Мы дети странного поколения.

Я опоздал, - подумал я. - Она, может, и была хорошей, разговорчивой, доверчивой и любвеобильной девушкой, но какой-то гад все испортил. Он нагадил ей в душу, а потом испарился. Теперь, после долгих депрессий и самобичеваний, она стала грубее, холоднее и настороженнее. Она больше не верит в существование хороших парней или даже людей, она не верит в любовь. Это слово режет ей слух. Она ядовито улыбается, глядя на влюбленные парочки, думая: «Скоро им конец». И ей придется справляться со всем этим в одиночку. Ведь никто не сумеет зализать ей раны, пока она сама не захочет этого. Насколько мне известно, в мире пока не существует реабилитационного центра для обиженных и оскорбленных. Да и зачем он, если есть простая психушка? Ведь влюбленность это завуалированное сумасшествие.