37 часть
Я обняла её за талию, подставив плечо.
Лера почти не шла — хромала, делая крошечные шаги, тяжело дышала и тихо всхлипывала.
Мы с трудом дошли до дома.
— Потерпи, потерпи, — бормотала я, чувствуя, как колотится сердце.
Уже не от злости, а от страха за то, что я натворила.
Усадив её на диван, я кинулась к аптечке.
Дрожащими руками достала обезболивающее, бинты, антисептик.
Вернулась к Лере, опустилась на колени.
— Покажи, где больно... — голос почти сорвался.
Она молча отвернулась, сдерживая слёзы.
Я осторожно закатала ей штанину — колено было рассечено, вокруг всё наливалось синим.
Я замерла на секунду, а потом начала аккуратно обрабатывать рану.
Лера вздрагивала от каждого прикосновения, но не произносила ни слова.
В комнате стояла тишина.
Даже часы, казалось, замерли.
Только наши дыхания, мои торопливые, её прерывистые.
— Я правда не хотела... я просто... — я замолчала, не зная, что ещё сказать.
— Просто хотела припарковаться, — прошептала она сквозь зубы и впервые посмотрела мне в глаза.
И в этом взгляде не было страха. Только отчаяние и вопрос: зачем?
— Блин, да! — я почти закричала. — Я не хотела тебя травмировать! Чёрт, Лер... я просто... я злилась, бесилась, ты постоянно идеальная, ты всегда улыбаешься, Влад тебя обожает, ты... ты будто стерла меня из его жизни!
Я почувствовала, как сжимается горло.
Сердце колотилось в груди, а в глазах появилась предательская влага.
Лера смотрела на меня, не моргая.
Потом тихо сказала:
— Я не хотела занять твоё место. Я хотела стать частью вашей жизни. Я... старалась быть хорошей, потому что ты мне понравилась.
Я отшатнулась, как от пощёчины.
Тишина снова нависла над нами.
— Значит, ты просто... притворялась? — прошептала я, не веря в услышанное.
— Нет. — Лера покачала головой. — Я действительно хотела подружиться. Но теперь даже не знаю, возможно ли это.
Я отвернулась.
В голове всё перемешалось: вина, стыд, злость, обида...
И в этой каше одно чувство проступало сильнее остальных — растерянность.
Я глубоко вдохнула, закрыла глаза на пару секунд, а потом, словно через силу, посмотрела на Леру и тихо, но чётко произнесла:
— Давай попробуем всё заново. Без масок, без подколов. Просто... начнём сначала.
Лера удивлённо распахнула глаза, будто не верила своим ушам.
— Правда?.. — её голос дрогнул, а на лице появилось что-то похожее на надежду.
— Правда, — кивнула я. — Не обещаю, что получится сразу. Я до сих пор злюсь. До сих пор обижена. Но если ты не притворяешься — докажи. И, может быть, я тоже смогу измениться.
Лера медленно наклонилась ко мне, а потом протянула руку:
— Привет, я Лера.
Я скептически приподняла бровь, но всё же пожала её руку.
— Яна.
Мы молчали, не зная, что сказать дальше. Но в этом молчании уже не было напряжения.
Только странная тишина, как после долгого дождя.
Кажется, что-то изменилось.
Время действительно шло.
Постепенно острые углы сглаживались.
Мы с Лерой начали находить общий язык — сначала осторожно, через вежливые фразы и натянутые улыбки. Потом легче, свободнее.
Мы ездили на шоппинг, смеялись над странными платьями в примерочной, спорили из-за цвета помады, делились мнениями о парнях.
Она даже помогла мне выбрать новую куртку — не ту, что я бы выбрала сама, но, в ней я выглядела офигенно.
Иногда я ловила себя на мысли:
«Вот сейчас — это дружба?..»
А потом напоминала себе — совсем недавно мы чуть ли не воевали.
Но теперь всё будто перешло в другое русло.
Лера всё ещё оставалась слишком идеальной, чересчур доброй, но... в этом уже не было раздражения.
И хоть я до конца не верила в её искренность — мне нравилось это перемирие.
Однажды мы даже готовили вместе.
Это был тёплый, почти домашний вечер.
Мы с Лерой решили устроить Владy сюрприз — приготовить ужин своими руками.
Она предложила пасту, я — курицу в сливочном соусе.
Мы смеялись, когда не могли открыть банку с консервами, танцевали под музыку, разливали сливки на плиту, и спорили, кому резать лук.
Казалось, что между нами наконец-то нет напряжения.
Даже не верилось, что когда-то я мечтала толкнуть её с лестницы.
— Добавляй соль, — сказала я, уставившись в телефон с рецептом.
— Уже, — ответила Лера и поставила миску обратно в шкаф.
Мы накрыли стол, расставили свечи, даже выложили салфетки в форме лебедей — перебор, но выглядело эффектно.
Влад пришёл уставший, но сразу повеселел, увидев, как мы хлопочем.
— Ух ты, что за повод? — спросил он с улыбкой.
— Просто решили побаловать тебя, — хором ответили мы.
Он взял первую вилку пасты... и резко остановился.
— Что это?.. — его лицо скривилось.
— Что?! — испуганно спросила Лера.
Я попробовала сама — в ту же секунду стало ясно: вместо соли мы добавили сахар.
И не чуть-чуть.
Это была настоящая сладкая паста.
Мы переглянулись.
И — разразились смехом.
Даже Влад не выдержал.
— Ну что, поварихи, может закажем суши?
Этот ужин оказался неудачным, но каким-то настоящим.
Настолько настоящим, что даже сахар не смог испортить момент.