговорили, мне стало легче, правда, - кивнула я, - Просто сегодня день не из лёгких выдался для меня.
- Сейчас всем нелегко, хоть и прошло уже около трёх недель, как его не стало.
- Ты прав, но этого недостаточно. Я даже не уверена, что спустя несколько лет я буду в порядке, что уж там говорить о каких-то трёх неделях.
- Вам с братом сейчас хуже всех, ведь спустя четыре дня, после смерти Джордана, вы похоронили свою мать, - заглянул он мне в глаза с сожалением.
Сейчас почти все люди смотрят на меня и на брата с сожалением. Это самый ужасный взгляд, с каким только можно смотреть на человека. Меня спасли от разговора про маму Кемерон и его друзья, которые уже подошли с едой. Иначе бы мне пришлось опять прочувствовать всё ужасное на себе. Хотя, когда он только сказал про маму, уже тогда моё сердце замерло на несколько секунд.
- Не заскучала тут с ним? - подмигнул Винсент мне.
- С ним не заскучаешь, - улыбнулась я, - А вы, я смотрю, набрали столько еды, как будто слонов собрались кормить.
- Лина, мы же растущие организмы, - посмеялся брат, - Тебе, кстати, тоже не мешало бы поесть, в противном случае у меня будет не сестра, а призрак.
- Я не хочу кушать, потому что мне ещё хочется влезать в двери, в отличие от некоторых, - посмеялась я.
- А я спортсмен, так что не влезать в двери мне не грозит, - сказал он, продолжая кушать.
- Кемерон, твоя сестра в отличной форме, не придирайся. Кушай и молчи, вдруг подавишься ещё, - сказал Картер, постучав Кемерона по плечу.
- Я пойду, возьму себе сока и вернусь.
Эта компания даёт мне ощущение жизни, мне необходимо быть с ними, да и приятно с ними находится. Не зря Джордан о них так хорошо всегда говорил. И меня всегда удивляло то, что я ни разу не видела их друг с другом в ссоре. Я взяла стакан сока и уже собиралась идти к своей компании, но мне посчастливилось пересечься с лучшей подругой Джордана.
- Привет. Не могу сказать, что в восторге от того, что вижу тебя. Видимо ты ещё не убралась из этой школы, а пора бы уже.
- Оставь свои советы при себе, Триш, - начала уходить я.
- Куда ты собралась? Я ещё не закончила!
- А я закончила, - развернулась я.
- Тебя ещё не сожрала совесть? Это же ты, потаскушка, виновата в смерти Джордана! Это к тебе в тот вечер ехал он, а утром его машину нашли разбитой на обочине дороги!
Она подняла такой гул, что все в столовой начали пялиться на нас.
- Сейчас же закрой свой рот! Если тебе некого винить в его смерти, то это твоя проблема и не нужно впутывать меня. Ты это уяснила?
- Да ты спала со всеми вокруг, когда была с ним. Терпеть тебя не могла, хоть после его смерти мне не нужно скрывать это.
- Хватит нести чушь, шваль! - я сжала кулак.
- И да, ему больше нравилось в постели со мной, а не с такой потаскухой, как ты!
Я понимаю, что моим эмоциям нет предела, я не смогу просто развернутся и уйти. Я сжала зубы и врезала кулаком по лицу Триш. У неё из носа хлынула кровь и к ней все подбежали. Ко мне подбежал брат и отвёл в сторону. Все вокруг смеялись и кричали, им понравилось, что я ударила эту дрянь. Моя голова разрывалась от миллиона звуков, которые отовсюду доносились. Я схватилась за голову и едва себя сдерживала, чтобы не закричать. Кемерон пытался привести меня в чувства. Он всё время поворачивал мою голову на себя, чтобы я не смотрела по сторонам. Он смотрел в мои глаза и твердил: «Всё в порядке, Лина, я рядом». Моё внимание привлёк мистер Смит, наш директор.
