3
Горло.
Всё о чем думала Андрющенко - это горло. Больно, больно не только морально, но теперь и физически.
Она не может глотать, хотя даже не завтракала. Проснулась и сразу схватилась за шею, сморщилась нажимая на лимфоузлы, что явно воспалились.
Кашель.
Больно, больно даже кашлять. С самого утра Елизавета не пошла чистить зубы и умываться, она побежала искать Дарью, которая сидела на кухне обсуждая что-то с редакторами.
— Доброе утро. - Решила вежливо начать Лиза, как сама удивилась своему хриплому и осипшему голосу.
— Господи, ты простудилась! - Даша спохватилась пощупать лоб Андрющенко, убедившись, что температуры нет, редактор начала искать спреи и таблетки от горла.
Хорошо, что Лизе даже не пришлось напрягать связки второй раз для объяснения ситуации.
К этому времени девочки уже начали спускаться.
— Понимаю, тебе тяжело, но испытания проходить надо. - Успокаивала редактор Лизу бережно погладив ту по голове.
— Справлюсь. - Девушка улыбнулась Дарье.
Пацанки завтракали обсуждая сегодняшнее испытание, точнее гадая, что же их сегодня ждёт.
Лиза воздержалась от еды. Горло болело, кушать не хотелось.
А испытание ждало их с самого утра. Страшно.
Лекарства помогли ослабить боль в горле, так что за себя Елизавета не переживала. Наверно.
Исповедь. Девушки не понимают, что их там ждёт, но явно ничего хорошего, а осознавать, что им придётся раскаиваться перед кем то, рассказывать свои проблемы.. плохо. Стало плохо.
Всех вывели из здания, а девушки, что уходили больше не возвращались. Звучит жутко.
Очередь Андрющенко, та уже продумала, что будет рассказывать и поэтому пролепетав свою речь о своем бывшем. С трудом. Но никаких новых никому неизведанных фактов она не выдала.
В чем суть задания?
Был слышен голос Розенберг.
Она все слушала.
Она объяснила.
Объяснила суть задания.
Звонок. Звонок ему.
Нет.
Елизавета упирается как может. Это забытая тема. Зачем? Зачем унижаться перед ним когда она знает все его слова? Нет смысла. Нет нужны. Зря.
Она позвонила.
Позвонила и пожалела.
Позвонила только для того, чтобы её оставили в проекте.
Услышала то самое лживое «люблю»
Отвратительно.
Больно. Больно в три раза сильнее чем было ранее.
Она вышла из кабинки полностью разбитая. Растоптанная.
Найдя туалет привела себя в порядок, умылась, расправила волосы. Пошла дальше. Как ни в чем не бывало.
Села и стала ждать всех.
Думать об произошедшем.
Первый раз за три года поговорила с ним.
Услышала ложь.
Стало душно.
В комнате кроме неё сидела Настя, с перебинтованной рукой, Юля вся зареванная, Кира полностью поникшая, Диана с Алисой, Виолетта с Рони и ещё пару девочек, Амина, Ангелина и Лера.
Не хватало одной.
Кристины.
Лизе плохо. Плохо и морально и физически, горло першит, больно даже дышать. Больно.
Непонятно. Что она сделала? Не надо было звонить.
Люблю тебя? Ложь.
Никто. Никто не любит.
А он тем более.
Порвет всех?
Порвет.. засудит. Как и сказал.
Он может.
Страшно.
Больно.
Истерический смех. На Андрющенко оборачиваются пару пацанок. А она смеется. Плохо. Больно. Смех? Зачем? Защита? Она ненормальная? Ненормальная. Странная. Никому не нужная.
К ним заходит последняя особа. Кристина, что первым делом осматривает объект привлекающий внимание. Индиго.
— Что с ней? - Спрашивает Кристина. Жутко.
— Мы думали она собака, а оказывается клоун. Смеется как будто анекдот вспомнила. Ненормальная. - Ответила Юля на вопрос Кристины.
Крис не отвечает. Смотрит на черноволосую. Сочувствие.
Она решила подойти, села на корточки рядом с замороженной девушкой, что смотрела в пол стеклянными глазами. Не плачет. Смеется. Странная.
— Я рядом. - всё что смогла выдавить из себя Захарова оказавшись рядом с Индиго.
Девушки смотрели с осуждением. Зачем она помогает ей?
Сначала сама засирала.
А теперь? Что? Что произошло?
Кристина изменилась.
