Двадцать седьмая
Повезло мне или нет, я не знала, но оказалось, что вакансия уборщика до сих пор открыта. Не сказала бы, что Кир испытал особую радость, узнав, чем я собираюсь заниматься по вечерам, но все-таки взвесив все за и против, не стал особо возражать против моего решения:
− Главное, не запусти учебу, − это волновало его больше всего.
Пообещав брату, что справлюсь со всем одновременно, я попросила его замолвить за меня словечко и попытаться ускорить процесс устройства в их мастерскую. На следующий день после нашего разговора Кир сказал, что обо всем договорился, и мне надо наведаться к его другу, чтоб обговорить все детали. Было не очень понятно, почему именно с ним я должна была обсуждать свою работу, но раз уж мне предстояло общаться на тему трудоустройства именно с этим человеком, пришлось сделать вывод, что Дима занимает гораздо выше должность, чем хотелось. Он явно не был рядовым мастером.
− Как мне кажется, Димон сейчас в своем гараже, сходи и узнай все, − сказал брат.
− К нему в гараж? − я не испытала ни грамма радости. − Ну, ладно. А где он находится?
Брат написал адрес и продолжил:
− У меня нет времени тебя везти, поэтому не задерживайся особо.
− Договорились!
Схватив бумажку, я переоделась в более удобную одежду и выбежала на улицу. Добираться пришлось на автобусе. В данное время весь общественный транспорт был переполнен возвращающимися с работы жителями, поэтому я несказанно обрадовалась, услышав от контролера, что нужная мне остановка достаточно близко. Потратив полчаса на то, чтобы найти среди тысячи гаражей нужный, я растерянно замерла перед слегка прикрытой дверью.
Вот черт. И что мне прикажете делать? Зайти и сказать: «Эй, привет, Димка, дружище! Как поживаешь? Ты знаешь, что я с тобой теперь работать буду? Да-да! Это очень круто! Я рада, что ты обалдел от счастья, узнав это! Юху!».
В этот момент в гараже что-то заскрипело и с грохотом рухнуло.
− Блять! Ай-ай-ай! − угрожающе завопил голос из темноты. − Сука! Как больно.
− Черт, − я не могла остаться равнодушной и, вдохнув как можно больше воздуха, вошла в гараж. − Ау! Фу!
Мою голову полностью опутали какие-то явно не очень чистые тряпки.
− Фе! − замахала руками. Лучше бы я этого не делала. Одна из откинутых мною тряпок не замедлила вернуться и ударить меня прямо по лицу. − Фу!
Преодолев преграду, я протерла руками лицо и осмотрелась. Гараж был довольно большого размера, сюда свободно могли поместиться две машины, да еще и место оставалось. По боковым стенам были развешаны сменные колеса, к дальней стене был прибит стол, который служил подставкой для кучи инструментов, некоторые из которых угрожающе свисали на пол.
Около меня стояло пару ведер, в одном из них была вода, другое же предоставляло уютное жилище для хранившихся там тряпок. Немного левее от входа, вдоль боковой стенки, бурчал холодильник, а еще дальше шумела печка, которая позволяла находившемуся тут человеку не бояться зимнего холода. Как я заметила ранее, гараж был рассчитан примерно на две машины, именно столько тут и находилось. Правда, насчёт второй не смела дать стопроцентную гарантию, она была покрыта тяжелым брезентом, и поэтому оценить ее я не могла никаким образом.
Та, что не была скрыта от глаз, представляла собой «Шевроле» темно-зеленого цвета. Эта машина стояла ближе к выходу, заслоняя собой вторую, при этом у нее было снято заднее колесо. Поднятая домкратом, она нелепо замерла в перекошенном состоянии. Видимо, что-то пошло не так, и колесо, которое должно было быть насажено на машину, лежало в стороне. Парень, возившийся с ним, потирал явно ушибленную руку.
− Фак! Как я умудрился? − Дима поднес руку ко рту и повернулся к выходу. − Берг?
Впервые я смогла застать его врасплох. Дима удивленно уставился на меня, но не переставал лелеять ушибленную руку в другой ладони.
− Ты что тут забыла?
Не знаю, как это можно объяснить, но я сразу же почувствовала, что вот он, такой, какой есть на самом деле, а до этого была маска холодного идиота.
Эта неподдельная обида на ударившее его колесо, это искреннее удивление! А этот добрый, живой, пронизывающий насквозь, увиденный мною впервые взгляд? Ого!
