За погоней

Благотворительная вечеринка состоялась в одном из лучших отелей клана Чон. Этот банкетный зал отличался от предыдущего своим элегантным видом. А сама семья Чон, стоя в самом центре, приветствовала гостей, не выделяя никого из них.

Среди семьи наследник клана, Чонгук, выделялся своим спокойным лицом — в нём не было того самого дружелюбия, что излучали остальные. Держа в правой руке тонкий бокал шампанского, он то и дело проверял часы на левой.

Его брови слегка хмурились, казалось, он не в настроении любезничать. Взгляд альфы был устремлён на входные двери, будто он ждал кого-то. Стоявший рядом с ним Хосок пару раз ткнул пальцем в спину брата, чтобы тот обратил внимание на гостей. На вопросы старшего, кого он ждёт, Чонгук лишь уходил от ответа, говоря, что это не важно. Но Хосок видел и понимал — не зря он настаивал устроить благотворительную встречу и пригласить другие кланы, чтобы укрепить свои позиции.

Но это было лишь прикрытием. Ведь главная цель наследника Чон была совсем в другом.

Альфа, лишь кивая гостям, направился в сторону фуршета. Взяв ещё один бокал шампанского, он невольно снова посмотрел на часы. Вечеринка уже началась, а человек, которого он ждал, всё ещё не пришёл. Сделав пару глотков, он повернул голову к входу — и в этот момент появился тот, кого он так хотел увидеть.

В банкетный зал вошли двое. Первый — высокий, со светлыми, слегка взъерошенными волосами, сразу привлекал внимание. Рядом шёл омега, ниже альфы, в нежно-голубой блузке. Волосы уложены идеально, кончики слегка подкручены, а на затылке виднелись несколько тонких косичек, будто дополняя образ. Его шаг был уверенным, взгляд — острым. От него невозможно было оторвать глаз.

Что и делал Чонгук.

Он провожал омегу взглядом до самой семьи Чон, которая уже приветствовала их. Допив шампанское до дна, альфа направился вперёд, желая встретиться с ним. На лице появилась игривая улыбка, одна рука была в кармане брюк, а взгляд был устремлён только на омегу.

— Господин Чонгук, я благодарен, что вы устроили такой вечер. Позвольте поднять бокал за вас.

Мужчина средних лет остановился перед альфой, перекрывая ему путь. На его лице читалась радость и лёгкое опьянение.

Чонгук посмотрел на него сверху вниз холодным взглядом. Ничего не говоря, он лениво кивнул. Уже собирался уйти, но его снова остановили, схватив за предплечье. Он повернул голову и произнёс ледяным голосом:

— Саншик, у меня и без вас хватает дел. Хотите пить — составьте компанию другим, — его брови слегка нахмурились, а сам он чуть наклонился ближе. — Не лезьте ко мне.

Голос альфы прозвучал настолько холодно, что мужчина тут же отпустил его и, криво улыбаясь, поспешил уйти, едва не спотыкаясь. Чонгук остался доволен, на губах появилась лёгкая ухмылка.

Повернув голову, он начал искать светловолосого омегу, который успел потеряться всего за несколько секунд. Лёгким шагом он обошёл гостей и заметил его у стола, выделенного для клана Пак. Достав телефон из кармана, альфа начал печатать. Нажав «отправить», он вновь поднял взгляд на омегу.

Чимин улыбался легко и смотрел на каждого из клана Пак, анализируя их. Возле Пак Тэджу сидел Пак Минхек — спокойный и молчаливый, будто копировал главу. Его взгляд тоже скользил по всем, и иногда, встретившись с кем-то знакомым, он лениво поднимал бокал в немом приветствии. Он был четвёртым в списке влиятельных людей клана Пак. Но отец мало отзывался о нём, потому что тот не так сильно отличался от других. Пак Минхек в основном владел большим количеством акций компании, и казалось, его совсем не интересовали дела клана. В основном он выделялся своим богатством и тем, что часто инвестировал.

