🍄 Hyphē/Гифы 🍄

Кровь Вэнса, разлившаяся перед глазами Тэтэ, была тёмно-красной. Люди в очереди услышали шум и обернулись посмотреть, что там случилось. Увидев произошедшую сцену, они отвернулись, как ни в чём не бывало, будто не случилось ничего важного.

Однако Вэнс умер. У ворот человеческой базы был убит человек, но никто не оспаривал это.

Тэтэ внезапно понял, что этот человек был Судьёй, человеком, которого Вэнс упомянул ему днём ранее. Он был главой Суда высшей инстанции, судьёй, который решал, кто вошёл в ворота: человек или гетерогенный. Он мог сделать единоличный выбор между жизнью и смертью в отношении любого человека, независимо от того, кем тот являлся, безо всякой причины.

Теперь настала очередь Тэтэ предстать перед судом. Сначала его сердце быстро забилось. В тот момент, когда ствол пистолета указал на него, Тэтэ понял, что сейчас он действительно умрёт. Тем не менее, смотря в холодные зелёные глаза Судьи, он постепенно вернулся к прежнему спокойствию. Прибытие на Северную базу – это решение, которое он должен был принять. Так что это суждение, скорее всего, означает его конец, независимо от результата.

Он был спокоен и считал секунды в своём сердце.

Раз, два, три.

Звук выстрела так и не прозвучал. Судья медленно пошёл в его сторону, направив на него пистолет. Люди в очереди ускорились. Они спонтанно продвинулись вперёд, и через несколько секунд это место опустело, остался только Тэтэ.

Одиннадцать, двенадцать, тринадцать.

На четырнадцатой секунде к нему подошёл судья. Безымянный палец сжал рукоять пистолета, мужчина опустил его. Затем он убрал оружие. Тэтэ услышал, как он сказал:

– Пойдём со мной.

Тон был таким же холодным и ясным, как и эти глаза. Тэтэ стоял там, ожидая его ухода, но и через три секунды человек всё ещё не двигался. Он выглядел озадаченным. Затем он услышал голос судьи, который звучал холоднее, чем раньше.

– Вытяни руку.

Тэтэ послушно вытянул руку.

*Щёлк*

Он вздрогнул от ледяного прикосновения. Один конец серебристых наручников был застёгнут вокруг его запястья, а другой держал полковник.

Тэтэ уводили вот так. Любопытно, что когда Вэнс был застрелен, люди в очереди никак не отреагировали. Теперь же, когда Судья забрал его, они повернули головы и зашептались друг с другом.

У Тэтэ даже не было времени взглянуть на упавшее тело Вэнса, когда его втянули в городские ворота. За воротами он обнаружил, что это не узкий проход, а обширная территория, разделённая на несколько участков с белыми огнями повсюду. Огни отражались от стальных стен, словно серый оттенок, отражающий свет зимы.

Тяжеловооружённых солдат и тяжёлого оружия было не меньше, чем снаружи. В тесном окружении вооружения и войск стоял длинный белый стол. За длинным столом сидели три офицера в чёрной униформе, такой же, как у Судьи. Тэтэ догадался, что они тоже были судьями. Напротив них сидел человек, и один судья спросил:

– Каковы ваши отношения с женой? Почему она не вернулась в город в этот раз?

Основываясь на воспоминаниях Тэхёна, Тэтэ знал, что в дополнение к изменениям во внешности и поведении, также будут проверены ум и память. Таким образом, опрос являлся одним из способов выявления гетерогенных видов.

Тогда человек, который привёл его, посмотрел на судей и сказал:

– Заканчивайте.

После этого, судья в центре сказал:

– Да, – он посмотрел на человека, находящегося перед судом напротив. – Вы можете идти.

Человек выглядел так, будто пережил катастрофу. Он встал с улыбкой на лице и быстро помчался через проход в воротах. Только тогда Тэтэ узнал, что человек, который привёл его, действительно был Судьёй. Он сказал «заканчивайте» не для того, чтобы ускорить допрос, а чтобы обозначить своё решение, что мужчина на суде – человек.