Он подошел ко мне и повторил свой вопрос:
− Ты вообще откуда? Как сюда попала?
− Я? Я вообще-то пришла к вам на работу устраиваться.
− К нам? − видимо, у него начался мозговой процесс.
Вдруг он ехидно улыбнулся и засмеялся. От былого человека не осталось ни следа. Он вновь стал прежним. Прежним дебилом.
− Ха-ха-ха! Хочешь сказать, это ты та самая идиотка, которая вздумала у нас поработать?
− Что в этом смешного?
− Ха-ха-ха! Ничего! Ха-ха-ха! − он продолжал угорать. − Ясно! Кир не предупреждал. Он, конечно, сказал, что кое-кто выразил желание, но не уточнил, что это ты. Черт, я же ему уже пообещал. Он специально не сказал, что это ты, а то я бы послал его далеко и надолго.
− Пф! Можешь меня не пугать этим.
− Да? Ха-ха-ха! А что так? Ты не из пугливых?
− Пошел ты. Я вот лично не понимаю, почему это должна именно с тобой об этом говорить.
− Ну как же? Я ответственный за набор персонала, − пожал плечами Дима и направился обратно к машине.
− М-м-м... ну, ладно. Так и что? − я пыталась сдержать все свои мысли по поводу того, кем он является. Надо быть ласковой и спокойной. Мне же это надо.
− Ну... − Дима поставил валяющееся колесо вертикально. − И сколько ты планируешь работать?
− До Нового года! Могу прям до тридцать первого, если надо.
− А потом что? Потом уходишь? И нафиг мне временный рабочий?
− Ну, наверное, потому, что даже такого у тебя нет.
− Ха-ха-ха! − он оглянулся на меня. − Сколько ты хочешь получать?
− Я? − черт, это были какие-то странные вопросы. Я не была к ним готова, потому что по своей детской глупости не подготовилась и только сейчас осознала, что даже толком не представляю, сколько получу.
− Ты, ты! Ты что, даже примерно не ориентируешься?
− Ориентируюсь, конечно! Я не идиотка, − огрызнулась я. − А сколько мне положено? − как бы невзначай поинтересовалась я. − Я сравню со своими желаниями.
− Ты, я смотрю, совсем не далекого ума. Ха-ха-ха!
− Да пошел ты!
− Ха-ха-ха! − он опустился на колени и глянул под машину. − Ты не возникай особо, а то я отправлю тебя гулять.
− Пф, − оставалось лишь прошипеть мне.
− Давай так. Ты, выходит, не так уж долго будешь работать... сейчас посчитаю, − он призадумался. − Получается... я смогу выдать тебе в лучшем случае десятку. Это в самом лучшем. Устроит?
− Десять тысяч?
− Да. Для работы не в полный рабочий день, а лишь по вечерам, это очень неплохо, тем более не умственный труд.
− Окей.
− Завтра тогда ждем тебя. Брат тебе более подробно расскажет, что да как.
− Ладно.
Я пошла к выходу, решив, что больше нам разговаривать с Димой не о чем. Он окликнул меня, когда я уже шла по дороге:
− Берг, погоди, − он вышел наружу и подошел ко мне.
Несмотря на окружающий свежий воздух, я почувствовала, как пахнет его одежда, да и он сам был пропитан машинным месивом: бензином, маслом и подобными жидкостями. На лице была засохшая грязь так же, как и на руках, которые он потирал от холода. Волосы, взлохмаченные и запутанные, торчали во все стороны.
− Я что-то запамятовал, это тебе для чего?
− А тебе какая разница?
− А мне интересно, − ухмыльнулся он.
Прекрасно понимая, что злить его не стоит, я почти честно ответила:
− Чтоб иметь возможность подарить подарки близким людям.
− Ха-ха-ха! И все?
− А что еще? − поинтересовалась я.
− Ну, не знаю... твой брат пару раз упоминал о том, что ты любишь лезть не в свои дела. Ладно. И кто эти близкие люди? Я туда вхожу? Ты и мне подарок будешь покупать?
− Ха-ха-ха! Я бы скорее купила мясо собаке, которая меня укусила, − не выдержала я.
− Ты думаешь, десять тысяч хватит на подарок твоему богатому москвичу? Ха-ха-ха!
− А это совсем не твое дело!
− Ну да, конечно, куда мне. Ха-ха-ха! Я вот слышал очень печальную весть, что он будто бы бросил тебя на этот праздник. А ты ему аж подарки даришь!