Возле Намджуна сидел Чхве Ханыль. Он был полной противоположностью Минхека — успел познакомиться со всеми и смеялся громче остальных. Ханыль часто хвалил других, наливал людям алкоголь и, по сути, только и делал, что подлизывался. Ведь он был обычным руководителем самого крупного склада. Сейчас, когда собрались почти все влиятельные люди клана Пак, он умело поддерживал любую тему. «Для инвестиций», — отметил для себя Чимин.

Через два стула от Чимина сидел Ли Сонхун. По сравнению с первыми двумя, он был логистом, который всегда рассчитывал время прибытия и отправки судов. Ему, в отличие от других, были известны все маршруты, время и слабые места поставок. И сейчас, сидя среди клана Пак, он был одним из тех, кто пришёл «снизу», чью работу зачастую недооценивают. Ли Сонхун был очень тихим, почти ни с кем не общался.

Чимин следил за каждым, боясь упустить детали. Не отрывая взгляда от Сонхуна, омега медленно пил напиток, игнорируя звук, доносящийся из телефона.

— Как хорошо, что клан Чон пригласил нас на такую крупную вечеринку. Вы все такие занятые люди, но нашли время, — вдруг громче всех заговорил Чхве Ханыль, привлекая внимание к себе. Он был слегка пьян. Проведя взглядом по столу, он остановился на Сонхуне, который его игнорировал. — Такая хорошая вечеринка, не пойму, что ты тут забыл, — добавил он с высокомерным тоном, закатывая глаза. Некоторые даже согласились, будто сюда пригласили только высокопоставленных.

Чимин, не поднимая глаз, устало крутил бокал в руках, слушая бред Ханыля. Он уже хотел ответить в том же тоне, но вдруг почувствовал, как кто-то положил руку на спинку его стула. Он медленно повернул голову — в нос ударил лёгкий запах табака и сандала. Омега, не обращая внимания на альфу, аккуратно поправил длинные волосы и поднял голову в сторону Чхве, который уже спешил переключиться на нового человека.

— Господин Чонгук, для меня честь, что вы пригласили меня на эту встречу. Хочу поднять этот бокал...

— Я выбирал имена наугад. Знал бы я тебя — ты бы не стоял здесь. И уж точно не говорил, — перебил его подошедший альфа, наследник клана Чон.

От его ответа Чимин остался доволен и с лёгкой улыбкой слегка откинулся назад, касаясь спиной пальцев альфы. От неожиданного прикосновения ни омега не подался вперёд, ни Чонгук не убрал руку — и, похоже, ни одному это не мешало.

После минутной тишины, принимая своё поражение, Чхве Ханыль сел обратно на место.

— Приветствую, главу Пак, — за спиной омеги раздался голос альфы, уже изменившийся. Тон стал куда приветливее. Чимин отметил, что тот даже слегка, но лукаво улыбается. — Позвольте поднять этот бокал за вас.

Краем глаза омега заметил татуированную до локтя руку и бокал с золотисто-бежевой жидкостью. Его взгляд поднялся выше — хотелось рассмотреть тату, — как вдруг он почувствовал на спине лёгкое, почти невесомое прикосновение. Всего секунда — а по коже уже пробежали мурашки.

Подняв голову, он встретился со взглядом Чонгука, который смотрел на него краем глаза. Как только тот осушил бокал, он повернул голову к главе Пак. Затем, слегка наклонившись, коротко бросил: «Хорошего вечера», — и собирался уйти.

Перед уходом альфа снова коснулся его плеча, едва заметно погладив.

Слишком мимолётно, чтобы сделать замечание.
Слишком намеренно, чтобы назвать это случайностью.

Чимин обернул голову туда, куда ушёл Чонгук. Нервно стиснув зубы, он встал и направился за ним. Не успел догнать, как заметил в стороне Юнги — рядом с ним сидел Хосок. На лице друга читалось недовольство, а альфа явно его поддразнивал. Чимин не мог просто так пройти мимо этого зрелища.

Улыбаясь, он сел рядом с другом. Тот, заметив его, тут же оттолкнул альфу и подвинулся ближе к нему.

«Как маленький котик», — подумал про себя Чимин.

