Глава XXII. Долгожданное
Нежные прикосновения приводили меня в состояние тающего льда.
Раздражение от осознание этого улетучивалось от новой порции бархатных рук, сливающиеся с моей бледной кожей.
Мурашки прибывали с такой скоростью, что я едва могла сдерживать крик боли в сухом горле.
Закрытые глаза приносили дополнительное нагнетание столь жаркой атмосферы нашей беседы.
Аромат пульсировал внутри меня, перекрикивая почти остановившееся сердце.
Дыхание прекратило оживать, и я дышала им, сильным и магнетическим.
Мягкие губы разливались по всему телу, и голова кружилась, заставляя прижать ближе теплое тело.
Я слышала его взгляд на своем лице, и глаза не желали молчать в ответ.
- Биа... - прошептал волшебный голос.
Я подняла веки, и предо мной предстали серые глаза Бено, но сон уже ушел из моего разума.
- Какого хрена? - обращаюсь я к тишине, и комната бросила мне ее в лицо.
Неужели мое тело настолько сломанное и глупое, что смеет думать о таком парне?
Эта чертовщина с эмоциями и подсознанием сбрасывает на меня дополнительную кучу дерьма, мешая дышать и здраво мыслить.
Он произнес мое имя...
Черт, это человечество сведет меня с ума!
И ранее человеческая жизнь не мешалась мне под ногами, а теперь я и шагу не могу ступить без Киры и того, что она навсегда покинула.
Хотя это и нелогично. Или логично...
Я никогда не могла разобраться до конца, да и не пыталась особа. Что уж тут говорить - мне не была любопытна обратная сторона этих глупейших существ.
Кира - это я? Или я лишь «паразит» в человеческом теле, использующий ее в качестве переносчика Высокомерия и Гордыни?
А может, мне припал бонус и , на самом деле, тут два в одном?
Мне никогда не доводилось долго размышлять над данным вопросом, потому что эти тела уходили так же быстро, как и волны в океане.
Чувствовали мои братья и сестра то же, что и я?
Это тоже один из подобных вопросов, который я умалчивала долгие годы, а теперь появились новые, но смысла их произносить - нет.
По большому счету все также, лишь потратить сил и терпения нужно больше, чем обычно.
До встречи оставался час, и я, набросив на себя куртку, отправилась к выходу.
На улице был вечер, на часах - девять, в воздухе - тепло, а на небе - луна и звезды, но мурашки продолжали мучить меня, покрывая кожу тысячами иголками.
- Мне нужен Брюс Файтин, - сказала я парню лет двадцати пяти, чуть ли не блеющим в кустах.
- Он на заднем дворе, - ответил он, а затем его голова исчезла в листьях.
Я сморщилась от отвратного сопровождающего запаха и зашагала по шатким ступенькам старого двухэтажного дома.
- В гавайском рубашке, - крикну парень мне вдогонку.
Вечеринка началась лишь недавно, но я успела спотыкнуться об парочку мертвых тел, покрытых рвотой и дешевым пивом.
Небольшая закрытая вечеринка, ну да.
Я пересекла дом насквозь, и «друзья» не заставили себя ждать.
Три источника яркого серебра мирно располагались на огромных качелях, а рядом сидел мужик в ярко-голубой гавайской рубашке.
Его звонкий голос утих, прекращая повествовать бессмысленные факты из своей жизни, когда взгляды трех собеседников обратились ко мне.
- Ты немного не вовремя, - обратилась ко мне блондинка в возрасте, вставая.
Ей было окало тридцати, но это многовато для тех, кто в состояние использовать человеческое тело, как пожелает. Белые длинные локоны лежали на белой коже, что не выглядела такой болезненной, в отличие от моей. В голубых глазах горела та же улыбка, что и на губах, заставляя меня задумать, что сможет погасить этот свет раз и навсегда.
Остальным двум было лет по двадцать, и это значит, что они решили вселиться в тела помоложе. Парочка, состоявшая из черноволосого парня и русой девчонки, которые казались людьми из разных планет, стоя вместе. Он был достаточно высоким и рядом с ней казался под три метра, а она низкой и походила на лилипута или гнома.
- А вы заждались? - ухмыльнулась я.
Парень с девушкой лишь улыбнулись, будто я произнесла дружескую шутку.
- Скорее наоборот, - сказала женщина, пожав плечами, - но я рада увидеться вновь, также, как и остальные.