− Пф. Не бросил, а просто у него не выходит, и он оставил меня лишь на пару дней. Я бы на твоем месте покрывалась потом от зависти, ведь тебя даже оставить на праздник некому, ты и так один! Ха-ха-ха!
− Да ты что? − усмехнулся он. − Ты так думаешь?
− Мне и думать не надо. Это и козлу понятно, кто с тобой вообще свяжется?
− Берг, одно могу сказать, если нашелся человек, способный с тобой встречаться − я боюсь за нашу нацию, − спокойно проговорил он.
− Ты меня специально выводишь? Чтобы потом послать подальше? − разозлилась я. − Так вот, знай: пошел ты в жопу, дружок, но я не поведусь на твои разводы никогда! Ни сейчас, ни в какой любой день!
− Ха-ха-ха! Не зарекайся.
− Так бы и долбанула бы тебя!
− Попробуй! Оп! − он резко и неожиданно махнул передо мной рукой, чтоб я среагировала и стала защищаться от него, а после, подставив мне подножку, усадил в сугроб.
− Ты совсем чокнутый? Придурок!
− Ха-ха-ха! Недолго ты без оскорблений выдержала.
− Идиот! Отпусти меня, − Дима держал меня и не давал вылезти из снега. − Сука, я же простужусь и не смогу работать!
− Ну что ж, мне придется тебя уволить. Ха-ха-ха!
− Пусти!
− Ха-ха-ха!
− Я тебя убью потом!
− Берг, − он присел со мной рядом и взял в руки немного снега. − Я тебе так скажу: мне все равно для чего ты работаешь, надеюсь, кроме как денежной причины у тебя нет ничего за душой, но раз уж я делаю тебе такое одолжение, учитывая наши с тобой отношения, ты будешь обязана сделать кое-что для меня.
− Что же? − я уже устала пытаться встать и сидела с мокрой задницей на верху сугроба.
− Я, конечно, понимаю, тебя парень отшил на праздники...
− Ничего он меня не отшивал! Р-р-р!
− Не перебивай! Так вот! Я не знаю, что ты там придумала, как праздновать...
− Дома! Естественно, я буду дома праздновать! − опять, не сдержавшись, вставила я.
− Как раз таки насчет этого... Кир − мой близкий друг, зная, что ты наверняка будешь со своим москвичом, он принял мое приглашение отпраздновать этот праздник в нашей компании.
− И? Я тут причем?
− При том что теперь, когда ты остаешься дома, твой брат, несомненно, решит составить тебе компанию.
− И что? Тебе что, жалко?
− Да, жалко! Кир работает с утра до ночи, устает он в два раза больше, чем ты, он заслуживает нормальный праздник, а не выслушивание твоих жалоб и плача по поводу умерших родичей.
− Родителей!
− Да все равно кого, − посмотрел он мне в глаза. − Поняла? Я не хочу, чтоб он кис дома в праздник, в день, когда все должны веселиться.
− К чему все это? − недовольно поинтересовалась я.
− К тому, что когда твой брат скажет мне о том, что останется дома из-за тебя, я предложу ему прихватить с собой сестру, а ты, когда он это предложит, как маленькая послушная девочка, согласишься. Поняла?
− Чего? Я не собираюсь праздновать семейный праздник с людьми, которые меня бесят или же которых я не знаю!
− Тогда вали отсюда.
Он поднялся и пошел назад.
− Завтра можешь не приходить, я передам твоему брату, что ты нам не подходишь.
− Какого хрена? − еле-еле выбравшись из снега, я пошла за ним. − Это нечестно!
− Многое в нашей жизни нечестно, чтоб ты знала.
− Ты не имеешь права заставлять меня что-то делать! − я схватила его за рукав.
− А ну отвали! − он вырвал руку. − Не люблю, когда нарушают мои личностные границы!
− Мы уже договорились насчет работы! Ты дал обещание!
− Ха-ха-ха! Ну прости! − усмехнулся он. − Я сейчас закрою ворота, слишком холодно, если у тебя все, то до свидания! Шуруй отсюда!
Он начал медленно прикрывать вход. Черт! Черт! Я его ненавижу! Я-то уже подумала, что он не так уж плох! Как же теперь мое расследование? Как же подарки? О боже! Черт с ним!
− Стой! − пнула я дверь.
− М-м-м?
− Неужели ты не понимаешь, что это слишком по-детски?!
− Ты это мне хотела сказать?