— Хватит тискать моего кота, — обратился Чимин к альфе, обнимая Юнги за плечи, показывая, что тот теперь под его защитой.

— Я ещё не разобрался с ним за то, что он напоил меня снотворным. Он смерти моей хочет? — игриво обижаясь, ответил Хосок.

Он наклонился чуть вперёд, ближе к Юнги, пару раз хлопнул глазами, затем резко положил руку на край стула и потянул его на себя. Из-за того, что Чимин обнимал друга, тот чуть не упал, но Хосок успел схватить его за руки и притянул к себе. За считанные секунды Юнги оказался в объятиях альфы.

Чимин, глядя на них, не смог сдержать улыбку. Видя, как ворчит рыжеволосый омега, альфа только сильнее сжал его в объятиях. Юнги начал злиться ещё больше — вырывался, пытался укусить, пока Хосок не ослабил хватку. Вырвавшись, Юнги силой оттолкнул его, зачесал волосы назад и пнул того по ноге, после чего просто ушёл.

Видя, как корчится альфа, Чимин уже не скрывал смех, прикрыв лицо рукой.

— Он как уличный кот, — сквозь зубы проговорил Хосок. Лицо его всё ещё искажалось от боли, но в голосе слышалась странная нежность, будто он дорожил им.

Чимин смотрел на удаляющуюся спину друга и мягко улыбался. В этом взгляде читалась искренность — он действительно дорожил им.

— Это же Юнги... — тихо произнёс омега, переводя взгляд на альфу, который тоже смотрел вслед рыжеволосому.

Но внимание Чимина привлёк не Хосок, а стоящая позади него компания из трёх человек из клана Пак. Пак Минхек, Чхве Ханыль и Ли Сонхун. Те самые трое, что часто встречались в документах Ли Хигена.

Игривость Ханыля будто исчезла — её сменила серьёзность. Даже в шуме вечеринки ощущалась значимость их разговора.

Чимин, незаметно поправляя рукава блузки, встал и медленно направился к ним, словно хищник, выжидающий момент для атаки.

Омега остановился между Минхеком и Сонхуном и перебил их разговор:

— Что за дела такие серьёзные, что вы обсуждаете это во время вечеринки? — его голос был мягким, но в нём ощущались власть и уверенность.

— Ах, молодой господин, ну что вы. Ничего особенного, мы просто разговариваем, — нервно улыбаясь, ответил Чхве Ханыль.

Чимин это сразу заметил, но не стал давить, решив сменить тему.

— Кстати, вам известно о Ли Хигене? Я тут краем уха услышал, что его убили люди клана Чон. Не знаете причину? — поинтересовался омега, пытаясь вывести крота на чистую воду.

Трое мужчин переглянулись между собой. Первым заговорил Минхек:

— Слышал, что он убил людей. Если не ошибаюсь, с ним лично разобрался Чон Чонгук, — его голос был спокойным, будто дело Хигена его совсем не касалось.

— Ох, вы должны быть рады, что даже после такого обращения семья Чон всё равно пригласила нас, — мягко добавил Чимин, будто искренне переживая. — Вы же знаете кодекс: за чужую жизнь приходится платить своей.

Чимин пожал плечами и перевёл взгляд с одного на другого. Снаружи — спокойствие, внутри — нарастающее подозрение.

Сонхун оставался равнодушным, но Чимин заметил, как тот едва заметно закатил глаза. Взгляд омеги переместился к Ханылю — тот всё так же нервно улыбался. Минхек лишь коротко кивнул, словно соглашаясь с происходящим.

По их реакциям было невозможно определить, кто из них связан с Хигеном. Либо они умели искусно скрывать правду, либо действительно не имели отношения к «Сове».

Оба варианта не устраивали Чимина.

Но и отпускать их он пока не собирался.

— Вы трое, кажется, хорошо ладите. А я-то думал, что вы соперничаете между собой, — наивно проговорил омега, переводя взгляд с одного на другого.

Ханыль и Минхек начали неуверенно отрицать его вывод, а Ли Сонхун остался стоять с хмурым лицом, будто вовсе не хотел участвовать в игре своих товарищей.