— Что ты делаешь? Зачем? Ты ебанулась? Пусть сама разбирается, тебе какой хуй до неё? - Слышится голос Насти.
Андрющенко вжалась пальцами в свои колени дыша сквозь зубы, а Кристина смотрит снизу вверх в её глаза. Ничего. Они ничего не выражают.
— Больно. - слышится голос Андрющенко, шепот, сипит и хрипит. Никто не услышал кроме Крис.
Та погладила её руку, а после сжала.
— Сейчас придет Любовь. Поговори с ней. Она поможет. - Захарова отпустила запястье Индиго и погладив ту по спине встала с корточек. Ушла на свое место. Возле Насти.
Как и сказала Кристина, спустя пару минут пришла Любовь Розенберг. Психолог взглянула на всех, но остановила свой взгляд на Елизавете. Стала расспрашивать, что случилось.
Смех прекратился как только Кристина ушла от черноволосой, так что сейчас Индиго сидела неподвижно и беззвучно.
— Лиза, прошу поговори со мной. Мы рядом, мы поможем. - подбадривала психолог девушку, что вылетела из этого мира на мгновение.
— Не поможете. - сипло проговорила черноволосая. — Я одна в этом дерьме. Я совершенно одна.
— Ты не одна, Лиза. Я с тобой, я хочу тебе помочь! - Психолог хотела сказать, что девочки тоже с ней. Но сочувствие и сострадание увидела лишь в глазах Кристины. Всем остальным плевать. — Что тебя так расстроило? Прошу, расскажи.
— Звонок. Почему нас не слышат? Почему он продолжает врать? Он сказал, что всех вас засудит! Он правда это может! - девочки смотрели на черноволосую с интересом. Но только из-за истории о которой ничего не знают.
Кристина, что пропустила прошлую неделю совершенно не знала ничего о Андрющенко. Ничего. Совершенно ничего.. и она не понимает о чем говорит девушка. О ком говорит. О чем? Кто засудит? Не понимает.
— Он это говорит, потому что знает, что ты его боишься. Он нам ничего не сделает. Тебе - да. Ты его боишься! Ты поняла после этого звонка, что он не изменился? Он животное, которое думает, что ты марионетка. Ты - человек. Прекрати на него обижаться! Он больше ничего не сделает!
Любовь поддерживала Елизавету, единственная кто её поддерживает - это Розенберг. И то редко. Её даже никто не обнимает. Никто. Она никому не нужна. Даже сама себе.
Андрющенко замолчала. А Кристина смотрела на все с непониманием. Что это было? Что это значит? Она ничего о ней не знает, а девочки молчат. Она узнает.
Узнает о ком они говорили.
Узнает кто это.
Узнает Индиго.
<i>Поможет ей.</i>
Дальнейшее испытание все проговорили свои проблемы, а Кристина просидела молча в раздумьях как бы сблизится с Индиго не став изгоем в глазах остальных пацанок.
Место авторитета покидать не хочется.
Хочет помочь.
Как?
Подружиться?
После все, что было между ними?
Невозможно.
Индиго считает её той, кто испортил ей проект.
Так думает Кристина.
А Андрющенко винит только себя.
Она виновата и точка.
Они написали все свои обиды на листочках. Посмотрев на то, как Елизавета отпускает свои обиды Захарове стало легче, она видела, что Индиго стала спокойнее. Хотелось её обнять.
Обнять дабы поддержать.
Она подошла к ней, но как и ожидалось, Андрющенко обняла Розенберг. Ведь никто не думал, что настал день, когда на Индиго стало не все равно.
Дальнейший день прошел благополучно. Кристина общалась с Кирой, они занимались спортом, а после к ним даже подключилась Виолетта. А вот вечером, когда все занимались своими делами, Захарова сидела в гостиной и обдумывала весь день, обдумывала испытание, Индиго. Индиго.. надо узнать.
Кристина сама для себя неожиданно резко поднялась с дивана и пошагала вверх по лестнице. Думала найти Андрющенко у себя в кровати, но зайдя в комнату увидела лишь расправленную кровать на которой лежала порванная книга.
— Настя, блять. - Кристина выругалась про себя, подойдя к кровати. Осмотрела книгу, из которой торчали пару порванных страниц, а обложка на которой красовался Автор книги и название, порвано вдоль и поперек, что даже надпись «Франц Кафка 'Процесс'» было невозможно прочитать.
Захарова вышла из комнаты решив, что говорить с Афанасьевой бессмысленная идея пошла дальше искать Индиго.