− Ладно!
− Что?
− Хорошо! Я сказала, хорошо! Я соглашусь провести с вами Новый год! Ты доволен?
− Ну, так себе, а теперь повтори это еще раз десять, чтоб на твоем лице сияла правдивая улыбка, − высунулся он наружу.
− Я тебя ненавижу! Так бы и обрезала тебе голову этой дверью! − схватилась я за ручку.
− Давай, детка, повеселее!
− Пф... Кир, я согласна! − по-идиотски улыбнулась я.
− Ха-ха-ха! Порепетируй еще, в общем.
− Сволочь.
− Ты что-то сказала?
− Нет, что ты?
− Ха-ха-ха! Молодец, завтра в шесть как штык, а теперь топай отсюда.
Не сказав больше ни слова, он захлопнул передо мной дверь.
− Ах! Скотина! Чтоб тебя машиной придавало! Чтоб ты лишился всего, чего только можно! − крикнула я.
Сильно замерзшая, я поехала домой, где целый вечер просидела в ванне, отогревая обмерзшую пятую точку.
Потянулись суровые деньки: задания в школе к концу четверти становились все обширнее, после изнуряющего учебного дня я топала на работу к брату, где порой до ужасающей боли в спине терла грязные полы, столы, ну и все остальное. После первых двух подобных дней мне захотелось послать все к черту и заработать, может быть, меньше денег, но зато менее травматичным способом, на что Аверина закатила мне истерику, напоминая основную цель моих действий.
Хорошо ей было рассуждать, она не таскалась, согнувшись с тряпкой до поздней ночи! Между тем, с главной целью за первую неделю у меня было совсем не густо, хоть я, как и предполагала Сашка, имела доступ ко всему, что было связанно с мастерской, мне не попадалось на глаза хоть что-то, способное вызвать подозрение.
Кроме Кира и Димы, в мастерской постоянно зависали самые разные парни, которые общались больше времени между собой, поэтому через пару дней весь мой интерес к ним отпал. Брат со своим другом постоянно копошились в разных углах ремонтной, периодически орали друг на друга, спорили по поводу лучшего оформления доверенных им машин, ну, в общем, разговаривали строго на рабочие темы. Случались моменты, когда парни начинали о чем-то шушукаться, но это было настолько тихо, что я ничего не могла расслышать. Самый привлекательный для меня объект находился на втором этаже, если эту пристройку сверху можно было так назвать. Там находилось нечто, напоминающее бухгалтерию. Все документы, все дневные доходы хранились именно здесь, но как только я поинтересовалась у Димы, стоит ли мне помыть пол наверху, он категорически возразил, сказав, что это его личностное пространство, куда он пустит меня после того, как разберет важные документы. Естественно, после этой «уборки» я нашла там лишь давно сгнивший ошметок от яблока и пару чеков за оплату телефона. Если там и было что-то, меня интересующее, это было хорошо припрятано или же вовсе вывезено отсюда. Однажды произошел неприятный момент. Дима обратил внимание на то, как я тщательно обследую стол, он поинтересовался, на кой мне вчитываться в различные, никому не нужные бумажки. Кое-как выкрутившись, сказав, что у меня просто такая привычка, я стала ощущать на себе его пристальные взгляды.
Летели дни. Новый год все приближался и приближался. Оставалась всего пара дней. Паше приехать так и не удалось. По его словам, он окончательно влип. Отец не отпускал его от себя ни на шаг. Меня это, конечно, расстроило: нам предстояло увидеться теперь лишь в следующем году. Подобное угнетало.
Двадцать девятого числа Дима, когда мы втроем пили чай после закрытия в одиннадцать вечера (мне пришлось пойти работать вместо того, чтобы веселиться на школьной дискотеке вместе с подругой) напомнил брату о том, где ему суждено будет отпраздновать Новый год. Кир весь искривился и попытался сказать, что не сможет оставить в этот семейный праздник сестру одну дома, учитывая, что даже Саша бросит меня и уедет с семьей кататься на сноубордах (что на самом деле было правдой), но его друг был непреклонен. Он предложил нам вместе отпраздновать этот великий день в одном из ночных клубов города, где они с его друзьями уже давно забронировали огромный стол. Кирилл, кажется, догадывающийся, что я вряд ли соглашусь, лишь печально вздохнул и сказал, что как сестра решит, так и будет.
