Racer game

В шестнадцать она мечтала и причем очень грандиозно. В двадцать пять хотелось лишь умереть.

**     **     **

Размеренная жизнь немного поменялась из-за той встречи с ним. Воспоминания с той ночи все еще не покидают ее разум, проносясь вихрем и как бы поговаривая, что ни один разговор с кем-либо не вызывал в тебе столько эмоции. Дженни тщательно протирает бокал, вспоминая как единожды выиграла и дважды проиграла ему. В голове снова проносится его голос:

– Меня не интересуют твои деньги. Я хочу, чтобы ты была со мной столько, сколько мне будет интересно. – разваливается на своем стуле, откидываясь на спинку и скрещивая руки на груди. Дженни бесил этот тон, будто по-другому и быть не может. Она чуть приподнимаясь с места и наклоняясь, собирает карты одной рукой, другой твердо держась за стол. Видит его заинтересованный взгляд и пытается предугадать его мысли.

– Что, если я сбегу? – глупо было бы сбегать от того, кто заставляет вдохнуть жизнь полной грудью, умывая с головой до пят в этом азарте. Юнги видимо поняв эту тактику, тоже наклоняясь, выхватывает ее руку и тянет резко на себя, отчего карты в ее руках падают на стол. Ким внимательно следит за радужками его глаз, все чертовы желания сбываются в одну эту чертову ночь. Кому нужно было до этого душу продать, чтобы добиться этого как можно скорее? Его красноречивый взгляд говорит обо всем. Руке, что зажата в его твердой хватке, больно, но еще одно движение и он может спокойно сломать ей конечность. Это выглядит так, будто он готов вырвать ей крылья и запихать в клетку на неопределенный срок. Почему она повелась? Только лишь из-за такой вкусной, привлекательной обертки? Чем она руководствуется, подписываясь на такое? Неужели человека может привлечь лишь то, что находится снаружи? На протяжении месяца она изучала его со стороны, но хватает ли этого, чтобы так глупо отдаться желанию побыть рядом с тем, кто вовсе не похож на обычных людей. Почему из всей серой массы он выглядит самым мрачным? И почему вместо того, чтобы бежать от него, она идет напролом к нему?

– Поверь, тебе очень сильно повезло благодаря твоему телу и личику. Денег твоих мне не нужно, а интерес мой длиться будет недолго, так что будь спокойна, не рыпайся, наслаждайся. – он откидывает ее руку и встав с места, уходит прочь из этого клуба, понятия не имея какой огонь он разжег этим в ней.

С того дня прошла уже неделя и Дженни как обычно продолжала работать в ночную смену барменом, а весь следующий день посвящать самой себе, высыпаясь. Недавно она посетила выставку в центре города, где смогла хорошо отдохнуть и на некоторое время забыть о скучном мире. Ким заказала красивое черное короткое платье с глубоким декольте. В прошлую пятницу зашла в книжную, чтобы посмотреть что вообще происходит в этом книжном мире. Покупать что-либо она не стала, но потратив час, простояла там между полками, тем самым выбешивая консультанта, которому пришлось караулить ее. Впрочем ей было на него все равно. Разумное желание посетителя – закон. Только почему люди все чаще выводят и очень сильно раздражают своим свинским поведением.

Также вперемешку с самоорганизацией в досуге и работе был совершен звонок родителям. Эти разговоры никогда ничем хорошим не заканчивались для нее, но они были необходимы ей. Они были своего рода балластом и ультиматумом не потеряться в этом огромном городе, все же не выброситься из окна одним из теплых вечеров, не встрять в какое-либо дерьмо, чтобы близкие потом не краснели и не страдали от глупых поступков своей единственной дочери. Несомненно они были нужны. Сейчас кроме них в этой «ночной жизни» никого и не было. Она все еще думает над тем черным платьем, куда его надеть? На одинокий поход в кинотеатр или на очередную выставку? Так случается со всеми, кто хоть ненадолго уходит в себя, кто отказывается от общества и живет глубоко внутри в себе? Ведь когда выходишь из долгого раздумья, ты понимаешь, что тебя больше никто и не ждет. У Дженни огромные планы на жизнь, накопить денег и уехать вообще в другую страну из этого Сеула. И зажить совершенно другой жизнью. Увы она была из тех, кому была ужасно важна смена обстановки. Ее мысли прерывает бзыкание телефона в кармане на этот раз свободных брюк. Вырвав одно бумажное полотенце и вытерев руки, она вытаскивает свой телефон. Это был Мин Юнги, до этого он писал лишь один раз, когда сказал сохранить этот номер.

Мин: за тобой приедет машина ближе к десяти, будь готова к этому времени.

Ким: куда мы поедем?

На этот вопрос никто так и не ответил. Возможно твоему мозгу пора бить тревогу, но вместо этого ты хочешь отпроситься и поехать пораньше домой, чтобы подготовиться к этому вечеру, возможно ужину, как можно лучше?

Да, Дженни так и решила сделать. Насколько нужно быть отчаянной и затхлой в своей однокомнатной квартирке, чтобы довериться ощущениям и своей интуиции? Нужно прожить такую жизнь, чтобы понять человека и не судить с самого начала, строя из себя мудрого судью. Администратор к удивлению отпускает, не спрашивая ничего, хотя сейчас самое время для ночной жизни. Возможно это из-за того, что это единственный раз, когда она воспользовалась таким "отгулом". Поймав такси и приехав домой, она наспех снимает свою одежду, разбрасывая ее по всей квартире. Устроив себе расслабляющую терапию, которая состояла из лежания в ванне под пенкой, она подошла к своему шкафчику. Вытаскивая очередной провал, так считала Ким, ведь это может быть что угодно, светская встреча, ужин в ресторане или же...

