Часть 11
Две недели протекали довольно долго для пятнадцатого. Он сильно нервничал, хоть и пытался успокоиться. Каждый день он просил Кагую принести ему чай с мятой или с лимоном, чтобы ослабить волнение. Из палаты он ещё ни разу не выходил. Да и зачем это ему? Все удобства, включая окно, телевизор, большое и тихое пространство уже были у Джуго. Ему действительно не зачем выходить, тем более в таком виде... Он не был одет в обычную больничную одежду, состоящую из штанов и кофты. На нём было одето что-то на подобии платья, так ещё и с открытым животом, на котором висел аппарат. Хоть этот вид и не заставлял его на самом деле чувствовать себя неловко, ему было не приятно осознавать, что он будто человек, который уже близок к смерти. Пятнадцатый и сам не знает, почему в голове появилось именно такое сравнение. Наверное, из-за аппаратов или частых визитов Окино с вопросом о его здоровье.
И вот, наконец то, наступил последний день пребывания в лазарете. Джуго выделили его обычную одежду. Первым же делом он и переоделся, а потом ждал надзирателя. От нечего делать, он стал крутиться перед зеркалом, смотря на свой живот. Он всё так же и был плоским. Гетерохромнику стало интересно, каким он будет с животиком, когда будет примерно седьмой или восьмой месяц. Он взял подушку и засунул её под робу, придавая нужную форму. Подросток усмехнулся, так как посчитал это весьма нелепым. Но буря эмоций не заставила себя долго ждать, когда он увидел отражение. Это было... Мило? Рассматривая себя с разных сторон, Джуго всё думал: «Какого это, когда внутри тебя целая жизнь?» Что же... Совсем скоро он это узнает. Ну а сейчас он вытащил подушку из под одежды, услышав шаги за дверью. Пришёл Окино. Забрать его на проверку.
Хоть нам уже и известно, что Джуго всё таки забеременел, мы так и не узнали, что после случилось с так называемым папашей. После того, как Хаджиме притащил пятнадцатого в лазарет, начались конкретные разборки. Легендарный беглец рассказывал всё, что только помнил. Он яросто просил, чтобы его отсадили куда подальше от Джуго, чтобы вновь не повторить такой ошибки. Но Сугоруку сразу отказал ему.
- Почему?! Ты же понимаешь что я натворил!
- Закрой свой рот, шестьсот десятый! Я прекрасно знаю в каком дерьме ты встрял! Но отсаживать тебя я не собираюсь. Если пятнадцатый забеременел, то в будущем самостоятельно ребёнка растить не сможет, ему понадобиться чья то помощь. А так как ты всё это устроил, и являешься чуть ли не главной занозой во всей этой заднице, то тебе придётся играть роль папаши. И на этот раз тебе не отвертеться, как это случилось в первый раз.
- Я даже не знал о существовании сына...
- А теперь знаешь. Так что будь добр, используй последнюю каплю совести и хоть немного поддержи его, после того, как его выпишут.
На этом разговор и закончился. Рокудо отправили в другую палату, так как в его организме тоже случился сбой. Обычно отцы-альфы не могут возбуждаться от запаха детей-омег. Да, запах слегка может раззадорить, но довести до полового акта - НЕТ. Всё это время старший японец винил себя, и даже уже подумывал закончить жизнь самоубийством, но сдержался от этой затеи, когда узнал о нервном срыве Джуго. Наконец-то... Легендарный беглец. Человек-гений побегов, сумевший несколько лет скрываться от множества подразделений. Настоящая легенда в тюремной и бандитской истории. Наконец-то, он понял, что должен поддержать своего сына.
На глазах альфы выступили слёзы. Неизвестно от чего. Он радовался? Или же в чём-то разочаровался? Он и сам не знает... Его переполняла буря эмоций, с которыми ему не в силах справиться. Он нашёл своего сына, так теперь, наверное, вскоре станет второй раз отцом, так ещё и дедом. В любом случае, Рокудо рад, что у него начинает появляться настоящая семья, хоть и такая необычная. Он-человек, не чувствующий какой либо искры в жизни, всё таки смог понять смысл своего существования. Он с нетерпением будет ждать, когда наконец-то, пройдут эти две недели и он сможет увидеть сына и прижать его к себе, дабы уверить, что всё будет хорошо.