Ну, а мне же пришлось натянуто улыбнуться и почти радостно заявить, что я совсем не против весело потусить с людьми, кажущимися мне интересными. Дмитрий широко заулыбался и хлопнул Кира по плечу, сказав, что его сестра не настолько плоха, как он считал поначалу. Сам Кирилл, по-моему, пребывал в состоянии шока. Да что там, я сама была в почти подобном состоянии: не каждый год ты добровольно уничтожаешь себе праздник по просьбе ненавистного тебе человека. Ну ладно. Теперь мне уже ничего не изменить.
Паша отреагировал на мой рассказ о том, где я справлю праздник совершенно спокойно:
− Главное, повеселись от души! Конечно, не пей так, чтоб потом в голове не было воспоминаний, но оторваться тебе надо! Учеба за эти дни отобрала у тебя много сил!
Я так и не сказала ему, что пошла работать, а свою занятость объясняла плотным графиком дополнительных самостоятельных занятий.
В последний день мы с Сашкой мотались по магазинам, благо, учеба нас оставила, а Дмитрий, выдав мне зарплату раньше обещанного, отпустил на все четыре стороны.
− Ты ничего не нашла, так как не завела с ним дружбу, − гнула свою линию Аверина, которая не могла признать поражение своего плана. − Лишь поэтому ничего не откопала!
− Неправда! Ты не представляешь, сколько времени я вылизывала, высматривала все, что попадалось мне на глаза!
− Значит, оно не там!
− Да ладно? А я-то сама не сообразила!
− Я в смысле... надо быть ближе, ты же сказала, что все самое важное наверху, там и надо было искать!
− Да как? Как я туда попаду, если там все закрыто, кроме времени, когда там Дима?
− Берг, мне тебя притворству учить, что ли? Ты прохалявила две недели! Ничего не сделала! И не надо мне говорить, что мой план идиотский! Стараться надо было!
− Все бесит! Кажется, у меня мозоли от тряпок!
− Со временем привыкнешь.
− Со временем? В смысле? − удивилась я.
− В прямом. Уж не думаешь ли ты уходить оттуда? − кажется, Аверина искренне удивилась.
− Что? Вообще-то, именно это я и собираюсь сделать! Точнее, уже сделала, считай! Что мне там делать-то? Деньги я успешно заработала, на подарки хватит!
− Нет! Ты не уйдешь оттуда без результата! Я бы не ушла!
− Брось! Ты что? Я не смогу больше! Я устала!
− Нытик! Каникулы же!
− Вот именно! Скоро приедет Паша, как я, по-твоему, объясню ему, что вместо отдыха с ним я буду работать уборщицей!
− М-м-м... не знаю, − Аверина рассматривала нижнее белье. − Давай обсудим это после моего приезда, окей? Главное, пока не уходи из мастерской.
− Я подумаю, − мне определенно не нравилась идея с дальнейшей работой.
Решив, что не будем портить себе предпраздничное настроение, мы купили друг для друга подарки и прямо на месте вручили их.
Также приобрели подарки для ее родителей. Еще я купила Киру набор для водителя: большое количество отверток, ключей и еще кучу всего полезного для автомобиля, а еще разорилась на «Киндер-сюрприз», который собиралась вручить его другу в качестве подарка, когда мы приедем в клуб.
− О-о-о... ты невероятно щедра, Берг! − увидев шоколадное яйцо, захохотала Саша.
− Думаешь, слишком дорого для него? − поинтересовалась я.
− Я его не знаю, оценить не могу, но, судя по твоим рассказам, он, как минимум, выкинет тебя из окна за такую шутку.
− Я ему выкину! И так иду туда по его просьбе! Кстати, все это мне придется пережить из-за тебя, прошу заметить!
− Ой-ой-ой!
− Единственный плюс − я не плачу ни копейки!
− Это круто!
− Еще как!
− Полин, а ты в чем пойдешь-то?
− Я? Я еще не думала. А что?
− Мне кажется, надо сделать так, чтобы его друзья, да и все окружающие были от тебя в восторге! − щелкнула пальцами Саша.
− Да брось ты!
− Не брось! Я знаю тут один магазин, в котором есть довольно дешевые платья, очень сексуальные, между прочим! Ага!
− Саша!
− Что?
− Ничего!
− Берг, ты не хочешь, чтоб от тебя были в восторге? Я даже ради этого завтра к тебе забегу перед поездкой и помогу с макияжем!
− Ты же днем уезжаешь?