- И где же они, раз они так хотели повидаться? - поинтересовалась я, выгнув бровь.
- Они скоро прибудут, а пока позволь предложить тебе какой-либо напиток...
- Последнее чего бы мне хотелось - это пить в вашей «приятной» компании, - прервала ее я.
Серые глаза опустились, но улыбка на гладком, что парадоксально, лице не исчезала.
- Брюс, принесите нам напитки, пожалуйста, - обратилась блондинка к мужику, который, в свою очередь, был поражен недружелюбной атмосферой беседы.
И когда он скрылся в толпе внутри дома, Добродетель вновь обратила на меня свой взор, и я увидела то, чего и ожидала.
Уверенность и нерушимость своей веры.
Теперь понятно, почему ее выбор пал на данное тело. Эта блондинка смахивает на женщину, что не знает страха или безысходности.
Однако это снаружи, а внутри скрывается слабое существо, что относит себя к Добру, которое не побеждает. В реальной жизни.
Никогда.
- Как насчет достойного знакомства? Я - Умилитас, Добродетель Смирения, - она протянула мне руку, но я лишь посмотрела на нее с презрением, и женщина продолжила, - а это, - она указала на брюнета-гиганта, а затем на мелкую особу, - Либер, Добродетель Щедрости, и Гулас, Добродетель Воздержания.
- Хватит бессмыслицы, давай преступим к делу...
- Самое интереснее без нас? - перебил меня голос Идии.
Проклятье.
Обняв за шею, сестра притянула меня к себе.
- Ты была крута, сестренка, - прошептала она, ухмыляясь. - От Ксюра до сих пор несет горелым.
У меня не было желания отвечать ей или просто ухмыльнуться в ответ, поэтому я отстранилась, желая выбросить каждого из присутствующих в «ароматные» кусты у входа.
- Это все? - услышала я Ира, который поразился ограниченным количеством Добродетелей.
Взгляд блондиночки упал за мою спину, но она смотрела не на мою предательскую семью, так как взгляд голубых глаз стал сверкать усилившимся смирением.
Кто бы знал, что такое возможно.
- А вот и остальные, - сказала она, направляясь к новоприбывшим врагам.
Но мне не требовались наигранные знакомства, чтобы понять, кто из них кто.
На нас смотрели четверо Добродетелей: две девушки и два парня.
Фиолетовые волосы одной из девушек ассоциировались у меня только с Идией, чьи зеленые локоны прекрасно отображали внутренний нрав - итак, это Любовь, Каритас. И если первая выглядела более менее современно, то вторая точно пришла из 80-тых - и все дело в ее длинной юбке в горошек и однотонной белой блузке, ужасно сочетаемой с серым шарфом, скрывающий существование шеи - и это пожаловало к нам Целомудрие.
Хотя меня поразило ее подобный наряд, расскрывающий ее мысли - будто скрыть собственное тело - это способ спастись от «греха».
Мы любим души, а не плоть, и за многочисленным слоем одежды ее не скрыть.
Русый парень имел улыбку, которая раздражала меня побольше, чем Умилитас, что являлась мне противоположностью и априори должна бесит меня сильнее. И именно данный факт привел меня к верному заключению - этот невысокий, худощавый мальчишка никто иной, как антипод Ира - Манс, Добродетель Добра.
Шатен напоминал мне Бено, но был помладше и на голове почти не было волос, чтобы покрывать их океаном лака, лишь пару миллиметров, торчащих из смугловатой кожи волосков. Он не засовывал руки в карманы, не облокачивался на дверной косяк, не скрывал взгляд, в общем-то вел себя совсем не на человеческий нрав - он был прост и легок в восприятие, прочесть эмоции на его лице было так легко - Добродетель Веры.
Все они были не прости нашими альтернативами внутренней сути, но и во внешности были контрастны.
Однако оценить последнего мне не удалось оценить подобным образом.
Ачед, наверное, совсем обленилась и не желает присоединяться к нам, раз она до сих пор не рядом с нами нет.
- У нас есть к вам предложение, - наконец произнесла Умилитас, окончив разговор с дружками. - Я бы даже назвала это сделкой.
Эти слова привела меня в секундное замешательствоё ведь Добро не заключает сделок со Злом.
«Но есть то, что подвергается изменениям, Биа», - прозвучал звонкий голосок в моей голове.