- Элина Коррингтон и Триш Палмер ко мне в кабинет, живо! - донёсся крик у входа в столовую.
Я попыталась взять себя в руки, но перед глазами всё мелькало. Закрыв глаза, я почувствовала, как слеза скатилась по лицу. Сделав глубокий вдох, начала идти в кабинет к директору, кивнув Кемерону, дав понять, что я в порядке. Уходя из столовой, я посмотрела за наш стол, все парни стояли около него, переполошившись. Через несколько минут я уже стояла перед директором. Период времени, когда я шла к кабинету, у меня просто стёрся из памяти.
- Присаживайся, Элина, - указал мистер Смит на кресло.
Мой разум опять затуманен. Всё настолько непонятно. Мне просто хочется в свою кровать. Остаться в темноте, наедине с собой.
- Что произошло во время обеда? Почему ты ударила Триш? Она сейчас у врача на первом этаже, получила сильную травму, - он был в замешательстве и нервно елозил свой галстук то в одну сторону, то в другую.
- Она спровоцировала меня, - резко ответила я.
- Элина, это не повод проявлять насилие. Что с тобой случилось? Я помню тебя безобидной девушкой, у которой не было ни с кем конфликтов, никогда.
- Это личное и я не должна рассказывать вам об этом. - И что ты мне прикажешь делать в этой ситуации? Мне нужно оповестить её родителей об этом и твоих в том числе.
- Мне всё равно, что вы будете делать. И да, попросите её родителей, чтобы научили её разговаривать с людьми. Чтобы в следующий раз она попридержала свой грязный язычок. А вот до моего отца вы не сможете дозвониться. Он в командировке и вряд ли ответит на звонок.
- Твои личные проблемы не должны влиять на отношения с учениками. Если такое повторится, то я отправлю тебя к школьному психологу, - он начал копаться в бумагах.
- Мне и своего хватает, спасибо, - встала я.
Школьный день, наконец, подошёл к концу, но теперь мне нужно сходить к своему психологу. Я всегда с призрением относилась к тем, кто промывает мозги, а типичные психологи только это и делают. Но мне приятно было общаться со своим, так как она всегда понимала меня. Я могу рассказывать ей всё так, как своей близкой подруге, это мне и нравится в ней. Сначала мне было трудно привыкнуть к тому, что мне нужно кому-то рассказывать о своих проблемах, а особенно, на тот момент, постороннему человеку, которого я видела впервые. К Никки я ходила уже около года, так как у меня были проблемы в семье, мне казалось, что мне уделяли мало внимания, и я часто ссорилась с родителями. Она мне помогла тогда и помогает сейчас. Никки стала для меня неотъемлемой частью дня и моей жизни, она словно мой дневник, которому я могу рассказать абсолютно всё. Ей двадцать шесть лет, поэтому мы общались всегда на одном уровне. Когда я иду в офис к Никки, то всегда иду по чудесной аллее, которая ещё с детства очень нравилась мне. Правда, когда я иду по ней, то со мной всегда кто-то пытается заговорить. Мне нравится, что я привлекаю внимание парней, но сейчас мне это совсем ни к чему. Даже не знаю, смогу ли я с кем-то быть после Джордана. Я зашла в огромное здание, в котором было множество офисов. Девушка на ресепшене всегда мило улыбалась мне, потом каждый раз спрашивала меня: «Вам принести кофе? Сегодня он чудесен», и каждый день он у неё чудесен. Ей даже в голову не приходило предложить мне чай. Но эта девушка очень вежлива и приветлива, кажется, её зовут Карен. Я зашла в лифт и ткнула на нужную цифру. В этом здании было двадцать семь этажей, а офис Никки находился на двадцать пятом, чёрт возьми. И каждый раз, когда я поднимаюсь в этом лифте, моё терпение находится на грани. Выйдя из лифта, я посмотрела по сторонам, мне показалось, что кто-то смотрит на меня. Последнее время я часто чувствую на себе лишние взгляды. Постучав, я зашла в кабинет. Справа, на стене, весело зеркало в полный рост. Мне нравится заходить сюда и смотреть на себя, в порядке ли у меня причёска или не высунулась ли где-нибудь из юбки моя блузка. Помещение было разделено на две части. Дальняя комната была под кабинет, а основная, словно зал для отдыха. В кабинете Никки только отмечала мой приход, а потом мы сразу же переходили в «зал отдыха». Никки увидела меня и сразу отметила мой приход.