− Нет. Мы поедем вечером, праздновать сам праздник будем в поезде, мои родители считают, что это очень круто, − было видно, что Сашка иного мнения. − Жаль, что не могу с тобой остаться, я бы не пропустила эту вечеринку!
− Давай поменяемся местами, а?
− Не-не-не! Пошли покупать подарок Мятежному, а после купим тебе нечто эротично-вызывающее!
− Я попала!
Что можно подарить парню, у которого все и так есть? На самом деле, уже давно определилась с темой подарка. По моему мнению, Мятежный обязан был оценить мой сюрприз. Не слушая замечания Александры, по поводу глупости моего подарка, я купила ему крутую модель машинки, способную ездить от пульта с батарейками, которая могла бибикать, а также пускать дым из своей игрушечной выхлопной трубы!
− О, ужас! − изрекла подруга. − Как подобное пришло к тебе в голову?
− Да иди ты в жопу! Это же классно! Он любит машинки!
− Ладно, пошли за платьем!
В итоге я оказалась с пакетом, в котором спряталось нежно-персиковое платье с огромным вырезом на спине. Грудь выгодно подчеркивалась красивой тканью. Платье заканчивалось не доходя и до середины бедер. Я пыталась бороться с Сашкой, но она не желала уступать, требуя, чтобы я купила именно его. Пришлось сдаться.
− Я как проститутка!
− Неправда! Ты шикарная в нем!
− Ладно, мне вообще всё равно.
Засыпая, я молилась, чтоб завтрашняя ночь поскорее закончилась.
Завтра Новый год! Завтра смерть придет за мной!
Проведя рукой по пушистой хвое, я не смогла сдержать слез. В голове возникали воспоминания о новогодних праздниках, которые я проводила вместе с родителями, которые были наполнены домашним уютом. Это было в прошлом. В прошлом, которое уже никак нельзя вернуть. Оно утеряно. Смахнув с лица слезы, я попыталась абстрагироваться от всего. Не хотелось, чтобы брат застукал меня рыдающую, мне не хотелось портить его настроение, хотя я знала, что Кир и сам не меньше скучает по тем праздникам, по нашему семейному счастью.
Я сидела на полу перед елкой и перебирала руками елочные игрушки, которые украшали почти все веточки. Проснувшись этим праздничным утром, я обнаружила ее у себя в комнате. Брат подарил мне свежую пушистую красавицу, усыпанную игрушками из моего детства. Это был самый лучший подарок, который кто-либо мог для меня сделать. Взяв в руку маленького стеклянного снеговичка, я вспомнила, как мама, держа его на ладони, рассказывала мне веселую историю о том, как ему скучно сидеть у нас в кладовке и ждать следующего Нового года, чтобы в очередной раз попытаться покорить сердце прекрасной матрешки, живущей в соседней от него коробке.
− Мамочка... − опять слезы.
Кажется, я никогда не смогу оправиться от своего горя. Всегда буду помнить и скучать. Наверное, так и должно быть, просто... просто хотелось бы, чтоб стало легче, чтоб память стерла воспоминания, вызывающие слезы, но в то же время я не желала забывать многочисленные счастливые моменты, хранящиеся где-то там внутри.
Положив под елку подарок для Кира, я глянула на сотовый. Самолет Мятежного вылетал через несколько часов, он должен был позвонить перед вылетом и попрощаться. Паша будет далеко от меня в этот праздник так же, как и Сашка. От этого становилось грустно.
Аверина заявилась к нам в середине дня и сразу же наполнила нашу квартиру праздничными ароматами. Из-за работы у нас с братом не было времени приготовить себе что-нибудь вкусненькое, поэтому мы оба несказанно порадовались прибывшей в наш дом еде, заботливо переданной для нас Сашиными родителями.
«Оливье», «Шуба», «Мимоза», несколько кусочков мяса, красная рыба, оливки и еще много чего вкусного заполнило наш холодильник.
− Оказалось, мама не рассчитала объем еды, который мы должны были взять с собой в поезд, и попросила меня отнести ее вам, − сказала Сашка, стаскивая с себя шапку.
Конечно, это была ложь, ее мама просто заботилась и поддерживала нашу семью. Она не хотела оставлять нас с братом в Новый год без праздничной еды, поэтому и приготовила так много. Это было приятно и вновь едва не вызвало у меня слезы, но я все-таки сдержалась.
Кир решил особо не маяться и сразу уселся перекусить всем, что уместилось в его тарелку, не забывая при этом приговаривать, что, в принципе, я и сама могла бы потрудиться ради нашего пиршества. Однако стоило мне напомнить ему, что все это время я уделяла работе, брат заткнулся и продолжил есть молча.