Следующий проверяемый прошёл из очереди к длинному столу. Расстояние между очередью и столом было очень большим, а посередине находилось несколько установок. Они были расположены на определённом расстоянии друг от друга, и человек должен был идти то в гору, то спускаться. Тэтэ понял, что это должно показать движения человека судьям в максимально возможной степени.

Однако он больше не мог смотреть, потому что в следующую секунду свернул за угол и вошёл в длинный коридор. Мужчина достал чёрное устройство связи и сказал:

– Суд высшей инстанции, Чонгук. Подаёт заявку на генетическое тестирование.

Тэтэ догадался, что два слова в середине были его именем. Затем перед ними открылась механическая дверь. Чонгук вошёл прямо внутрь, потянув за собой Тэтэ. Он пошатнулся и последовал за мужчиной.

Там оказалась серебристо-белая комната, уставленная от пола до потолка неизвестными механизмами. Шесть солдат стояли на страже по периметру комнаты. За столом в одном конце комнаты стоял молодой человек с короткими светлыми волосами, голубыми глазами и в белом лабораторном халате. Но его потащили дальше, и пришлось двигаться быстрее, чтобы не отстать.

– Полковник Чон, ты действительно пришёл сюда, – мужчина сдвинул очки вверх по переносице и вызывающе повысил голос. – Разве ты не решаешь все вопросы пулями?

Чонгук холодно сказал:

– Доктор, пожалуйста, сотрудничай.

Доктор посмотрел на Чонгука, как будто смеялся. Затем он встал и сказал Тэтэ:

– Пойдём со мной.

Пройдя с ним, Тэтэ улёгся на серебристо-белую платформу. Его конечности были зафиксированы механическими браслетами и кольцами для ног. Доктор приказал:

– Не двигайся.

Сразу после этого в руке почувствовалась боль. Юноша повернул голову и увидел, как доктор медленно вытаскивает из тела трубку с ярко-красной жидкостью. Доктор сказал:

– Цвет твоей крови выглядит здоровым.

Тэтэ ответил:

– Спасибо за комплимент.

Доктор удивился его ответу.

– Кровь будет отправлена на генетическое тестирование, которое занимает один час. Планируется, что полное сканирование тела займёт сорок минут, поэтому не двигайся.

Он закончил говорить, и на серебряной платформе загорелся синий свет. Послышался низкий гул, который не имел направления. Казалось, что каждая молекула воздуха была источником звука. Звук, доносящийся со всех сторон, напомнил Тэтэ о давних ночах в Бездне. Звук волн разносился от далёкого моря. В самые тёмные ночи в том направлении завывали неизвестные существа. Волны, которые нельзя описать человеческим языком, проносились по земле в сезон дождей.

Разряды электрического тока были похожи на бесчисленных муравьёв, ползающих и кусающих его. Сорок минут не были долгим временем для гриба. Однако Тэтэ подумал, что это могут быть последние сорок минут его жизни, поэтому лелеял это время, внимательно разглядывая механические линии на потолке.

Неизвестно, сколько времени прошло, когда он услышал, как Чонгук сказал снаружи:

– Селан сказал мне, что качество вашей проверки улучшилось.

– Ты очень хорошо информирован, – сказал доктор. – Мы обнаружили, что, когда человеческое тело мутирует, некоторые особые сегменты ДНК активируются. Мы назвали их «триггерами мутации». Есть две категории: животные и растительные. Этот улучшенный генетический тест может одновременно проверять «триггеры мутаций» как животных, так и растений. Весь процесс занимает всего час.

Чонгук сказал:

– Поздравляю.

Доктор улыбнулся.

– Полковник, если время и стоимость генетического тестирования значительно сократятся, не будет ли закрыт ваш Суд высшей инстанции?

– Я с нетерпением жду этого.

– Ты скучный.

Они закончили говорить.