— Нет, господин Чимин, всё не так, как вы думаете, — поспешно сказал Ханыль и в тот же момент схватил омегу за руку.

Чимину стало неприятно от внезапного действия. Он попытался вырваться из крепкой хватки, но безуспешно — тот держал слишком сильно. А стоящие рядом мужчины лишь проигнорировали выходку Ханыля.

— Пустите, если не хотите проблем, — ледяным тоном произнёс омега.

После его слов мужчина будто потерял контроль — начал торопливо извиняться, почти умоляя о прощении, но при этом не отпускал.

Чимин уже был готов применить силу, как вдруг чья-то рука перехватила запястье Ханыля мёртвой хваткой. Тот мгновенно ослабил пальцы. Подняв голову и увидев перед собой альфу, он тут же отпустил руку омеги.

Но альфа не собирался отпускать его так просто.

— Он же сказал отпустить. Вы оглохли? — холодный голос пробирал до костей, так что даже стоявший рядом Минхек неосознанно сделал шаг назад.

Заметив, кто пришёл на помощь, Чимин незаметно выдохнул. Освободившись, он нервно провёл ладонью по запястью, будто стирая чужое прикосновение. Его взгляд потемнел, в нём читалась явная угроза.

Тем, кто встал рядом с ним, был Чонгук.

«Ирония», — мелькнуло в голове у омеги.

Чонгук стоял чуть позади, плечом едва касаясь правой лопатки Чимина, а левая рука мягко легла на его талию.

Чимин заметил это, но не отстранился. Это прикосновение казалось слишком привычным — будто так и должно быть. И почему-то это успокаивало.

— Простите, господин Чон... моя вина, — залепетал Ханыль. — Простите...

— Проси прощения у своего господина.

— Простите, господин Пак, моя вина, — мужчина говорил быстро, кланяясь раз за разом, избегая взгляда альфы.

— Чиминщи, познакомишь нас, — обратился Чонгук к омеге уже мягче, полностью игнорируя его мольбы.

Заметив смену тона, Минхек пару раз легко хлопнул Ханыля по плечу и кивком указал на альфу. Разговор вокруг них почти стих.

Чимин, слегка приподняв голову, кивнул и обернулся:

— Это господин Пак Минхек, один из главных инвесторов. Чхве Ханыль — руководитель склада. И господин Ли Сонхун — главный логист.

— Не знал, что молодой господин знает обычного логиста. Поражён, — язвительно произнёс Сонхун, хмуро глядя на него.

Чимин лишь улыбнулся:

— Вы слишком высокого мнения о себе. Брат представил нас, когда мы только сели за стол.

Сонхун фыркнул, но его товарищи отреагировали иначе — начали хвалить Чимина за честность.

Чонгук слушал их вполуха, не вмешиваясь. В какой-то момент его телефон коротко завибрировал в кармане.

Он опустил взгляд, доставая его, и быстро пробежался глазами по экрану. Выражение лица почти не изменилось — лишь взгляд на мгновение стал внимательнее.

Рука, до этого лежавшая на талии Чимина, едва заметно сдвинулась. Пальцы легко коснулись его бока — короткое, почти ленивое движение, больше похожее на привычный жест, чем на осознанный.

Только после этого Чонгук чуть подался вперёд и, будто машинально, опустил руку с телефоном ниже — так, чтобы экран оказался в поле зрения Чимина.

Со стороны это выглядело так, словно он просто держит телефон, продолжая слушать разговор.

Но Чимин, стоящий рядом, без труда уловил и прикосновение, и намёк. Посмотрев на экран, он увидел лишь одно сообщение от Джина: «получил». Он стоял спокойно, не подавая вида, но внутри уже ликовал.

— Чонгукщи, не подскажете, где уборная? — голос омеги звучал почти шёпотом, но стоявшие рядом мужчины точно услышали его. Их взгляды опустились на руки омеги, которые тот брезгливо погладил.

Чонгук понял его моментально.

— Пойдёмте.