− Ты чего такая кислая? − поинтересовалась Сашка.
− Я? Да нет, не хуже обычного, − чтоб наполнить комнату звуками, я включила музыку.
− Да ну брось! Выкладывай! У тебя еще вся ночь впереди в плясках, − Саша уменьшила громкость.
− Вот-вот! − я села на кровать и поджала ноги.
− Ну неужели ты настолько не хочешь никуда идти?
− Я хочу провести праздник с Пашей.
Саша развела руками.
− Я не могу тебе с этим помочь.
− Понятное дело, мне никто никогда не может ни с чем помочь, я уже привыкла.
− Полина, прекрати ныть! Отпразднуешь с ним попозже! Какая разница? Это не повод сидеть и грустить весь праздник! У вас впереди вся жизнь!
Мне ничего не оставалось, как согласиться с подругой.
− Знаешь, что тебе поможет?
− Что?
− Сейчас, подожди!
Саша выбежала за дверь и притащила с кухни когда-то открытую бутылку мартини:
− Давай, подруга! Встретим Новый год раньше всех! Чего нам терять! Выпьем и начнем колдовать над тобой!
− Ха-ха-ха! Аверина, да ты прям угадала с тем, что мне необходимо!
Мы разлили мартини по бокалам и, чокнувшись, молча выпили.
− Ах! Отлично! Еще по одной?
− Ха-ха-ха! Наливай, давай!
Мы опустошили бутылку за поверхностными разговорами о планах на будущее. Сашку порядком развело.
− Ха-ха-ха! Смотри не отключись, пока я в ванной, а то кто меня потом красить будет? Хотя, нет уж, я лучше сама, не хочу ходить неровно накрашенная.
Сашка сидела на полу перед елкой и подпевала играющей в тот момент песне. Я же пошла в ванную, чтоб привести себя в порядок, там-то меня и настиг телефонный звонок.
− Алло! Привет! − выкрикнул Паша, пытаясь переорать шум, который мешал ему разговаривать. − Ну как ты там?
− Я хорошо! А ты?
− Нормально! Самолет немного задерживают, но это неважно, мелочи, скоро полетим уже. Собираешься на праздник?
− Да, вот приступаю!
− Не забудь повеселиться и за меня, ладно? По-моему, это будет один из самых худших праздников в моей жизни, поэтому я хотел бы, чтобы ты восполнила этот пробел!
− Ха-ха-ха! Я подумаю!
− И не смей грустить! Ладно? Я приеду и задарю тебя подарками! Ты будешь в них купаться!
− Мне брат подарил елку!
− Да? Это очень круто! Настоящую?
− Ага! С нашими семейными игрушками!
− Лучше и быть не может!
− Тебе еще ничего не дарили? − поинтересовалась я.
− Мне? Ха-ха-ха! Нет. Меня это, если честно, не очень-то и интересует.
− Ай-ай-ай! А вот меня интересует!
− Ха-ха-ха! Ну, это-то понятно!
− Я скучаю.
− Я тоже скучаю. И очень сильно, поверь! Полина, я должен заранее поздравить тебя с праздником. Блин! − Паша выругался. Судя по всему, его кто-то толкнул. − Я поздравляю тебя...
− И я тебя! − заулыбалась.
−... хотелось бы пожелать тебе успехов в прохождении жизненных испытаний, здоровья, счастья. Больше улыбок, верных друзей... слишком банально, да?
− Ха-ха-ха! Нет! Паша, я хочу пожелать тебе того же, плюс еще кое-что.
− Что же?
− Возвращения ко мне. Как можно скорейшего! Вот что!
− Ну, это-то да! Я сам хочу поскорее приехать к тебе и быть рядом. Полин?
− М-м-м?
− Я не могу долго говорить, сейчас уже начнется посадка. Но я хотел бы сказать, что...
− Что подаришь мне квартиру? Спасибо, я и так это уже знаю, − пошутила я.
− Ха-ха-ха! Не совсем. Кажется, я люблю тебя, − сказал он. − Так! Все, мне пора! Удачно тебе повеселиться! Я полетел! Спишемся потом! Целую тебя.
Не дождавшись моего ответа, он повесил трубку.
Я же, как сидела с телефоном в руке, так и продолжала сидеть с ним. По-моему, у меня явные проблемы со слухом. Или же нет? Тогда...