Тем временем Тэтэ смотрел на серебристо-белый потолок и думал, что он за вид. Он был грибом. Доктор сказал, что варианты разделены на животных и растения. Тэтэ чувствовал, что он – прежде всего гриб, а значит не животное. К тому же, грибы не относились и к растениям. У него же нет листьев. Тэтэ был смущён. Он изо всех сил пытался классифицировать себя, как растение, но не нашёл достаточно доказательств.

Он слишком долго думал об этом. Однако прежде чем он достиг каких-либо результатов, синий свет исчез как отлив.

– Хорошо, – прозвучал голос доктора, и механические кольца автоматически ослабели.

Он слышал, как доктор продолжал говорить:

– Полковник, можно узнать, почему ты взял его на генетическое тестирование?

– Нет.

Доктор явно задохнулся.

Он помог Тэтэ подняться, сесть в кресло, и коснулся головы Тэтэ.

– Хорошо, отдохни здесь. Я пойду, посмотрю результаты анализа крови.

Тэтэ послушно сидел.

Судья, полковник, сидел напротив и всё ещё смотрел на него холодными зелёными глазами. У него было молодое лицо с резкими очертаниями. Несколько прядей чёрных волос опускались вниз из-под козырька и касались наклонных бровей. Кончики бровей были будто покрыты тонким слоем холодного света, словно нож, царапающий его.

Тэтэ стало холодно от того, что на него смотрит такая пара глаз. Грибы боялись холода. Поэтому он развернул вращающееся кресло и повернулся к полковнику спиной. Но почувствовал себя ещё холоднее. Прошло достаточно много времени, прежде чем снова прозвучали шаги доктора, разморозившие комнату.

– Генетический отчёт показал отсутствие отклонений от нормы. Вы можете идти.

После нескольких секунд молчания Чонгук спросил:

– Ты на 100% уверен, что он человек?

– Это может тебя разочаровать, но мы не нашли никаких «триггеров мутации». Он не похож на других инфицированных людей и представителей гетерогенных видов.

Сказав это, он добавил:

– Смотри, ребёнок даже не хочет с тобой разговаривать.

Затем полковник приказал:

– Повернись назад.

Тэтэ молча повернулся. Он избегал глаз Чонгука, потому что действительно не был человеком. Он избегал этого, но в результате не знал, чем спровоцировал полковника. Голос полковника был похож на ледяную воду, когда он спросил:

– Чего ты боишься?

Тэтэ молчал. Он интуитивно чувствовал, что сказать что-то перед этим человеком будет ошибкой, возможно, его тут же поймают за руку.

Наконец, Чонгук приподнял брови.

– Не собираешься уходить?

Тэтэ вскочил с кресла и ушёл с этим человеком. На этот раз он оставался свободным, а не в наручниках. В необитаемом коридоре они прошли примерно половину пути, когда Чонгук внезапно открыл рот.

– При первом взгляде на тебя моя интуиция подсказала, что ты – не человек.

У Тэтэ почти остановилось сердце. Через три секунды он, наконец, ответил:

– Что... насчёт второго взгляда?

– Я впервые подал заявку на генетическое тестирование, – полковник протянул руку и передал ему отчёт о генетической экспертизе. – Тебе на самом деле лучше быть человеком.

Тэтэ мог только взять тот список, который доказывал, что он обычный человек. Какое-то время в серебристо-белом коридоре звучали только однообразные шаги.

У выхода был поворот. Они столкнулись с командой во главе с судьёй в чёрной форме. Позади судьи два тяжеловооружённых солдата сопровождали мужчину. Рядом с ними шла высокая короткостриженая женщина с обеспокоенным лицом.

Судья увидел Чонгука и сказал:

– Полковник.

Чонгук посмотрел на задержанного. Горло мужчины несколько раз дёрнулось, прежде чем он громко крикнул:

– Я не заражён!

Судья сказал Чонгуку:

– Существует высокая степень вероятности инфицирования, но не найдено достаточно убедительных доказательств. Семья настоятельно запросила генетической экспертизы.