- Садись на диван, я сейчас подойду, - донёсся доброжелательный крик из кабинета.
Я села на диван и осмотрелась. Посередине комнаты стояло четыре дивана, как замкнутый квадрат. Сзади дивана, на который я села почти не было стены, она вся была в окнах в длину стены. Напротив окон была стена, у которой стоял камин и два кресла, а сбоку стоял книжный шкаф. Эта комната действительно огромная и тут очень много интересных предметов. Никки любит путешествовать, поэтому у неё много всяких штучек, которые интересно рассматривать.
- Ну что, рассказывай, как прошёл твой день, - уселась на диван напротив она.
- Сегодня было всё просто ужасно. Да, было несколько приятных моментов, но эти моменты покрывает тот ужас который происходил сегодня, - разводя руками и поправляя волосы, рассказывала я.
- Расскажи мне, что происходило, и что ты чувствовала.
- Всё напоминало мне Джордана. Я рыдала взахлёб, мне было трудно дышать, все воспоминания давят на меня, я просто подыхаю изнутри, понимаешь?
- Твои воспоминания никуда не смогут деться, но тебе нужно брать от них только положительные эмоции. Вспоминай это всё с улыбкой, обязательно. Не дай воспоминаниям поглотить тебя, тебе будет только хуже, если ты будешь себя убивать воспоминаниями.
- Я не могу улыбаться, когда все вокруг винят меня в его смерти и говорят, какой он придурок. Сегодня я ударила его лучшую подругу, которая раньше ненавидела меня и ненавидит ещё больше теперь. Она обвинила меня в его смерти и сказала, что я спала со всеми подряд, когда была с ним. А ещё, она сказала, что она тоже спала с ним. Я просто взорвалась от злости и разбила ей нос.
- Если бы я не была психологом, я бы похвалила тебя за то, что ты ей врезала, я бы тоже так сделала. Но тебе нужно контролировать свои эмоции и действия. Потому что под влиянием эмоций ты можешь сделать всё что угодно.
- Ещё я заметила, что у меня появились провалы в памяти. Я забываю некоторые моменты, которые были минуту назад. Я до сих пор не помню, как дошла со столовой в кабинет директора, после того, как ударила Триш.
- Возможно это из-за шока, который ты пережила и нервов.
- Как мне быть дальше? Завтра мне нужно забрать со школы Скай, это младшая сестра Джордона. Что мне ей говорить? Я не сдержусь и заплачу, когда увижу её. Ей всего семь и она столько пережила. Лидия Форд, мама Джордана и Скай, попросила завтра забрать её и побыть немного с ней, пока они не вернутся с работы. Я не могу отказать ей.
- Не держи слёзы в себе, но и не расстраивай ребёнка. Займи её чем-нибудь, что ей интересно.
Мы разговаривали ещё часа два. Мне стало немного легче от разговора с Никки. По пути домой я зашла в коктейль-бар и взяла себе молочный коктейль с клубникой. Он холодный, а когда я его пью, он расслабляет. Придя домой, я увидела, что Кемерона ещё нет. Я залезла в свою сумку за ноутбуком, но там его не оказалось. Я точно помню, что я брала его в школу и положила его в сумку перед столовой. Мне стало не по себе. Перевернув весь дом с ног на голову, я не нашла его, но убедилась в том, что в школу его брала. Завтра нужно будет поспрашивать у учителей, может быть, я где-нибудь его забыла.