Неужели он произнес те самые три слова? Да? Нет? Мне кто-нибудь может подтвердить это?
Когда ты слышишь подобное от человека, с которым хочешь быть рядом, всегда становится так горячо в области груди? Во всем теле! Всегда сводит живот так, что он начинает тихо бурчать, а ладони становятся влажными? Именно это со мной происходило в данный момент.
− Черт, Мятежный...
Что-то во мне изменилось, что-то вдруг взорвалось внутри головы, и теперь этот противный день стал одним из самых важных и счастливых за последнее время.
Я набрала его номер, но Паша уже выключил телефон. Черт! Черт! Черт! Что мне делать?
Я залезла под душ и принялась наслаждаться теплыми струями. Музыка, доносившаяся из моей комнаты, стала громче, видимо, Сашка совсем разгулялась. А может, то, что сказал Паша, мне послышалось из-за выпитого ранее? Может, мне показалось? Неприятный ком застрял посреди горла.
Нет! Я не могла так ошибиться! Нет! Он сказал это! В душе все еще цвел праздник, но все-таки я немного напряглась из-за придуманного.
− Ну вот! И зачем же я выпила перед столь важным моментом?
Я не поделилась с Сашкой своей радостью, но она сразу же заметила изменения в моем настроении, правда, объяснила это подействовавшим на меня алкоголем.
Надев платье, я стала краситься и параллельно пытаться уложить свои волосы. Саша смогла помочь мне только незначительными советами по поводу выбора цвета теней, на большее она уже была не способна.
Я решила особо не заморачиваться, а лишь высушить и выпрямить свои длинные волосы. Теперь они густым прямым потоком закрывали почти всю мою спину. За последующие полчаса я привела в порядок лицо и по истечении этого срока предстала перед Киром и почти пришедшей в себя Александрой.
− Ого! Сногсшибательно! Не забудь про черные туфли на каблуках, − одобрила подруга.
− Ага. Ну как тебе? − поинтересовалась я у Кира.
− Ты выглядишь очень классно, − протянул он. − Но...
− Но? Тебе что-то не нравится?
− Да нет. Нравится все! Но тебе не кажется, что твое платье открывает куда больше, чем могло бы, − высказал свои опасения брат.
Саша закатила глаза и ударила его по плечу.
− Да прекрати! На Новый год все так выглядеть должны! Она же конфетка! Да на нее все мужики пустят слюни.
− Эм... − посмотрел на Аверину Кир. − Я сомневаюсь, что этот факт является плюсом, по мне, так он, скорее, явный минус.
− Не нуди!!!
− И вправду, Кир! − я посмотрела на себя в зеркало. Все было по высшему разряду!
− Ну... − пробормотал брат. − А ты не смахиваешь на...
− Проститутку? − подсказала ему Саша.
− Да! Блин!
− Ха-ха-ха! − заржала Саша. − Если только чуть-чуть!
− Аверина! − возмутилась я.
− Да брось, это же клуб! Е-мае!
− Ну ладно. В общем, прихвати на всякий случай что-нибудь, что тебя прикроет, − изрек Кир и направился на кухню. − Я налью нам шампанского, давайте выпьем за предстоящий праздник! У кого-то он будет веселым, а у кого-то в поезде! Ха-ха-ха!
− Бе-бе-бе! − крикнула ему вслед Саша. − Брось, Полинка, ты супер!
− Все-таки возьму с собой кроме пальто кофточку, которую мы недавно купили.
Она была достаточно длинная, чтоб полностью скрыть мое платье, а еще она была украшена меховым капюшоном, он позволил бы мне спрятаться от всего окружающего ужаса − справедливо рассудила я. Брат ждал нас с подругой на кухне вместе с выпивкой и сопутствующей закуской.
Кир был уже давно при параде: в серых немного узковатых джинсах и синей футболке.
Немного повеселившись, мы отправили Сашу домой, а сами заказали такси, чтоб выехать в клуб, где нас ждала шумная компания.
Перед отъездом брат наконец-таки откопал под елкой свой подарок и был неописуемо счастлив моему сюрпризу. После он вручил мне пакет, в котором была коробочка с новым телефоном. Я пришла в восторг от подарка! Однако пора было выходить. Уже в коридоре вспомнила кое о чем и, немного задержавшись, я вышла во двор с маленькой сумкой через плечо, в которой спрятала еще один новогодний подарок. До праздника оставалось меньше двух часов.