Мин: в отель.

Или же отель? Она осела на пол, одной рукой держась за телефон, другой за голову. Можно ли сказать, что она влюбилась в этого Мина? Определённо нет, его обертка не тоже самое, что и душа. Поэтому все, что связано с любовью, откидываем. Он был ей интересен, как человек. Он был своего рода кумиром. Она хотела расспросить его обо всем, о том, как он пришел к власти, о том, где нужно черпать такую силу и что является для него тем самым "балластом". Несомненно было интересно побеседовать с человеком, который не был похож на тех, кто жил, как все. Она хотела также, но не за его счет. Черт, все так запуталось. Она хотела к нему попасть, но не для того, чтобы греть ему постель. Хотя, да. Были и сексуальные грезы с ним, но разве это можно назвать чем-то вроде любви? Определенно нет. Но тогда почему она согласилась? Ее тянуло? Да, он не был похож ни на кого, казалось, что если наступит конец света, то все станут спасать свои задницы и судорожно убегать. А он... Он не последует за толпой, Мин останется, несомненно останется. Что же ты не рада Дженни, так хотела его, а вот тебе и он, весь на блюдечке? 

Но даже если не страшно, но как быть с балластом? Отпустить и все же взлететь еще выше?

Такие вопросы и преследовали ее на протяжении всей дороги до отеля. Дженни уже давно сидела в машине и ехала к нему. На ней красовалось то черное платье и она усмехнулась, ведь еще недавно она задавалась вопросом: куда его надеть то? Ну вот тебе и повод. Что же ты не весела, Ким? Машина уносила ее по ночному городу прямо к нему. Сможет ли она поговорить с ним? Успеет ли все расспросить, сойдутся ли хоть в чем-то их мысли и взгляды?

Она смогла ответить на свой вопрос. Она делает это ради жажды жизни. Возможно девяносто с чем-то процентов населения не поймут и скажут, что она сошла с ума. В шестнадцать усердно учась, она имела грандиозные планы  на жизнь: поступить в Сеульский университет, найти там хороших людей, завести кота и снимать свое жилье, подрабатывая в кофейне. В двадцать она поступила, людей хороших находила и также часто их теряла: ну вы же понимаете всю эту ситуацию с другими взглядами на жизнь, другим мышлением, видением и все тому прочее, что отталкивает. В двадцать ей было тяжело: Сеул не принял ее также, как принял допустим других ее однокурсников, которым все нравилось здесь и не было никаких проблем, у Дженни же было их много. Все те подростковые мечты о прекрасной взрослой жизни разбились о те самые реалии. В двадцать три сдох кот и возможно для кого-то это прозвучало смешно, но не тому, которого теперь никто и не встречал. Эта тишина настолько заебала и въелась в голове, отчего она в двадцать четыре пошла работать не по профессии, а в элитный клуб барменом. Кстати, когда-то в семнадцать у нее были планы как-нибудь поработать барменом, чтобы научиться делать вкусные коктейли и устраивать у себя вечеринки с собственными коктейлями. Тусовок у нее не было. И это не из-за того, что у Дженни абсолютно совершенно всё не так, а потому что она пыталась найти хоть одного человека, что был бы похож на нее. Не сказать, что она страдает самолюбием, но Ким ценила себя и пыталась не растрачивать себя на ненужных людей.

Успокаивающая «жажда жизни»* летала в мыслях, Дженн шепча одними губами:

«в этих похищенных моментах я чувствую, что весь мир принадлежит мне...».

Доехав до отели и выйдя из машины, она поправляет подол своего платья, что прикрывали бедра и чуть доходило до колен. Ким уверенно шагала за помощником, цокая своими длинными черными классическими каблуками. Дрожь была, интуиция, что не подводила столько лет, кажется именно в этот момент забила тревогу, посылая глупую девушку и сваливая. Отступать было некуда, они остановились перед дверью номера, что находился на семнадцатом этаже. Мужчина, что стоял впереди нее, отворил ей дверь и отошел в сторону, ожидая того, что она зайдет. Прямо перед ней вальяжно сидел на черном кожаном диване Мин, широко расставив свои ноги, и держал в руке стакан с янтарной жидкостью. Юнги заметив ее, полностью повернулся к ней. Снова его взгляд, если копать глубже можно ли наткнуться там на что-то интересное, скрытое ото всех? В любом случае Ким надеется на это. В этом прокуренном номере нет места страху, ведь мы хозяева своей собственной судьбы.

«мы сами руководим своими душами...» – чертова Лана, которая все еще играет в голове девушки и будто бы пытается успокоить ее немного сбившийся темп.

– А вот и она, – говорит Юнги и кивает кому-то. Наконец зайдя и рассмотрев все получше, она видит рядом с ним еще одного мужчину, что так безразлично посмотрел в ее сторону. – Тэхен знакомься с Дженни.

                  ╚» Racer game «╝

ᴄʟɪᴄᴋ - ᴄʟɪᴄᴋ＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊  ᴏɴ ᴍʏ ʜᴇᴀʀᴛ