Альфа шёл впереди, не обращая внимания на троих мужчин. А за ним Чимин, не поднимая глаз от своих рук, будто он прикоснулся к чему-то грязному. В то же время он чувствовал, как три пары глаз провожают его до самого выхода из зала.

Когда они свернули за угол, Чонгук вдруг остановился и указал на табличку с обозначением уборной. Чимину действительно нужно было туда — он не мог терпеть чужое прикосновение, оно вызывало у него отвращение.

Он зашёл один, а альфа остался ждать у входа.

В это время он начал переписываться со своим помощником, чтобы тот ждал в его номере.

Через несколько минут дверь открылась, и за ней появился светловолосый омега с лёгкой улыбкой на лице. Это была улыбка маленькой победы.

Глаза Чонгука медленно скользнули по телу Чимина, словно он хотел запомнить каждую деталь его сегодняшнего образа. Взгляд задержался на уровне пояса. Заметив его мокрые руки, он, не раздумывая, достал платок из нагрудного кармана. Чонгук аккуратно взял омегу за руку и вложил в его ладони платок.

Чимин смотрел на него снизу вверх, а расстояние между ними было настолько близким, что он с лёгкостью заметил родинку под его губой. Омега нервно сглотнул и не мог оторвать взгляд от альфы. Это длилось ещё какое-то время — казалось, тот перед ним замер.

Чимину это не понравилось, и он легко толкнул Чонгука, холодно спросив, куда им идти. Чонгук мягко улыбнулся и лишь указал в сторону лифта.

Лифт остановился на седьмом этаже. Альфа вышел первым и инстинктивно подал руку. Чимин протянул свою и мягко положил на его ладонь.

Чонгук провёл его до нужного номера, провёл картой-ключом, после чего они вошли внутрь.

За коридором с парой дверей открылась просторная гостиная с большим диваном. Панорамное окно наполовину было закрыто тяжёлыми шторами, а за ними открывался вид на город. На потолке висела хрустальная люстра, а вокруг неё горели точечные светильники — они давали свет, но не полностью освещали комнату, оставляя углы в полутени. Возле дивана, в кресле, сидел Джин, печатая на ноутбуке.

— Садись, — сказал Чонгук, указывая на диван.

Когда омега сел, он опустился рядом, оставляя между ними жалкие сантиметры. Его правая рука легла на спинку дивана, а пальцы аккуратно коснулись длинных волос Чимина.

Заметив, что они устроились, Джин из-под полы достал конверт — печать всё ещё была на месте. Увидев его, глаза Чимина загорелись. Затем он повернул голову к Чонгуку, будто прося разрешения. Прочитав его взгляд, альфа кивнул.

Чимин двумя руками взял конверт и провёл пальцем по печати. Как и говорил Хиген — сургуч с оттиском совы. Омега аккуратно вскрыл его, стараясь не повредить печать.

Достав письмо, он вытянул его чуть вперёд, чтобы его могли видеть и остальные.

«Пустой конверт не был случайностью.
Мы знаем, что ты потерял.
И знаем, что ты до сих пор ищешь ответ.»

Чимин и Чонгук посмотрели на Джина, пытаясь уловить его реакцию. Тот застыл: лицо слегка нахмурилось, и в нём читался сдержанный гнев. Его руки сжались так сильно, что дрожь стала заметной.

На мгновение он будто потерялся — взгляд опустел, но быстро вернулся. Челюсть сжалась, дыхание стало неровным. Он ничего не сказал — только медленно выдохнул, словно сдерживая то, что не должен показывать.

— Джин? — позвал Чонгук. — Что они имели в виду?

Альфа не ответил сразу. Он долго смотрел перед собой, будто боялся вытащить наружу то, что годами прятал внутри. Он закрыл глаза — мысли путались. Хотел ответить, но словно разучился говорить. Горло пересохло, воздух будто перекрыли.

— Это...

______

Автору есть что сказать:
Хочу признаться, что писала эту главу больше недели. Всё это время я никак не могла довести её до конца — казалось, что работа бесконечна.
Но, к счастью, сегодня у нас наконец есть полноценная глава.
Приятного чтения ^–^