Чонгук издал слабый гул. И солдаты продолжили сопровождать мужчину, минуя Чонгука. В это время...

*Бах!*

Чонгук убрал свой пистолет и пошёл вперед, не оглядываясь.

– Нет необходимости.

Тело мужчины мгновенно упало вперёд, и солдаты оттащили его в сторону. Следовавшая за ними женщина закричала и упала на пол.

Тэтэ повернулся, чтобы посмотреть в лицо Чонгука. Глаза этого человека были всё такими же холодными. Тэтэ никогда не видел таких глаз. Он знал, что Тэхён всегда был нежным, Вэнс – щедрым, Хорсен – полон жадности, а Энтони – осторожен. Они не были похожи на Чонгука, у которого в глазах нет ничего. Для Судьи убийство может быть более обыденным, чем дыхание. У него не возникнет перепадов настроения, потому что он к этому привык.

Тэтэ и Чонгук пошли к выходу из коридора. На выходе его ожидали двое солдат в штатском, с телом, покрытым белой тканью. Тэтэ понял, что это Вэнс. Его глаза затуманились, и он сделал шаг вперёд, пытаясь снять белую ткань, чтобы взглянуть на лицо Вэнса. Однако его остановили солдаты.

Солдат протянул ему идентификационный жетон, произнеся ровным тоном.

– Было подтверждено, что в команде наёмников AR1147 нет выживших. Оборудование и материалы будут возвращены базе. Они будут переведены в валюту и распределены среди членов семей вместе с пенсией. Пожалуйста, заберите жетон.

Тэтэ спросил:

– Куда вы его забираете?

Солдат ответил:

– В мусоросжигатель.

Тело юноши задрожало, и он не взял удостоверение личности.

Голос Чонгука прозвучал за его спиной:

– Ты не хочешь забрать?

Тэтэ не ответил. После долгого молчания он посмотрел на Чонгука.

– Он действительно... не был ранен.

В холодных зелёных глазах он увидел своё собственное отражение, широко раскрытые глаза со спокойной грустью в них. Чонгук всё ещё оставался безразличен, как будто это не имело к нему никакого отношения. Когда Тэтэ уже подумал, что мужчина собирается развернуться и уйти, он увидел, как тот шагнул вперёд.

Чёрная рукоять пистолета приподняла край белой ткани, открывая правую руку Вэнса. Тэтэ опустился вниз, чтобы увидеть. На безымянном пальце виднелась крошечная красная точка, похожая на самую незначительную колотую рану. Однако на краю красной точки медленно собралась зловещая капля чёрной жидкости.

Он задохнулся и в одно мгновение вспомнил различные сцены.

На панцире термита была человеческая кровь. В тот день Вэнс сказал ему, что некоторые люди скрывали правду о своих ранах, потому что в местах с низким уровнем загрязнения всё ещё существует вероятность не заразиться. Кроме того, они хотели вернуться домой.

Значит, человек, поранившийся о панцирь термита, был не Энтони, а Вэнс.

Тэтэ не мог дышать. Его пальцы дрожали, когда он взял удостоверение личности Вэнса. Он положил его в карман и повернулся, чтобы посмотреть на Чонгука, но увидел только пустое место. Он стоял там и смотрел на улицу. Он увидел резкую чёрную спину, медленно исчезающую под серым навесом городских ворот.

Через несколько мгновений позади него послышался шум. Он повернулся, увидев женщину, чей спутник был убит. Она вышла, и её сразу задержали солдаты.

– Чонгук! Судья! – она тяжело боролась и рухнула вперёд, взмахнув руками, женщина закричала: – Ты не умрёшь мирно!

Хриплый, резкий голос вылился из её груди и эхом пронёсся сквозь этажи здания. Однако она не смогла получить ответ от Судьи. Окружение оставалось тихим, и два тела были по очереди увезены. В пустом коридоре слышался только прерывистый плач женщины.