39 часть
Через пару месяцев наши с Лерой отношения стали ещё лучше.
Мы сидели на диване, смотрели сериал, в комнате было уютно — лёгкий плед, чашки с чаем на столе.
И вдруг, совершенно спокойно, даже с улыбкой, Лера сказала:
— Кстати, я беременна.
Я чуть не поперхнулась своим чаем.
Пауза повисла в воздухе.
Я медленно повернула голову и уставилась на неё:
— Что?
Лера лишь хмыкнула и продолжила смотреть экран, будто ничего не произошло.
Я удивилась, но... внутри что-то потеплело.
— Ты беременна? — переспросила я с широкой улыбкой.
— Угу, — кивнула Лера и положила руки на живот. — Уже почти три месяца.
Я на секунду замерла, будто не веря своим ушам, а потом вдруг сама не заметила, как начала обнимать её.
— Лер, это... это правда круто. Я рада за вас. Правда.
Она выглядела немного растерянной, словно не ожидала такой реакции, но потом тоже улыбнулась.
— Спасибо, Ян. Я боялась тебе говорить. Думала, ты воспримешь это... не очень.
— Да ну тебя. Глупая. Я тебе говорила — если ты сделаешь Влада счастливым, то и я буду счастлива.
Мы даже начали шутить о том, как назовут ребёнка, спорили — мальчик или девочка.
— И что, ты прям чувствуешь, что кто-то там внутри? — спросила я, укутываясь в плед и глядя на Леру с любопытством.
— Да... ну, пока это больше как странное чувство. Словно ты не одна. Иногда тянет живот, иногда тошнит. Но знаешь, это как будто новый этап... будто я начинаю становиться кем-то большим, чем просто я, — сказала она, мягко улыбаясь.
— Странно... — пробормотала я. — Наверное, это и правда непередаваемо.
— Ага. Ещё ужасно хочу солёных огурцов, клубнику и сыр в один бутерброд.
Мы обе рассмеялись.
— Ты уже была у врача?
— Да, пару раз. Сдали анализы, сделали узи. Всё хорошо... — Лера опустила взгляд и сказала чуть тише: — Я правда счастлива.
Мы снова улыбнулись друг другу.
Я повернулась к Лере, которая продолжала что-то рассказывать про детскую комнату, и вдруг меня осенило:
— Подожди... а вы с Владом... вы расписаны вообще?
Она на секунду замерла.
Потом посмотрела на меня с лёгкой улыбкой, но уже без того прежнего беззаботного блеска в глазах.
— Нет... пока нет.
— То есть... ты беременна, живёшь у нас, но юридически вы даже не муж и жена?
— Яна... — начала она спокойно, — это не обязательно прямо сейчас. Мы просто не спешим. Нам и так хорошо.
— Хорошо? А если он передумает? Если он решит, что ты ему больше не интересна? Ты подумала вообще?
— Влад не такой.
— Все такие.
Лера сжала губы, её руки слегка задрожали, но она ничего не ответила.
Я встала с дивана и пошла в кухню, обдумывая каждый шаг.
Влад..дети..Лера.. Всё это так странно!
Я вернулась к Лере, вложив в слова всё тепло, которое могла собрать в тот момент.
— Прости, я переборщила. Ты права, Влад не такой. Я просто переживаю за тебя.
Она мягко кивнула и вздохнула, явно ощущая, как напряжение уходит.
— Всё нормально, Яна. Я знаю, что ты хочешь, чтобы все было хорошо, — она улыбнулась, но было видно, что слова не совсем могли скрыть её тревогу.
Я села рядом с ней и, не зная, что сказать ещё, просто тихо посмотрела на неё.
Иногда, как мне казалось, лучше быть рядом, чем пытаться всё исправить словами.
Мы с Лерой продолжили разговаривать о будущем, о том, как она себе представляет этот период.
Больше всего меня удивляло, насколько она была спокойна.
Она не казалась испуганной или сбитой с толку.
Она словно знала, что всё будет хорошо.
На следующий день я проснулась пораньше, собралась и отправилась на шоппинг.
Хотелось отвлечься, сменить обстановку, почувствовать себя обычной девушкой, у которой нет никаких проблем.
Я надела лёгкое платье, собрала волосы в высокий хвост и поехала в город.
По дороге включила музыку, стараясь не думать о Лере, Владе и всей этой напряжённой ситуации.
Сегодня — день для меня.
Первым делом я зашла в любимый магазин одежды.
Примерила несколько платьев, выбрала два — одно ярко-красное, другое — в спокойных бежевых тонах.
Потом перешла в отдел аксессуаров, где долго выбирала сумку.
Внимание привлёк необычный рюкзак с цепочками — дерзкий, стильный, и будто отражал моё сегодняшнее настроение.
Когда я вышла из магазина с пакетами в руках, на душе стало как-то легче.
Я присела в кафе на углу, заказала латте и чизкейк, и, уставившись в окно, подумала: а может быть, всё действительно потихоньку становится на свои места?
В кафе громко зашёл какой-то посетитель.
Девушка прошла мимо меня, сделав вид, будто ищет свободный столик.
Капюшон почти полностью скрывал её лицо, но глаза...
Я точно запомнила этот взгляд.
Это была она.
Та самая, что сфотографировала меня на вечеринке и смотрела на меня в магазине.
Моё сердце учащённо забилось.
Я наблюдала за ней исподтишка, делая вид, что пью кофе.
Она села за стол у окна, почти напротив, и достала из сумки планшет.
На экране мелькнули фотографии. Я прищурилась — на одной из них была... я.
В разных ракурсах.
Чёрт.
Я резко встала, схватила пакеты и направилась к её столику.
— Привет. Мы знакомы? — спросила я, глядя ей прямо в глаза.
Она замерла, глаза расширились, будто она не ожидала, что я подойду.
— Ты ошиблась, — пробормотала она, но голос дрогнул.
— Тогда объясни, зачем тебе мои фотографии? — я придвинулась ближе. — Кто ты такая? Ты не похожа на обычную журналистку..
— Отойди от меня.. — начала девушка.
Я вспыхнула.
— Эти глупые совпадения меня уже достали! Почему ты не можешь просто сказать прямо, чего ты от меня хочешь?
Девушка вздрогнула, неловко отодвинулась, и, не снимая капюшона, заговорила приглушённым голосом:
— Пожалуйста, не кричи... Я не хотела причинить вреда. Мне просто... платили.
Я нахмурилась.
— Что значит «платили»?
Она тяжело выдохнула, будто собираясь с силами, а потом быстро заговорила:
— Ты сестра Влада Куертова. За тобой всегда кто-то следит. Просто в этот раз — это была я. Мне предложили деньги, если я буду следить за тобой и присылать фотографии. Я не знаю, кто этот человек. Он всегда был анонимным, но переводил хорошие суммы. Я... не могла отказаться.
Я внимательно посмотрела на неё.
Теперь всё складывалось в единую картину: странные взгляды, вспышки камер, ощущение, что за мной наблюдают.
Оказалось, это не просто чувство — это было реальностью.
И она, эта незнакомка в худи, была частью этой реальности.
— Ты всё это время просто снимала меня для какого-то психа?
— Я не знала, что он псих. Да и может не псих.. Он никогда ничего не говорил, просто просил фото и платил. И да, я понимаю, как это звучит. Прости.
Я молча смотрела на неё, ощущая, как во мне закипает гнев, страх и какое-то неприятное ощущение предательства, даже если мы с ней едва были знакомы.