Она побежала на третий этаж, где могла находится девушка, но там никого не было. И выйдя на балкон, Захарова осмотрела периметр территории дома. Как ей повезло, что она увидела тело лежащее в траве. В шортах и спортивном топе.
Время десять часов ночи. Холодно уже, а она лежит в траве полуголая с больным горлом.
Кристина стала спускаться к выходу из дома. Но заскочила на второй этаж взяв с собой свою кофту.
Вейся во двор, она пошла на тоже место где вчера встретила стоявшей на коленях девушку.
Только сейчас та лежала на спине, Захарова не отставала и дойдя до черноволосой, кинула в неё свою кофту.
— Надень.
Индиго перевела взгляд с пустоты на блондинку.
— Зачем?
— Ты болеешь. - сказала Захарова ложась рядом с собеседницей. — Не наденешь сама - одену я.
Индиго послушалась и натянула белую кофту на себя.
Далее пару минут они провели в тишине. Девушки лежали на холодной траве смотря вверх, через кроны деревьев были видны звезды. Много звезд. Хоть и лето, но их было много.
— Видишь те четыре точки? Чуть выше большой медведицы. Это созвездие дельфина. Его редко видно, но оно приносит счастье.
Говорила Андрющенко поднимая палец в воздух указывая рукой на созвездие. А после добавила шепотом, так чтобы не было слышно. — Только мне оно не светит.
Кристина услышала. Не прокомментировала.
— Ты увлекаешься астрологией?
— Немного.
Они дальше рассматривали разные созвездия, но в какой то момент, Кристина заговорила.
— Расскажешь мне про него?
Лиза замолчала. Перестала дышать. Она поняла, что имеет ввиду Захарова. Не хочет. Больно. Напряжение растёт вокруг них.
Она понимала, что Кристины не было когда она об этом говорила.
Но повторять это во второй раз... есть риск проявиться. Заплакать.
— Мой бывший молодой человек.
Блондинка удивилась, она была готова услышать, что это отец, отчим или знакомый. Но не бывший.
А Индиго продолжила.
— Он был блоггером, брал к себе на канал всяких нариков, алкоголиков, трапов и тому подобное. Я ни к чему из этого не относилась, но внешность цепляла.
Я согласилась.
А после мы сблизились. Начали отношения.
Он надо мной издевался. - Лиза остановилась отдышаться, ведь думала, что заплачет. Нельзя. Спустя мгновение продолжила.
— Издевался. Бил, заставлял целоваться за деньги на камеру. Говорил, что я животное. Кормил кошачьим кормом. Морил голодом. Все что угодно.
Я его любила. Очень любила.. мы разошлись спустя год. 15 ноября. На мой день рождения. Он бросил меня и снял это на камеру.
С того момента три года прошло.
Кристина молчала, чувствовала что черноволосой плохо. Андрющенко не моргала. Глаза наполнены слезами, ждёт когда высохнут, чтобы не разреветься. Она не слабая.
— Мне жаль. - Кристине не дали договорить. Андрющенко продолжила. Спокойным тоном. Бесчувственным.
— На прошлой неделе я рассказала как он меня потащил в психиатрическую больницу. Посадил на таблетки. Сделал меня овощем.
Индиго нацепила на себя маску бесчувственности, не балет волю эмоциям. Она сильная. Не покажет, что ей больно.
— Почему тебя не простили девочки? - Нахмурилась Кристина поднявшись со спины, принимая положение сидя.
— Ты сама их против меня настроила. Это следует спрашивать только у тебя, Захарова. - Лиза сровнялась с девушкой, теперь они обе сидят возле друг друга.
— Я хотела извинится. Попросить прощение у тебя за мои выходки. Чет я какой то ебанутой была. - Кристина повернула голову к собеседнице.
Та смотрела в даль, перед собой. Не поворачивая голову в ответ.
— Я тебя и не виню. Это ведь Мишель устроила. Я всё знаю.
Елизавета поднялась на ноги и стала уходить от блондинки.
— Спасибо за компанию. - Последние слова от уходящей вдаль черноволосой девушки.
— Что мне с тобой делать, чертова Индиго. - шепот Захаровой слышит лишь она, смотря вслед собеседницы.
Сегодня она узнала много.
Много поняла.
Много осознала.
Приняла решение.
Пора поставить Анастасию на место. Больно много умничает в сторону Андрющенко.
Думала Кристина стоя перед своей койкой, на которой лежала аккуратно сложенная белая кофта.
Лиза вернула.
А теперь обе девушки спят в ожидании нового дня.