От безумия к спокойствию.
Уже около получаса брюнет расхаживал из стороны в сторону перед Роу, которая при любой возможности незаметно закатывала глаза. Ей уже казалось, что разноцветная мишень кричит «Давай! Ну же, возьми меня!» Остальные члены банды сидели под большим ветвистым тополем, распивая пиво и посмеиваясь над Скэбом, ведь среди них никто не подошёл бы к задаче настолько серьёзно.
— И главное: оружие — это не игрушка. Поэтому использовать её как реквизит для ваших селфи запрещено!
В сотый раз Роу кивает, а мысленно выхватывает этот пистолет, маячащий перед ней, и простреливает себе голову.
— И ещё, раз уж ты — девушка, то пожалуйста, вслушивайся во все мои советы.
— А чем девушка отличается от других? — перебивает рыжая, выгнув бровь.
— Девушки безалаберно относятся ко всему серьёзному, не ощущая ответственности! Ты ведь даже пользоваться оружием не умеешь, а уже так наплевательски относишься к нему!
Резко забирая пистолет, она молниеносно снимает его с предохранителя и стреляет в мишень 3 раза подряд. После чего, с чем же безразличием на лице уже спокойно отдаёт очень-опасное-оружие Скэбу и наиграно улыбается. Роу смотрит ему в глаза, а боковым зрением замечает, что Джокер поднялся и направился к мишени.
— Ха! Скэб! Извинись перед дамой и засунь свои слова себе в глотку! У нас тут стрелок нарисовался! — хохочет клоун.
Брюнет лишь рычит и быстро удаляется к дому. А рыжая поворачивается к зрителям и низко кланяется:
— Спектакль окончен!
***
Уже давно все легли спать, но Роу и Джей сидели в гостиной и разговарвали на разные темы.
— Где так стрелять научилась? Ты сняла предохранитель большим пальцем. Отец военный?
— Именно из-за этого меня и отправили в 12 лет в специальное училище. Там я 5 лет училась не только стрелять, изучала те же науки, что и мои свестники. А после смерти отца отправилась работать, чтобы матери помогать.
— Хм… Харли говорила, ты из России. Верно?
— Да, я жила там до 18 лет, а потом уговорила маму переехать к нашим родственникам в пригород Лос-Анджелеса. Да она и сама была не против — на родине ей всё напоминало об отце. Хотелось начать новую жизнь. И в итоге мама, я и моя младшая сестра переехали в Калифорнию.
— Младшая сестра? Ты не рассказывала о ней.
— Веронике 10 лет, и она — моя родная сестра. Вредная и беспокойная девочка с сеном вместо серого вещества. В школе у неё всё отлично, а вот в жизни она просто наивный и глупый тюлень.
— Ха, всё настолько плохо?
— Может я к ней придираюсь, но отсутствие юмора ей в жизни не поможет.
— А твоя мать. Какая она?
— Я… Хм… Не знаю, с чего начать. У нас с ней отрошения странные. Мы редко обнимаемся, но именно из-за меня, потому что я не люблю телячьи нежности. Мы часто ругаемся. И я иногда сомневаюсь, что она моя родная мать…
— Видно, для тебя это тяжёлая тема. Ладно, забудем. Расскажи мне побольше о твоей Вселенной. Я был там пару раз, но всё равно изведал немного.
— Если сравнивать наши вселенные, то могу точно сказать — ваш мир лучше. И я говорю это, не потому что мне нравится жить с вами. Эта Вселенная реверсивна по отношению к нашей. У нас постоянные войны, безработица, голод и это ещё не все проблемы. У вас этого нет. Почти всё живут в мире. У нас мало добрых людей, а здесь — злых. Оу, прости.
— Ничего страшного. Это выбор каждого. Вечная борьба Добра и Зла. Ха, возможно я когда-то был добрым. Так же сидел с 9 до 5 в офисе, а потом возвращался к любящей жене и детям в свой большой и родной дом. У меня были друзья, и по пятницам мы играли в карты. Но я не помню этого. Потому что память нужна слабым, тем, кто живёт прошлым.
— Чёрт, за этими разговорами я и не заметила. Уже 2 ночи!
— Ха, ну тогда дохлых псов тебе, деточка.
— Благодарю. Доброй ночи.
Уже расправляя кровать, Роу думала о произошедшем за эти сутки. Распластавшись между подушками в форме звезды, она начала медленно засыпать.
Возможно, это безумие, но я рада, что нахожусь сейчас здесь. Шутки банды, общение с Харли и загадочность Джокера как магнитом притягивают меня, и уже не вырваться. И от спокойствия до безумия один шаг. А наоборот — вечность.